то уже все не так уж плохо. А уж хищные — совсем хорошо. Охотники не выживают там, где нет добычи. Где-то в степи явно есть травоядная живность, на которую местные орлы и охотятся. Еще бы воды найти. Должны же и птицы запивать свои трапезы.
Брести по степи наугад пришлось недолго. За невысоким холмом обнаружилась дорога. Причем бетонная. Серая поверхность ее местами была выщерблена, а кое-где бесстыдно торчала ржавая арматура. Судя по всему, здесь давно никто не ездил. Но дорога — еще один плюс этого мира. По ней и идти удобней, чем через ковыль, и направления только два. А древняя мудрость гласит, что дороги всегда приводят к тем, кто их строил.
Навстречу солнцу идти трудно, поэтому Виктор выбрал противоположное направление. Он шел по краю дороги, где выбоин было меньше, и поглядывал по сторонам. Однако вокруг ничего не менялось.
По ощущениям, время перевалило за полдень. Но кто знает, что происходит в этом мире. Как бы то ни было, инспектору очень хотелось пить. Да и от еды он бы не отказался.
— Время… — Виктор усмехнулся и сделал вид, что зачерпывает воздух ладонью, — Никому не требуется горсточка пространств? Отдам за глоток воды и упаковку концентрата.
Никто не откликнулся на столь выгодное предложение, и он продолжил путь. Часа через три ходьбы он сбавил шаг и теперь неторопливо брел. Спешить было некуда. Прямая как стрела дорога упиралась в пустой горизонт, солнце все так же высоко висело, замерев в местном полдне. Пить уже хотелось куда больше, чем есть.
Инспектор остановился и повернулся к роботу.
— Как мне идти, чтобы двигаться в нужную сторону? — тихо спросил он, едва шевеля запекшимися губами.
Но робот лишь тихо жужжал, ожидая, когда человек вновь тронется в путь.
— Ты бы подсказал, а? Ведь если пространства бесконечны, то и дорога такая же. Те, кто ее строил, явно знали тайные тропы, по которым можно дойти в более приветливые места. И ты должен их знать. Я же без воды долго не протяну, понимаешь? И ты останешься один.
По-видимому, машину явно не занимали рассуждения подопечного. Она обладала безграничным терпением и терпеливо ждала, когда человек выговорится. И лишь покачивалась, когда налетал ветерок посильнее.
Отвернувшись, Виктор снова отправился в путь. Вскоре он снова перестал обращать внимание на гул машины за спиной, а просто неторопливо шагал к горизонту.
Однако что-то все же нашлось. За холмом справа мелькнули какие-то постройки, явно искусственного происхождения. Это вполне мог быть и город.
— Завод или нет? — спросил Виктор, повернувшись к роботу.
Гриб жужжал, ожидаемо игнорируя вопрос.
— Да и черт с тобой, молчи сколько влезет, — махнул рукой Виктор и шагнул в ковыль.
Оказывается, к городу когда-то тоже прокладывали дорогу. Видимо, до поворота надо было еще пройти. Виктор вышел на нее где-то километра через два.
В отличие от основной дороги, ответвление было сделано из металла и потому прекрасно сохранилась. Однако быстро по ней идти не получалось: раскалившийся на солнце металл жег ноги даже через ботинки. Приходилось время от времени сворачивать и идти по целине.
Жара становилась невыносимой, но она хотя бы приглушала голод. Чтобы отвлечься, Виктор пытался размышлять, но мысли путались и добавляли дискомфорта к общим страданиям. Хорошо только, что цель похода приближалась.
Время от времени Виктор оглядывался и смотрел на робота. Тот не отставал. Интересно, зачем он вообще нужен? Какие сведения собирает и кому передает? Вряд ли Заводу требуется что-то такое, чего он не знал при клонировании. Если только следить, как поведет себя объект… А если он, Виктор, клон? Незаметно для себя Виктор стал рассуждать вслух.
— Возможно, наблюдателям интересно, какие пространства я пересекаю. Да, им, наверное, интересен путь. Леда говорила… Нет, какая она Леда? Так… Призрак, порождение временных катаклизмов, возникших из-за Эксперимента. А те призраки на «Дилосе» и видения при спуске в атмосферу? Скорее всего, это тоже последствия Эксперимента, который произошел в будущем.
Виктор остановился и встряхнул головой.
— Эдак я все спишу на Эксперимент. Лучше уж про машину, — он оглянулся и посмотрел на робота. — Он же исчез — факт. Исчез, когда… Интересно! А ведь на тех направлениях, которые осваивает некий энный Виктор, робота может не быть. Например, он там не предусмотрен. А я предусмотрен?
Пришлось остановиться, чтобы прекратить этот дурацкий монолог. Он сошел на обочину и огляделся. Вокруг было так хорошо и мирно, что Виктору вдруг захотелось улечься в ковыль и уснуть. Это вечное плавное движение манило, тянуло к себе. Забыть о голоде и жажде, о вечной усталости. Заснуть и не проснуться. Все равно однажды боты активируют программу уничтожения. Зачем же тянуть?
Виктор уселся на землю, но тут же резко встал.
— Двигай, слабак, шагай! Тоже придумал — сдаться, — прорычал он сам себе. — Это всегда успеется.
Город был близко, но пошагать еще придется. Надо чем-то себя занять. Так, пусть будут кадры, как на древних кинопленках. Представлять себе, что один шаг — десяток кадров, и рисовать в каждом из них что-нибудь занимательное. И чтоб наверняка заморочиться — гнать сразу десяток лент, где все немножко смещается.
Виктор представил себе, как рисует в кадрах фигурку робота, идущего по диагонали. Тогда в центре он мысленно поставил точку-себя. Вот машина движется от нижнего угла матрицы по диагонали к верхнему. Весь кадр робот с ним. А на других линиях не только нет пересечения, но и кадров меньше. Очевидный факт сейчас казался открытием.
— Если количество лент бесконечно, движение… — продолжил Виктор размышлять уже вслух, но его грубо прервали.
Где-то справа громыхнуло, отчетливо раздался звонкий щелчок по металлу. Похоже на выстрел. По крайней мере, так грохотал когда-то кольт Барина. Да, ничего не скажешь, теплый тут подготовили прием. Вот только деваться некуда. Идти обратно — умереть от жажды, а с теми, кто стреляет, есть шанс договориться. В любом случае терять нечего.
— Эй! — просипел Виктор, не особо, правда, надеясь, что стрелок услышит. — Не стреляйте!
С той стороны не донеслось ни звука. Правда, услышать ответ стрелка мог помешать ветер, дувший в ту сторону.
— Эй, я сейчас сделаю шаг вперед! — попытался крикнуть Виктор, но пересохшее горло издавало только хрипы. — Нам надо поговорить.
Раздался выстрел, взвизгнула чиркнувшая по металлу пуля. Только на этот раз немного левее. Теперь Виктору показалось, что он видел вспышку. Интересно, сколько тут этих стрелков? И не видно ж никого, а в степи и укрыться-то негде толком.
— Эй! Я не причиню зла! — прохрипел Виктор, не слишком, впрочем, рассчитывая на ответ.
