над ним Синичкин.
– Не понимаю о чем ты? – принялся перебирать он бумаги.
Генерал выхватил из рук Громова папку и швырнул ее на пол, устремив на него свой упористый взгляд.
– Ты тестировал его? Отвечай!
– Ты же просил, чтобы я помог тебе с его обучением? Я помогаю! Скоро его будут учить лучшие специалисты своего дела, ты представляешь, какая это честь?
– Ты хоть соображаешь, что творишь?! – заорал тот, и на пол полетели еще несколько стопок с бумагами.
– Стой! – подскочил Ян и, убрав со стола фотографию молодой девушки, улыбнулся. – Все, можешь продолжать!
– Объясни мне, зачем ты это делаешь? Из ненависти ко мне?
– М-м-м… Дай подумать! Определенно, да! Тебя это удивляет?
– Меня это огорчает, Ян! – устало опустился на стул генерал. – Мальчик здесь не при чем! Где его документы?
– Ты хочешь узнать прошел ли он тест? – усмехнулся он.
– Ему четырнадцать, Ян! Четырнадцать!
– Ему почти пятнадцать! – отрезал он и хмуро взглянул на генерала. – Годом раньше или позже, неважно. Ему все равно не уйти от этого. Так лучше подумай о том, что будет хорошо для него! Ты же слышал, они собирают группу пилотов, и здесь у него прекрасные перспективы! Отучится, получит неплохую работу…
– Звучит многообещающе! Только, почему же ты не радуешься? У тебя ведь все есть, чего еще желать?
– Я хочу вернуть то, что ты украл у меня! – сжал он в руках фотографию.
Синичкин мрачно взглянул на изображение синеглазой красавицы. Длинные русые волосы девушки спадали ниже плеч, а светлое лицо было озарено доброй улыбкой, которая за столько лет так и не стерлась из памяти.
– Мне жаль, я не могу этого сделать. – с горечью произнес генерал. – Как не могу и изменить прошлого! Возможно, это прозвучит банально, но жизнь на этом не заканчивается. И поверь, она может быть прекрасна, но ты посвятил большую ее часть на то, чтобы как можно больнее наступить мне на пятки! Только, стоит ли твоя месть еще одной искалеченной жизни?
Генерал поднялся и зашагал к выходу.
– Зря за него беспокоишься! – выкрикнул Громов, тоже поднимаясь с места. – Этот мальчишка наглый, дерзкий и самоуверенный до тошноты! Он и не с таким справится!
Ян пытался говорить уверенно, но внутренние противоречия раздирали его изнутри. Как не пытался он скрыть свои эмоции, мерцающие огни светильников выдавали его.
– Кого сейчас ты пытаешься в этом убедить? – улыбнулся генерал и, покачав головой, взялся за ручку двери.
– Скажи, подозрения Совета в том, что контакт все же случился, имеют под собой основания?
– Возможно – уклончиво ответил тот. – Реши, наконец, на чьей ты стороне, Ян! – заслонил он за собой дверь.
***
– Отстранение от занятий накануне экзаменов – это очень серьезно. Ох, не стоило тебе так с ним разговаривать!
– А как? Олег, этот псих чуть не укокошил меня! Все, что он сказал мне после приземления, так это то, что два года в «Орлане» прошли для меня не впустую?! И все это с такими спокойствием и невозмутимостью, словно ничего необычного не произошло.
– Ничего бы не произошло вовсе, если бы вел себя, как полагается! – вмешался Николай Петрович, все это время он молча сидел в дальнем углу комнаты, а теперь поднялся. – Вот ведь, как чувствовал, по голове тебя бить бесполезно, она пустая! Надо было ногу сломать! Или руку! Лежал бы сейчас у Ольги в больничке. Теперь объясняй генералу, почему не доглядел!
– Нужно было мне сообщить, я бы сумел на него повлиять! – накинулся на майора Олег.
– Я на него за пять лет повлиять не сумел! – фыркнул Приходько.
– Меня он слушается! Я бы проследил за ним!
– Ты за собой-то проследить не можешь! – зарычал Приходько.
– Эй! Нашли время ссориться! – буркнул Макс, вставая между ними. – И так тошно!
– Первый раз в жизни я с тобой согласен! – кивнул Приходько.
– Но ведь Александр Андреевич сумеет все решить? – обеспокоенно взглянул Олег.
– Слышите? – прислушался Николай Петрович.
– Нет! – переглянулись Макс и Олег.
– Вот и я ничего не слышу! Если крики стихли, это может означать только два варианта. Либо они договорились, либо один из них убил другого! – мрачно подвел итог Приходько.
К всеобщему облегчению, скоро в кабинет вернулся генерал. Следов борьбы или крови на нем не было. И Макс радостно подскочил навстречу. Только при виде хмурого и рассерженного лица ему стало не по себе. А когда тот приблизился, юноше и вовсе захотелось сквозь землю провалиться под его суровым взглядом.
– Коля, Олег, не смею вас задерживать, – кивнул Синичкин, возвращаясь на свое рабочее место, – можете приступать к своим обязанностям!
– А как же, Александр Андреевич… – растерялся Олег, переводя взгляд с него, на Макса и обратно.
– Тебе не о чем переживать, Олег! Иди и работай!
Вместе с Приходько, он нехотя покинул кабинет, Макс остался стоять один, понуро опустив голову вниз и не смея взглянуть на генерала.
– Я не знаю, как это вышло. Простите…
– Нет! Это ты меня прости! – Макс удивленно поднял глаза, Александр Андреевич был очень хмур, но на курсанта смотрел мягко и ласково. – Это я тебя подвел. Наверно, мне следовало бы раньше рассказать, но я все думал, что время еще представится. Присядь, пожалуйста, и мы с тобой поговорим! – указал он на место напротив и вежливо дождался пока тот сядет. – Скажи, что тебе известно о Совете Безопасности?
Неожиданный вопрос генерала ввел его в замешательство.
– Ну, первое собрание произошло 7 июля 2100 года. Эту же дату принято считать датой основания. В Совет вошли…
– Нет, Максимилиан. – улыбнулся Синичкин. – Мы же не на уроке! Меня интересует твое мнение о целесообразности его созыва и личное отношение.
– Вполне разумно было создать единый центр управления. Объединение всех силовых структур в одну помогло достигнуть быстрого и своевременного реагирования. Немаловажно создание единой экономики и единого государства, которые объединили множество национальностей, религий. Это помогло избежать противостояний и столкновений интересов народов, в которых погряз наш мир в 21 веке.
– Значит, ты считаешь, что теперь наш мир процветает?
– Войн больше нет!
– Нет?
Макс задумчиво уставился на него.
– Ты довольно сообразительный парнишка и не можешь не замечать всего, что происходит вокруг. Люди пропадают. Бесконечно происходят несчастные случаи, уносящие сотни жизней. А что говорить о безобразном разделении общества на классы? Разве это тот мир, которого мы все так ждали?
– Я не совсем понимаю, вы считаете, что за всем стоит Совет? – недоверчиво спросил Макс. – Это же абсурд! Совет борется за равноправие и…
– Нет, Макс, не борется! – серьезно ответил Синичкин. – Именно Совет это неравенство и порождает. Точнее, поддерживает
