- Я пришел биться, - сказал Моргон.
Тут земля стала шептать ему о своем законе, преданиях, древних мертвых под его стопами, и его тело словно принялось томиться по новому обличью. Глаза имрисца пробежали по его изможденному лицу, богатой, но очень поношенной рубахе, несколько нелепо смотревшейся среди этих диких, опасных, зимних холмов.
- Хед, - произнес он, и внезапно изумленная улыбка стерла отчаяние с его лица. - Что же, все прочее мы испробовали. Я бы предложил себя тебе в спутники, господин, но думаю, одному тебе будет безопасней. Есть лишь один человек, которого Астрин хотел бы увидеть больше, чем тебя, но я не стал бы биться об заклад, сможет ли он теперь его увидеть.
- Хьюриу. Все ещё неизвестно, где он? Воин устало кивнул.
- Где-то в Обитаемом Мире среди живых или мертвых. Даже волшебник не может его найти. Думаю...
- Я найду его, - вдруг сказал Моргон. Имрисец молчал, его улыбку сменила откровенная и почти невыносимая надежда.
- Найдешь? Это даже Астрину не удается, и сны его полны мыслей о Хьюриу. Господин, кто ты и что ты? Ты стоишь здесь, дрожа от холода, а я верю в твое могущество. Я уцелел в бойне на Равнине Ветров. Иногда ночью, просыпаясь и вскакивая, я жалею, что не остался там.
Он покачал головой, и рука его потянулась к Моргону, но упала, так и не коснувшись князя Хеда.
- Теперь иди, - сказал воин. - Убери свои звезды с глаз подальше. Удачно тебе добраться до Кэруэддина. Поспеши, господин.
Вороны летели на восток. Путь их лежал над другими длинными вереницами повозок с припасами и караванов свежих лошадей; они отдыхали под стрехами богатых домов, где во дворах было душно от дыма и все дрожало от грохота кузниц. В дыму сверкали доспехи и угадывались темные потные бока пахарских лошадок - это собирались в путь ополченцы, чтобы вступить в Кэруэддин. Юнцы, почти мальчишки, и крепкие, много повидавшие пастухи, землепашцы, кузнецы, даже торговцы, наспех прошедшие обучение, готовились в поход. И вороны спешили вперед изо всех сил. Они летели вдоль Тула, бегущего к морю темными зигзагами среди опустевших полей.
Моргон и Рэдерле добрались до Кэруэддина на закате; небо походило на великолепное боевое знамя, раздираемое крепким ветром. Город со всех сторон был окружен тысячей костров, словно его осаждали свои же. Гавань же оставалась свободной - торговые суда из Исига и Ануйна входили в неё с вечерним приливом. Прекрасное жилище имрисских королей, выстроенное из обломков города Властелинов Земли, как самоцвет, полыхало в лучах заката. Вороны прянули в тень перед запертыми воротами и здесь, на пустынной улице, приняли прежнее свое обличье. Они не сказали друг другу ни слова, лишь смотрели друг на друга так, словно не виделись вечность. Моргон привлек к себе Рэдерле и подумал: неужели его взгляд настолько же иссушен усталостью? Он коснулся её разума; затем, поискав в глубине дома, нашел разум Астрина.
Он предстал перед имрисским земленаследником, который сидел один в небольшой палате совета. Астрин был занят - карты, донесения, списки припасов занимали весь огромный стол перед ним. В палате сделалось уже слишком темно, но он не удосужился зажечь свечи, сидел, глядя прямо перед собой, с осунувшимся, бесцветным лицом. Моргон и Рэдерле, прямо с улицы шагнувшие в колыхание света и тени, ничуть не всполошили его, он лишь бросил на них такой взгляд, словно они были для короля не менее призрачны, чем его надежда на победу. И тут лицо его вдруг изменилось - он встал, и кресло его с грохотом опрокинулось назад.
- Где вы были?
В этом вопросе прозвучала целая бездна облегчения, участия и горечи. Моргон, окинув прошлое не менее испытующе, чем взирал на мир своим единственным, холодным, как зима, глазом имрисский земленаследник, коротко ответил:
- Разрешали загадки.
Астрин обошел стол и, усадив Рэдерле в кресло, предложил ей вина. Стоя перед ней на одном колене, Астрин озадаченно взглянул на Моргона.
- Откуда ты взялся? Я сидел и думал о тебе и Хьюриу - да, о тебе и о Хьюриу. Ты тонок, словно шило, разве что не железный. И вид у тебя... Если возможно такое, чтобы человек своим видом походил на оружие, то это ты. И мощь немым громом прокатывается по всей палате. Где ты её добыл?
- По всему миру. - Моргон плеснул вина в пустой бокал и сел.
- Ты можешь спасти Имрис?
- Не знаю. Наверное. Не знаю. Мне нужно найти Ирта.
- Ирта? Я думал, он с тобой. Моргон тряхнул головой.
- Он покинул меня. Надо его найти. Он мне нужен...
Голос его понизился до шепота; он посмотрел в огонь, внутренность кубка в его руке засияла золотом. Он вздрогнул от голоса Астрина и понял, что почти уснул.
- Я не видел его, Моргон.
- Алойл не здесь? У них с Иртом мысленная связь.
- Нет, его здесь нет. Он при войске Мэтома. Они расположились в лесу близ Торговой дороги. Моргон... Внезапно Моргон впал в исступленное отчаяние.
- Он был здесь, рядом со мной. Если бы только у меня хватило ума повернуться и рассмотреть его вместо того, чтобы преследовать его тень по всему Обитаемому Миру... Я играл с ним на арфе, бился с ним, пытался убить его и любил его. И как только узнал его, он исчез, оставив меня, а я все продолжаю бежать за ним...
- Что ты несешь?
Моргон, до которого дошел смысл его слов, немо уставился на Астрина. Он вновь видел странное, бесцветное лицо, нависшее над ним, когда он очнулся, безголосый и безымянный, на чужом берегу. Воин перед ним в темной тесной накидке, кое-как надетой поверх кольчуги, снова стал худым оборванным юношей в хижине у моря, разрешающим загадку останков древнего города на Равнине Ветров.
- Равнина Ветров... - прошептал он. - Нет. Он не мог пойти туда без меня. А я не готов.
Лишенное выражения лицо Астрина сейчас походило на череп, обтянутый кожей.
- Кого ты, собственно, ищешь?
Он произнес эти слова очень тщательно, собрав их вместе, словно черепки от разбитой вазы. И тогда Моргона пронзило имя арфиста: первая темная загадка, которую арфист загадал ему давным-давно, в солнечный осенний денек на пристани в Толе. Он проглотил комок, вставший в горле, поразившись внезапно пониманию того, за кем или чем он гонится.
Рэдерле откинула голову на спинку кресла. Глаза её сомкнулись.
- Ты разгадал так много загадок, - проговорила она, впадая в сон. - Где же последняя, неразгаданная, если не на Равнине Ветров?
Она ещё глубже зарыла лицо в мех плаща, висевшего на спинке кресла, а Моргон с сомнением покачал головой. Больше Рэдерле не шевелилась; Астрин выхватил кубок из её разжимающихся пальцев, не дав ему упасть. Моргон резко встал и пересек палату. Он подошел к столу Астрина, склонился над ним, разглядывая карту Имриса.
- Равнина Ветров... - Затененные участки на карте привлекли его внимание. Он коснулся островка тьмы в западном Руне. - Это что?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
