что ей только что мозги… — элв явно проглотил не слишком подходящий эпитет, — …промыли. А она сказочных магов вспоминает.
— Кто бы говорил о нормальности, — фыркнула аэра.
— Да что с тобой? — Грех сел, одновременно и притянув к себе девушку, и встряхнув её весьма чувствительно. А у самого лицо вообще ничего не выражало — та же каменная маска. Даже, кажется, морщинки и складки разгладились. — Духи! Переборщил…
— Да ничего со мной! — Лан дёрнула плечом, сбрасывая его руку. И тоже села. — Что ты так всполошился? Нельзя порадоваться, что впервые в жизни мужик захотел меня, такую, как я есть? Просто захотел в кровать затащить, без каких-то там долгоиграющих планов? И не для того, чтобы показать: он тут выше всех и вот какая ценная вещь ему досталась? Ну, прости, что разочаровала. Пойди и утопись. А я пока порадуюсь.
— А с чего такие выводы? — Кайран не знала, можно ли голосом воду заморозить. Но Натери сейчас, наверное, с таким трюком справился бы. — Только с того, что я напился? Так, может, это часть плана?
— Будь это частью плана, ты бы не признался, что мозги мне… промыл, — тихо ответила Лан. — В твоих интересах, чтобы я думала, будто самостоятельно с ума схожу. Влюбилась или похоть одолела. Так манипулировать легче. Да и не стал бы ты со мной спать. Я, конечно, в вашей специфике не особо разбираюсь. Только ведь недаром же говорят, будто любые отношения вредят делу. Дружба там или ещё что только помешать могут.
— Да это!..
— Ну зачем ты всё портишь? — Девушка, наконец, сообразила, что разговаривать лучше одетой или хотя бы прикрытой. Натянула простыню на плечи, зябко кутаясь. Тем более что Лан начало знобить. — Сделал подарок, так хоть не отбирай.
Натери посидел, растирая изрядно помятую физиономию. Что-то буркнул себе под нос. Кажется, безадресный совет, куда стоит отправиться. И сгрёб девушку вместе с простынёй. Улёгся, пристроив элву под бок, накрыл одеялом.
— Это ж надо так себя не любить. Или не ценить? Хотя тут, наверное, и то, и другое, — буркнул недовольно. — Так ведь ещё и наказание себе какое-нибудь придумаешь обязательно.
— Какое ещё наказание? — дёрнулась Лан, выбираясь из-под его руки.
— Тс-с, тихо. Не буянь. Ночь на улице, — Даймонд, не особо напрягаясь, уложил её обратно. — Спи лучше. Только голову не поворачивай, а то от меня перегаром несёт. Думаю, без такого подарка точно обойдёшься. Хочешь, сказку расскажу?
— А ты умеешь?
— Не очень. Но я постараюсь. Слушай и не перебивай, а то из роли выйду. Было это давным-давно, лет пятнадцать назад. Случился у некоронованного короля далёких Северных островов юбилей. И под это дело собрались в высоком замке на скале главы всех кланов и старшие родов. Прихватили и детей — тех, кто ещё господину не представлены. Привёз и Ланар сыновей, а, заодно, и дочь.
— Только не говори, что ты там был!
— Молчи. Не слышишь, я сказку рассказываю? Представление, значит. Скучная, скажу я тебе, церемония. Представь, выводят за ручку малышню — многие только говорить научились. Они, конечно, перепуганы, как кролики. Зал-то огромный, народу тьма, да ещё кресло каменное. А на нём — какой-то большой рыжий дядька. И надо кланяться, да ещё говорить что-то. Вспомнишь тут, чему учили.
— Да уж, отвратно, — поёжилась Лан.
— Ты помнишь?
— Помню, как меня к этому трону отец вёл, а все вокруг пялились, словно я что-то натворила.
— Ну, ещё бы! — хмыкнул Грех, теснее прижимая Лан к боку. — Так вот, представление идёт своим чередом. И вдруг в углу зала переполох. Натери, понятно, спрашивает, чего там случилось. И вот представь: элвы расступаются, а там девчонка. Рожица насуплена, косички в разные стороны торчат и уже растрёпаны. Глянула она на зрителей, на короля и дальше своим делом занимается. Между прочим, дева не в куклы играла, а старательно так пыталась отодрать у собственного платья подол.
— Врёшь!
— Да чем хочешь поклянусь. Ну, король приказал у отца деловитого детёныша вино отобрать. И семейству перед его грозные очи явиться. Предстали. Глава клана сопит и уже явно жалеет, что дочь вообще сюда привёз. Малышка тоже сопит — точно как отец. И на господина смотрит исподлобья, как зверёныш. Король её и спрашивает: «Зачем ты, краса ненаглядная, платье портишь?». Ребёнок, ничуть не смущаясь, отвечает: «Сами эти юбки, как дура, потаскайте, а потом спрашивайте!».
— Не-ет… — простонала Лан, сползая и зарываясь под одеяло с головой.
— Так всё и было. И не хихикай, ты меня сбиваешь. Дело-то этим не кончилось. Король, конечно, брови нахмурил и говорит, мол: страдания юной девы он полностью понимает и где-то даже сочувствует. Но на таких праздниках дамы обязаны быть в юбках — положено так. С другой стороны, любой подвиг должен вознаграждаться. И чтобы хотела аэра взамен? На выбор Натери предложил сладости, щенка или хорошего мужа. Знаешь, что выбрала эта рыжая?
— Щенка, наверное, — не слишком уверенно предположила Кайран.
— Почти угадала. Прелестное дитя потребовала, чтобы ей сейчас же, не сходя с места, выдали щенка и корабль. Но с условиями. Собака пойдёт не любая, а только размером с пони. И корабль больше папиного. Непременно с мачтами, выше неба. Правда, на этом условии девочка замялась и уточнила: мачты должны быть чуть-чуть выше неба. Иначе они его проткнут, дождь станет идти днём и вечером, а это скучно.
— Страх и появился примерно, когда мне лет пять исполнилось…
— Значит, дело за кораблём.
Лан промолчала, пристраивая голову на груди Натери. Корабль — это, несомненно, здорово. Только вот плыть на нём некуда. Якоря слишком прочно держат.
Глава пятнадцатая
Не говори, что ты честный, пока не появится возможность украсть
(Поговорка Северных Островов)
Ни на какой пикник желания тащиться у Лан не было. Только кто ж её спрашивает? Аэр Канелл желает принести свои извинения за неподобающее поведение. Между прочим, он ещё вчера прислал письмо и букет. Просто Даймонд забыл об этом сообщить. Правильно, зачем девушке лишняя информация? Расстроится ещё.
— Да ничего интересного, — пожал плечами Натери. — Обычный набор банальностей.
Вот из-за того, что Канелл не грешил оригинальностью, письмо оказалось в камине. Розы пошли за компанию. Видимо, тоже не соответствовали эстетствующему вкусу Греха.
Но эстетика эстетикой, а отказывать аэру в нижайшей просьбе принести извинения лично и непременно на лоне природы никак нельзя. Хочешь — не хочешь, а с утра прихорашивайся и тащись неизвестно куда завтракать. Правда, сначала изволь подождать, пока конюх соблаговолит лошадей привести, а аэр Натери явиться. Стой
