Лингвистическая экспертиза не бессмысленна, она просто не должна подменять собой юридическую процедуру. Лингвист имеет дело исключительно со словами и текстами, их значениями и скрытыми смыслами, он вскрывает двусмысленности и предлагает различные интерпретации, но он не может и не должен выносить вердикт. Любая гуманитарная экспертиза – это лишь система аргументов, а не строгое и окончательное доказательство чьей-либо вины или правоты. Привлекать эксперта нужно лишь в сложных случаях, когда он может вскрыть то, что неочевидно для неспециалиста. В случае же очевидной интерпретации гуманитарный эксперт не нужен. Скажем, если все воспринимают некую фразу как призыв к насилию, а лингвист докажет, что это не так, фраза не перестанет быть призывом к насилию. И наоборот, если для того, чтобы увидеть в некой фразе призыв к насилию, нужен высококвалифицированный специалист, то это уже не призыв к насилию.
В наиболее скандальных экспертизах вопросы для эксперта формулируются так, что они сразу подводят человека под статью. Например, у эксперта спрашивают, является ли то или иное высказывание экстремистским. Эксперту фактически предлагают подменить юриста. А это совершенно недопустимо. Мы уже имели когда-то “карательную психиатрию”. Гуманитарная экспертиза не должна быть карательной.
Чтобы показать ограниченность и условность применения лингвистической экспертизы, я сделал несколько пародийных экспертиз по делам, “возбужденных” против сказочных героев. Каждому делу соответствуют две экспертизы – обвинительная и оправдательная. Обвиняемые: заяц, волк, медведь (из сказки о колобке), работник Балда и Бармалей.
Дело № 1
Катится колобок по дороге, навстречу ему заяц:
Колобок, колобок, я тебя съем!..
Катится колобок, навстречу ему волк:
Колобок, колобок, я тебя съем!..
Катится колобок, навстречу ему медведь:
Колобок, колобок, я тебя съем!..
(“Колобок”, русская народная сказка)
Вопрос к эксперту:
Содержатся ли угрозы колобку в высказываниях зайца, волка и медведя?
Экспертиза 1
Перед экспертом был поставлен вопрос: “Содержатся ли угрозы колобку в высказываниях зайца, волка и медведя?”
При анализе высказываний зайца, волка и медведя использовался контент-анализ, ситуационный анализ, а также лексикографический анализ.
В словаре С. И. Ожегова есть слова угроза, колобок и съесть.
Угроза – запугивание, обещание причинить кому-н. неприятность, зло.
Колобок – небольшой круглый хлебец (в народных сказках).
Съесть – см. есть.
Есть – принимать в пищу, употреблять в пищу.
Совершенно очевидно, что в данной ситуации речь идет о взаимодействии равноправных сказочных персонажей, что подтверждается наличием в высказываниях двойного обращения колобок, колобок.
Для колобка, являющегося одновременно и круглым хлебцем, и сказочным героем, употребление его в пищу означает прекращение функционирования, невозможность катиться по дороге, петь песни и т. д. Вступление в речевой контакт с колобком (а не простое молчаливое поедание) свидетельствуют об осознании его сказочной природы зайцем, волком и медведем. Таким образом, можно с полным основанием утверждать, что в их словах содержится обещание причинить колобку неприятность, то есть угроза. Ответ эксперта на поставленный вопрос: ДА.
Экспертиза 2
Перед экспертом был поставлен вопрос: “Содержатся ли угрозы колобку в высказываниях зайца, волка и медведя?”
При анализе высказываний зайца, волка и медведя использовался контент-анализ, ситуационный анализ, а также лексикографический анализ.
В словаре С. И. Ожегова есть слова угроза, колобок и съесть.
Угроза – запугивание, обещание причинить кому-н. неприятность, зло.
Колобок – небольшой круглый хлебец (в народных сказках).
Съесть – см. есть.
Есть – принимать в пищу, употреблять в пищу.
Высказывания зайца, волка и медведя обращены к колобку и включают глагол в будущем времени.
Их можно охарактеризовать как сообщение о намерении совершить нечто с адресатом высказывания. Поскольку колобок – это хлебец, то есть продукт питания, сообщение о том, что его собираются съесть, то есть в соответствии с толковым словарем – употребить в пищу, предполагает наиболее естественное с ним обращение и не содержит никакого обещания причинить зло или неприятность. Реакция колобка в виде песни также подтверждает тот факт, что колобок не воспринимает данные высказывания как угрозы, а общение доставляет удовольствие обоим собеседникам. Таким образом, можно говорить об игровом взаимодействии колобка с зайцем, волком и медведем и утверждать, что в их высказываниях не содержится угрозы. Ответ эксперта на поставленный вопрос: НЕТ.
Дело №2
Да вот веревкой хочу море морщить
Да вас, проклятое племя, корчить.
(А. С. Пушкин. “Сказка о попе и работнике его Балде”)
Вопрос к эксперту:
Направлено ли высказывание работника Балды в контексте данной ситуации на разжигание национальной розни, а также на унижение чертей по признаку национальности, происхождения?
Экспертиза 1
Перед экспертом был поставлен вопрос: “Направлено ли высказывание работника Балды в контексте данной ситуации на разжигание национальной розни, а также на унижение чертей по признаку национальности, происхождения?”
При анализе высказываний работника Балды использовался контент-анализ, ситуационный анализ, а также лексикографический анализ.
В словаре С. И. Ожегова есть слова проклятый, племя, корчиться.
Племя – объединение людей, связанных родовыми отношениями, общим языком и территорией. Проклятый – ненавистный, проклинаемый. Корчить – изгибаться в корчах, судорогах.
Обращаясь к чертям словами проклятое племя, работник Балда, безусловно, выделяет их по признаку происхождения. Слово проклятый является в данном контексте прилагательным и содержит негативную оценку чертей с точки зрения говорящего (они ему ненавистны, см. толковый словарь). Можно утверждать, что оно имеет оскорбительный характер. Слово корчить предполагает насильственное по отношению к чертям действие, причиняющее им болезненные ощущения. Таким образом, можно говорить об угрозе или шантаже, содержащихся в словах работника Балды, адресованных группе лиц, объединяемых по признаку происхождения, и выраженных в оскорбительной форме, что, очевидным образом, унижает данную группу лиц. Таким образом, ответ эксперта на поставленный вопрос: ДА.
Экспертиза 2
Перед экспертом был поставлен вопрос: “Направлено ли высказывание работника Балды в контексте данной ситуации на разжигание национальной розни, а также на унижение чертей по признаку национальности, происхождения?”
При анализе высказываний работника Балды использовался контент-анализ, ситуационный анализ, а также лексикографический анализ.
В словаре С. И. Ожегова есть слова проклятый, племя, корчиться.
Племя – объединение людей, связанных родовыми отношениями, общим языком и территорией. Проклятый – ненавистный, проклинаемый. Корчить – изгибаться в корчах, судорогах.
Обращаясь к чертям словами проклятое племя, работник Балда не выделяет их по признаку происхождения, поскольку черти не являются людьми (см. толкование), то есть в данной ситуации можно говорить о метафорическом употреблении слова. Слово проклятый является в данном контексте причастием и не содержит негативной оценки чертей с точки зрения говорящего, а лишь констатирует имевший место в прошлом факт проклятия. Следовательно, можно утверждать, что обращение проклятое племя не выделяет чертей по национальному принципу (характерному лишь для людей) и не носит оскорбительного характера. Слово корчить не содержит угрозы, а лишь фиксирует возможные для чертей последствия морщения моря. Таким образом, ответ эксперта на поставленный вопрос: НЕТ.
Дело №3
Я кровожадный,
Я беспощадный,
Я злой разбойник Бармалей!
И мне не надо Ни мармелада,
Ни шоколада,
А только маленьких
(Да, очень маленьких!)
Детей!
“Карабас! Карабас!
Пообедаю сейчас!”
(К. Чуковский. “Бармалей”)
Вопрос к эксперту:
Содержится ли в высказываниях Бармалея угроза детям в форме их поедания?
Экспертиза 1
Перед экспертом был поставлен вопрос: “Содержится ли в высказываниях Бармалея угроза детям в форме их поедания?”
При анализе высказываний разбойника Бармалея использовался контент-анализ, ситуационный анализ, а также лексикографический анализ.
