– Конечно. – Китаец своей тростью не только дрался, он при помощи нее взбирался наверх, цепляясь ручкой за выступы, и даже перекидывал с крыши на крышу, используя в качестве мостика.
– Джан Лу… Так героя зовут, а артист Ван Хон, красавчик, да? – На морщинистом лице появилась девичья улыбка. – Так вот Джан Лу ручку чуть поворачивает, срабатывает механизм, и трость удлиняется.
– Как телескопическая дубинка. Такими пользуются бойцы силовых структур и у нас, и за рубежом. Только не автоматическими. Рукоятку встряхиваешь, и из нее выдвигается непосредственно сама дубинка, состоящая зачастую из нескольких звеньев.
– Где такую можно купить? – заинтересовалась бабуля.
– Это холодное оружие ударно-дробящего действия. Очень серьезное. Вы его никак не купите.
– Значит, только на черном рынке. Или заказать еще можно умельцу. Это ж даже не обрез. Надо трубки, чтоб одна в другую вставляюсь, да рукоятку удобную. Но с механизмом все же лучше. А то не всегда махнуть можно. Если в тесноте, например. Или дубинка длинная. Скажем, метра четыре.
– Как у Джун Ли? – Его трость раскладывалась на эту длину, и он по ней перемахивал на крышу другого здания. Как эквилибрист.
– Джан Лу, – поправила ее Марина Ивановна. – Для мента у тебя слишком плохая память на имена.
– Вы к чему ведете, не пойму?
– Соображалка тоже не очень, – крякнула она. – У ниндзи была такая штуковина, как у Джан Лу.
– А, вот оно что… – Варя пожалела, что приехала. Еще и на «Мустанге». В этом рабочем районе а-ля гетто с ним могут обойтись неуважительно. – И убийца по жердочке перелез с козырька на подоконник квартиры, где обитала жертва?
– Мы же не в кино, дурочка. С помощью трости-дубинки он легко забрался на гаражи, а когда убил Кулика, закрыл окно. Ты же заметила, у нас они наружу распахиваются. Если сильно толкнуть – захлопнутся. А я видела что-то длинное и блестящее. Теперь ясно, что не катану.
– И зачем это убийце?
– Чтоб увести следствие в другом направлении, раз. Два: чтоб на падаль через открытое окно не налетели вороны. У нас тут их полно, за крайним складом мусорные баки, где они пируют. На разложившимся трупе улики труднее найти, так?
– С расклеванным птицам трупом та же история.
– Но вы бы начали расследование по горячим следам, – быстро нашлась бабуля. – И время смерти точно определили бы.
– Вы в милиции не работали, Марина Ивановна?
– Нет. Но пересмотрела все сезоны «Улиц разбитых фонарей».
– Спасибо вам за помощь. Я приму к сведению. – И начала пятиться к выходу, едва не наступив на кошку. Та терлась о ноги гостьи, требуя ласки хотя бы от нее, коль к женихам не пускают.
– А я еще не закончила.
– Неужели?
– Говорила тебе, что меня кошаки разбудили?
– С этого разговор и начали.
– Я их из-под окна шуганула, но они не успокоились. Продолжили орать и драться у складов. Я взяла костыль и пошла их гонять.
– Надеюсь, ни одно животное не пострадало?
– Я ж не била их, только замахивалась, – немного обиделась Марина Ивановна. – Один, самый молодой, с перепугу запрыгнул на подоконник, свалился оттуда, попал в щель между стенами. Раньше там труба дождевого стока проходила, но оторвали, сдали. Застрял там бедняга, я давай его спасать. Кое-как вытащила. За что отблагодарил! – Старушка продемонстрировала смазанные зеленкой царапины на запястье. – Так вот там, в щели, не только котик был. Еще любопытный предмет. Сейчас покажу.
Марина Ивановна открыла ящик комода и достала из него сверток. В вафельное полотенце был завернут длинный и тонкий предмет. Когда старушка распеленала его, Варя увидела округлый металлический брусок. На первый взгляд какая-то заготовка для детали. Длина сантиметров семьдесят пять, диаметр пять сантиметров. Тяжелая. В руке лежит хорошо. Удобно держать.
– Что это? – спросила Варя.
– Я думала, ты мне скажешь.
– Фиговина какая-то.
– А ты присмотрись! – Марина Ивановна начала раздражаться. – Как тебя в полицию взяли? Подумала бы, по блату, да работа собачья.
– Служба, – поправила ее Варя. – И она у нас опасна и трудна…
– Да-да, смотрела я сериал, как и все советские люди. «Следствие ведут знатоки» называется. «Улицы разбитых фонарей» лучше. Но песня эта хорошая. У меня есть она на кассете. Хочешь, включу? Чтоб лучше думалось.
– А что, давайте. – Она хотела бабку чем-то занять. Чтоб не мешала. Но где там!
– Да ты глянь на выпуклость и впуклость.
– Нет такого слова.
– Слава нет, а впуклость есть.
Но Варвара уже сама видела. С одной стороны «фиговины» была круглая прорезь, что немного выпирала. Буквально на половину миллиметра. А с другой она наоборот была вдавлена.
– Нашла-таки, – поняла Марина Ивановна. – А теперь нажми на впуклость. Именно на нее.
Варвара так и сделала. Из бруска, тихо, почти беззвучно, выскочила и разложилась ручка.
– Чем тебе не трость Джан Лу? – спросила бабуля. Ее обуревала гордость и за себя, добытчицу улик, и за героя дешевого боевика, и за ниндзю из реальности, сообразившего, где такое чудо купить.
– А что произойдет, когда на впуклость нажмешь?
– Подойди к окну и проверь.
Капитан Утесова так и сделала. Выставила конец получившейся трости в открытое окно и нажала.
– Ого! – воскликнула она, пронаблюдав, как она удлиняется. Из одной трубки вылетает другая, из той – третья. И вот уже в руке Варвары металлическая палка длиной почти четыре метра. И она держится ровно, не колеблется. – По такой Джан Лу запросто прошел бы, будь он эквилибристом.
– Да. Но мы не в кино. Поэтому наш ниндзя только забрался на склады с ее помощью. А потом затворил окно.
– Надо проверить.
– Валяй.
– Марина Ивановна, дуйте в квартиру Кулика, – и бросила ей
