вести себя на таких приёмах, как тот, куда мы идём. Подскажи, как мне стоит там держаться?
Венер даже посмотрел на неё, застигнутый врасплох такой просьбой. Он улыбнулся:
— Просто соблюдай рамки вежливости и приличий, но не показывай напряжение. Ты ещё не была на приёмах с другими монархами?
— Нет. Надеюсь, сейчас всё пройдёт гладко. Ты поможешь мне если что? — она с надеждой взглянула на парня.
— Ни в коем случае, — резко ответил тот, — потому что сейчас я только твой телохранитель. Разговаривать с королями и прочими аристократами нельзя, пока не спросят.
— Но ты ведь говорил с Фениксами! — возмущённо напомнила Нора. Что, если всё пойдёт слишком плохо? Неужели придётся выпутываться самой?
— К ним это правило не относиться. — парировал Венер. — Не беспокойся так сильно, Раневар — такой же живой человек, как и ты, расслабься и поболтай с ним.
— Он не человек, он король фей.
— Физиологически, феи — это всего лишь люди с крыльями и с большей привязанностью к элементам.
Парочка подошла к огромным открытым вратам, за которыми раскинулся бескрайний цветущий сад. Феи, причём именно абсолютно обычные на вид горожане, свободно проходили внутрь и выходили оттуда группами, смеясь и болтая, а стражники никак на это не обращали внимание. Что ж, путеводитель был прав, рассказывая, что королевский сад открыт для посещения.
— Не очень-то похоже на «всего лишь люди», — закончила Нора про короля Раневара. — Ладно, пойдём, как-нибудь справлюсь.
Они прошли под аркой ворот и отправились ко дворцу по плиточной дороге, выложенной под облаками зелёных ветвей. Погода и вся атмосфера вечернего сада располагала к неспешной прогулке по стриженой аккуратной траве, где стояли столики для пикников и выстраивались кусты-фигуры представляющие различных птиц. Казалось, будто бы весь народ фей здесь — настолько много их там гуляло.
Наконец, путники предстали перед входом во дворец, охраняемый двумя стражниками, один из которых тут же строго спросил:
— Господа, вам чего?
— Я леди Элеонора из Меломера, — представилась Нора, доставая бумажку-приглашение, — у меня назначена встреча с королём Раневаром.
Стражник взял в руки бумажку и внимательно посмотрел на неё, а после дал знак своему напарнику и пропустил путников к дверям. Нора немного задержалась, прежде чем войти, и смущённо спросила:
— Не подскажете, где сейчас можно найти короля?
— В тронном зале, леди, — был ей ответ, а уточнять, где тут тронный зал, она уже не стала. Впрочем, это и не понадобилось: стоило ей и Венеру войти во дворец, как их тут же встретили и, забрав приглашение, повели к королю. Что ж, видимо, тот вопрос тоже был лишним, но кто ж знал..?
Пока шли, Нора и её спутник рассматривали интерьер дворца. Высокие окна, светлые шторы и ковёр, свежие цветы в больших вазах — конечно, дворец выглядел великолепно и просторно, но девочке он показался каким-то слишком обычным, а Венеру, сравнивавшему его с дворцом королевы фей на своей родине, недостаточно серьёзным. У него вообще создавалось впечатление, что он идёт по центральной столичной больнице и сейчас из-за угла вылетит торопящаяся к пациенту фея жизни. В целом, та больница так и выглядела, даже внешне: её тоже окружал сад, где гуляли больные, а само здание походило на небольшой дворец. Настоящий же дом королевы и её сестёр-принцесс довольно сильно отличался: да, там тоже было светло и просторно, но стены украшались портретами предыдущих королей (даже самых ненавистных народом, ведь они тоже часть истории), копиями важнейших приказов, свисающими из горшков живыми растениями и большим числом наипрелестнейших фей-служанок, которых теперь не наблюдалось. Да и парадный вход действительно выглядел как парадный и внешне, и изнутри, а тут сразу коридор какой-то… В общем, ни Нора, ни Венер не оценили высоко старания фейских дизайнеров.
Перед входом в тронный зал, преграждённый витражными дверьми, на которых изображались солнце и луна, парочку остановили. Их сопровождающий скользнул внутрь, а выскользнув обратно попросил подождать, пока выйдет предыдущий визитёр, после чего оставил их одних.
— Я хорошо выгляжу? — слегка нервничая, спросила Нора у Венера. Он быстрым взглядом пробежался по ней:
— Да, конечно. Неплохо было бы причесать волосы получше, но король вряд ли обратит на это внимание, — ответил он. Хотел спросить у неё, как выглядит сам, но подумал, что это не имеет значения. Да и что сейчас ещё можно исправить?
Наконец, зал покинул какой-то важный фей-аристократ, и туда прошли Нора с Венером. Второй старался держаться позади девочки, чтобы подчеркнуть, что главная тут она, а он только сопровождает.
Нору пробила лёгкая дрожь — она даже не стала обращаться внимание на интерьер зала. Впереди на золотом громоздком троне восседал круглый король-блондин, на вид ровесник Жердже, рядом с ним по одну сторону стоял высокий господин в исключительно белой одежде, а по другую на шёлковых подушках сидела кудрявая светлая девушка — видимо, принцесса.
Первые секунды король молчал, и от этого остановившейся в двух метрах от него Норе стало совсем неуютно. Мысли напуганными цыплятами беспорядочно носились в её голове, совсем не помогая сообразить, что теперь стоит сказать. Вежливости, приличие и ноль напряжения — девочка вспомнила, что сказал ей Венер, и собрала всё своё актёрское мастерство для того, чтобы прикинуться готовой ко всем разговорам спокойной аристократкой и заговорить, но вдруг король Раневар начал первым:
— Добро пожаловать в моё королевство, леди Элеонора Меломерская, — он сдержано улыбнулся и медленно кивнул ей.
— Добрый вечер, король Раневар, — ответила Нора настолько умеренным голосом, насколько могла. К её облегчению он и дальше не давал ей времени на то, чтобы самой толкать диалог вперёд, говоря сразу за нею:
— Вы сильно изменились за последние четыре сотни лет. Помните, как мы виделись ещё в Интесторе, на последнем балу у ваших родителей?
Интестора — родина Эль. Почему никто не предупредил, что король Раневар — её старый знакомый? И вообще, как-то он молод для четырёхсот лет…
— Прошло слишком много времени, я почти не помню то время, — импровизировала девочка, помня, как Равен приказывал не разглашать, что она забыла все прошлые жизни: мало ли эта информация попадёт в руки потенциальных врагов! Вот бы этот король и Эль не оказались какими-нибудь близкими друзьями, пожалуйста.
— Правда? — Раневар сложил руки на груди и поднял бровь, — я полагал, что вы помните так же много, как и другая леди Меломера.
— Это слишком тяжёлые воспоминания для меня, поэтому я предпочла их забыть.
— Ах, вот как. В любом случае, Эвелен, я рад видеть вас снова, — он уселся поудобнее, — должен сказать, что я глубоко потрясён вашим подвигом семнадцатилетней давности: в
