когда он шел через сквер ко мне или обратно, но никто ни разу не говорил, что видел у нас на территории высокого темноволосого незнакомца, хотя все знали, что я ищу человека, соответствующего этому описанию. Потому что никто до конца не верил в его существование.
Тамсин что-то ищет в сумке. Наконец направляется в сторону своего дома, и Ева идет за ней. Я выдыхаю с облегчением, но тут Тамсин оглядывается и, прижав к уху телефон, смотрит как будто прямо на меня. Я отодвигаюсь от окна, надеясь, что она меня не увидела. Мобильный, который я по-прежнему держу в руке, вдруг начинает звонить, и я подпрыгиваю. Это она.
В ту же секунду звонят в дверь, и сердце у меня чуть не выскакивает из груди. Томас говорил никому не открывать. Возможно, это полиция, он говорил, что позвонит им. Возможно, они приехали на машине без опознавательных знаков. Сунув телефон в карман, я бегу вниз.
— Элис, это я, — доносится через дверь голос Томаса.
Я поспешно открываю, смаргивая набежавшие слезы.
— Все в порядке, — говорит он, увидев мое лицо, и кладет руку мне на плечо. — Я здесь.
— Я смотрела в окно, чтобы вас не пропустить, но не увидела, как вы появились.
— Я пришел в обход, я всегда так делаю. Не люблю привлекать к себе внимание. Это у вас телефон звонит?
— Да, но это всего лишь Тамсин.
— Вы уверены? Может, полиция. Я дал им ваш номер.
— Нет, смотрите. — Я показываю ему телефон.
— Вы не ответите?
— Нет, неважно, — говорю я, и мы проходим в кухню. — Мы за обедом поссорились. Я уже рассказывала, она терпеть не может, когда я задаю вопросы про Нину. — Я указываю на холодильник: — Вон фотография.
Он внимательно присматривается.
— Интересно, зачем он ее здесь повесил?
— Это его очередной звоночек, — объясняю я. — Сегодня утром я поняла, что были и другие вещи, которые я упускала из внимания, думая, что их оставлял Лео, — например, роза на подоконнике, бутылка шампанского в холодильнике, опрокинутая фотография в рамке. Он каждый раз что-нибудь такое делает, и наверняка есть вещи, которых я до сих пор не заметила. Это что-то вроде игры. Он со мной играет. — Я смотрю на него: — Что сказали в полиции, когда вы сообщили им о фотографии и о связи Тима с Ниной?
— Я все передал своему знакомому, и он уже пошел обсуждать это с начальством. Странно, что они до сих пор не приехали.
— Давайте выпьем кофе, пока ждем? — У меня опять звонит телефон, и я издаю отчаянный стон. — Опять Тамсин. Может, я ей все-таки отвечу, чтобы уже покончить с этим?
— Пожалуй, действительно стоит ответить. Главное, не слушайте, если она будет говорить что-то неприятное. А я пока сделаю кофе.
— Спасибо, — говорю я и принимаю вызов, благодарная за то, что он берет мои заботы на себя.
— Элис, только не вешай трубку! — слышу я встревоженный голос Тамсин.
Я ничего не отвечаю, жду, что она скажет дальше.
— Ты сказала, что делала это ради сестры Оливера.
— Да, так и есть, — говорю я, надеясь, что ей станет стыдно.
— У Оливера не было сестры.
Я смеюсь.
— Очень смешно, — говорю я и вижу, как Томас оборачивается и улыбается мне, довольный тем, что я могу за себя постоять.
— Послушай, я хорошо знала Нину и Оливера, и он мне рассказывал, что был в семье единственным ребенком, — говорит Тамсин. — Нина тоже об этом упоминала — о том, что у него совсем не осталось родных, потому что мать умерла, когда он был совсем юным, а отец жил за границей.
— Тамсин, не звони мне больше.
— Подожди, это еще не все! Тот мужчина, про которого ты говорила, что он якобы появился у тебя на вечеринке…
У меня перехватывает дыхание. Видимо, они с Евой все-таки увидели, как Томас обходит кругом наш сквер.
— Если Лорна в самом деле его впустила, — продолжает Тамсин, — и если он действительно существует, почему тебе никогда не приходило в голову, что, может, он-то и убил Нину? Почему ты первым делом заподозрила не его, а нас? Ведь иначе зачем ему было заявляться к вам на вечеринку?
На одно ужасное мгновенье мир будто перестает вращаться.
— Элис? — слышу я голос где-то в трубке. — Ты здесь?
Томас снова смотрит на меня и улыбается. Его улыбка возвращает меня к реальности.
— Я уже сказала: не звони мне больше, — говорю я и нажимаю на отбой.
Кладу телефон в карман и думаю, что надо было рассказать ей, что Томас — частный детектив, который расследует убийство Нины, и он уже нашел убийцу.
— Похоже, извинение прошло не слишком успешно? — спрашивает Томас.
Я мотаю головой:
— Не слишком.
— Про ее психотерапевта вам, как я понимаю, так ничего узнать и не удалось?
— Только то, что я вам уже и так сказала. Но это теперь вряд ли важно, ведь виновный — Тим.
Я улыбаюсь ему, и он улыбается в ответ, но у меня из головы не идут слова Тамсин.У Оливера не было сестры.
Я достаю телефон.
— Напишу Лео, во сколько уезжаю, чтобы он мог сразу вернуться, а то он меня все торопил с ответом. Я собиралась уехать через час, но, возможно, стоит задержаться, вдруг полиция все-таки приедет.
— Может, сказать ему, что точного времени вы не знаете, так что лучше ему подождать до завтра?
— Хорошая мысль, — говорю я и уже пишу Лео.
Узнай, пожалуйста, была ли у Оливера сестра. Это очень-очень срочно.
Он отвечает почти сразу:
Ты говорила, что была. Как я могу это узнать?
— Я так и знала, что он начнет ныть, — говорю я с кислой улыбкой. — Ему совсем не нравится, что придется ждать до завтра.
— Напишите, что у него нет выбора.
— Да.
«Не знаю! — пишу я в ответ. — Просто узнай. Пожалуйста!»
«Постараюсь. Кстати, я говорил с Беном. Он не знал Максвеллов. Он работает в “Редвудс” всего два года и до нас никому домов в “Круге” не продавал.»
Сердце начинает медленно и тупо колотиться о грудную клетку. Я смотрю на Томаса и слышу в голове голос Тамсин: «Почему тебе никогда не приходило в голову, что, может, он-то и убил Нину?»
— Что он ответил? — спрашивает Томас.
— Что моя взяла, — говорю я и кладу телефон на стол экраном вниз, чтобы он не увидел, что Лео напишет о том, была ли у Оливера сестра. — Он подождет до завтра.
— Отлично.
Кофе готов, и он приносит его на стол.
— Вы передали Хелен, что я с нетерпением жду встречи с ней в среду? — спрашиваю я.
— Передал, и она сказала, что тоже очень ждет. — Он выдвигает стул напротив меня. — Я тут думал… Понимаю, что это может показаться немного... ну... немного поспешно — но я бы очень хотел, чтобы вы как-нибудь познакомились с моими родителями. И с Луисом.
— С удовольствием, — отвечаю я и подношу чашку к губам.
Пытаюсь разобраться в мыслях, которые бешено скачут в голове, сталкиваясь друг с другом и друг друга отменяя. Томас показывал мне снимок, на котором он сфотографирован с Хелен в университетские годы. Нет, он показывал мне снимок, на котором он сфотографирован с какой-то молодой женщиной.
— Как будет здорово, если вы сможете сообщить Хелен, что нашли человека, виновного в смерти Нины. Если это действительно окажется Тим, — говорю я.
— Я на сто процентов уверен, что это он.
— Интересно, какой у него был мотив?
Я поднимаю на него глаза и рассматриваю лицо, уже так хорошо мне знакомое: зеленые искорки в глазах, волосы, падающие на лоб. Он выглядит таким добрым, у него есть сын, родители, и он хочет, чтобы я с ними познакомилась. Он не мог убить Нину, это невозможно, ведь он ее даже не знал! Если, конечно, она не нанимала его для слежки за Оливером. Или Оливер не нанимал его следить за Ниной, потому что заподозрил, что у нее
