скрыться за широкой калиткой, как я выбрался наружу, размял ноги, потянулся. Отвёл душу: зевнул. Да так, что едва не вывихнул челюсть. Мой протяжный рёв заставил вспорхнуть стаю воробьёв.
Пока мы ехали, на улице рассвело. Проснулись птицы — слышал сейчас настоящий хор из посвистываний и чириканья, словно очутился в лесу. Но солнце ещё не показалось на небе. Хотя по моим ощущениям оно уже должно было убрать с улицы серость утренних теней.
Я запрокинул голову. Попытался разобраться, где именно спрятался солнечный диск. Замер, приоткрыв рот, поражённый представшим перед моим взором зрелищем.
Надо мной покачивались на ветру листья меллорна. Много листьев. Очень много! Вот откуда взялись в подземных захоронениях корни. И вот почему в прочих квадратах из жалких обрубков вновь и вновь вырастали новые побеги: помогала общая корневая система, как и во всех меллорновых рощах — настоящая подземная сеть, соединявшая молодые ростки с взрослым деревом.
Ветви дерева возвышались над каменной стеной, заслоняли от меня треть неба. Точно гигантский зонтик они накрывали собой весь квадрат, хотя тот размерами и не уступал семнадцатому, из которого я только что приехал. В груди защемило от радости узнавания. Я словно вновь встретил старого друга, по которому безумно соскучился. Это уже не те жалкие зародыши меллорна, что я видел (и рубил) в других кварталах.
Возраст дерева, чьи ветви нависали надо мной в вышине, бесспорно, перевалил за тысячу лет. Взрослое дерево, пережившее не один десяток цветений. А значит имевшее пусть и не коллективный, как это всегда случалось в эльфийских рощах, но всё же разум, ничем не уступавший человеческому.
Не уступавший? Ха. Меллорны обретали разум после первого цветения. Этот впервые зацвёл не меньше десяти веков назад. Тогда же и осознал себя. Кто из людей мог бы похвастаться подобным возрастом и приобретённым за многие годы опытом?
Не буду тыкать себе в грудь пальцем.
Впрочем, плевать на дерево, на его разум и опыт. Важно другое. Если в этом мире есть взрослый меллорн, значит я смогу построить себе дом.
Да!
Настоящий эльфийский дом!
Глава 34
Ни для кого не секрет, что большинство эльфов проживали в деревьях. Точнее, внутри меллорнов. Вот только мало кто из людей знал, что на покрытых пахучей корой стволах располагались лишь входы в эльфийские жилища. Сами же величественные дворцы находились в ином месте. Но даже их владельцы смутно представляли, где именно.
Эльфийские дома служили своим хозяевам в качестве непревзойдённых убежищ. Посторонние не могли проникнуть в них без разрешения хозяина. Там же страстные собиратели-эльфы хранили свои коллекции, хранилища для которых постоянно расширяли.
Будучи эльфом, свой дом я (точнее тот, кто занимал тело до меня) начал возводить едва ли не с рождения. В пять лет под присмотром наставника мой предшественник сплёл первое заклинание, послужившее ключом-приказом для микленова изменения пространства (после я продолжил его работу). Иными словами, он пробил дыру в другой план бытия, где я потом до самой смерти достраивал и улучшал жилище: ведь, как известно, предела совершенству не существует — тем более, для эльфа.
Прелесть эльфийских домов состояла ещё и в том, что хозяин может попасть в них едва ли не из любой точки мира. И совсем неважно, что главный вход закреплён на стволе конкретного дерева: входов может быть сколько угодно, и находиться они могут на любом расстоянии от главного — была бы только там у владельца дома возможность воспользоваться магией, чтобы сплести временный вход. Только и нужно: нанести пару десятков плетений на любую поверхность, бросить в точку их слияния активатор разрыва — «дверь» готова.
Открывалась она при помощи слабенького магического импульса-ключа. Вот только, чтобы поддерживать плетения «двери» в активном состоянии, приходилось регулярно подпитывать их энергией: в ином случае через день-два (в зависимости от объёма влитой в плетения энергии) «двери» исчезали. По этой причине эльфы и делали «двери» в стволах меллорнов — там мана не заканчивалась.
Деревья служили для плетений жилища источниками магической энергии. Их мана поддерживала в рабочем состоянии конструкцию самого дома и плетений входа, не позволяла заклинаниям развеяться. Эльфийская роща — гигантский источник и накопитель магической энергии. Запитать узор «двери» от меллорна — дело пары сотен эрнийских тактов, ну или десятка минут.
Те меллорны, что я видел в столице до сегодняшнего дня, были слишком малы и молоды, не годились для размещения на них «входа» в моё будущее жилище. Но теперь я видел: дому быть. И уже прикидывал, когда смогу приступить к его строительству. Понимал, что случится это не раньше, чем вновь обзаведусь достаточным запасом маны. Для чего уже сегодня вечером вновь отправлюсь в Городской театр.
* * *
Фантазии и планирование магического строительства скрасили мне время ожидания. Уже только то, что я обнаружил взрослый меллорн, оправдало моё раннее пробуждение. Да и согласие на удочерение теперь тоже казалось не столь уж напрасным: свободный доступ в квадрат этого дерева предков возможен только для благородных — значит скоро и я смогу появляться здесь открыто, не под «отводом глаз».
Спрашивается, почему я не узнал о существовании гигантского дерева раньше? Ведь пару ночей назад орудовал в соседних квадратах. И умудрился не заметить такую громадину.
Ночь, темнота… но взрослый меллорн! Это не крохотный цветок на клумбе. Как я мог не увидеть махину, заслонявшую ветвями приличный кусок неба?
Дракона или прорыв из инферно я тоже бы не обнаружил, пока не лишился бы головы?
Вот что бывает, когда расслабляешься, считая себя неуязвимым и всемогущим, едва ли не полубогом — так недолго и шею свернуть, споткнувшись о щепку.
* * *
Скрип петель калитки возвестил о возвращении Варлаи. Волосы боярыни растрепались, щёки пылали румянцем, на губах застыла полуулыбка. Рука Силаевой то и дело пыталась отыскать навершие меча — тот остался в карете.
Варлая заметила меня, махнула рукой.
— Вот ты где, Кира, — сказала она. — Заходи.
Улыбка на её лице расширилась.
— Теперь можно, — добавила боярыня. — Обряд почти завершён.
* * *
Скастовал «драконью кожу», шагнул вслед за Силаевой на ранее запретную для меня территорию.
Прошёл мимо сражниц. Те проводили нас равнодушными взглядами. Отметил, что охранницы походили друг на друга и причёсками и ростом, словно подбирались по шаблону. Насчитал их больше десятка — всё в белых кафтанах, с нашивками старших воительниц.
Крона дерева и высокие стены почти не пропускали в квадрат лучи солнца. И если рядом с воротами ещё можно
