— Нет, он будет в безопасности в каюте. А на палубе, мы поместим его в спасательный жилет.
— У тебя есть жилет его размера?
— Мы возьмем на пристани.
Озеро Конро было приблизительно в сорока милях к северу от Метроплекс, и было известно как неофициальное место отдыха Хьюстона. В длину оно было приблизительно миль двадцать, а при взгляде сверху смутно напоминало форму скорпиона. Одна треть береговой линии была ограждена Национальным парком имени Сэма Хьюстона. Остальная часть знаменита элитными жилыми поселками и почти двумя дюжинами полей для гольфа. По правде говоря, я никогда не была на Конро, но слышала о живописных закатах, роскошных курортах и прекрасных ресторанах, и о репутации лучшего места в мире для ловли окуня.
— Что касается лодок и рыбалки, я абсолютный новичок, — сказала я Джеку по пути. — Поэтому, как смогу помогу, но хочу удостовериться, что ты понимаешь — как пловец я неполноценна.
Джек усмехнулся, устанавливая сотовый телефон в одном из держателей для чашек между передними сиденьями своего внедорожника. В темных очках без оправ, как у летчиков, в серферских шортах, и свежей белой рубашке-поло, он излучал сексуальную энергию.
— На борту есть служащие, они помогут нам. Твоя единственная задача — хорошо провести время.
— Это я смогу. — Меня переполняла радость, освещенная предвкушением счастья, какого я никогда не чувствовала прежде. На самом деле, мне было трудно усидеть на месте — я испытывала острое желание вертеться как ребенок в последний день школы, за пять минут до начала лета. Впервые в моей жизни, я была там, где хотела, и с тем, с кем хотела быть. Я обернулась, чтобы посмотреть на автокресло Люка, которое было повернуто спиной.
— Нужно проверить его, — сказала я, потянувшись чтобы расстегнуть ремень безопасности.
— С ним все хорошо, — ответил Джек, взяв мою руку. — Никаких больше движений назад и вперед, Элла. Оставайся пристегнутой, и в безопасности.
— Мне не нравится, когда я не могу видеть Люка.
— Когда же ты собираешься изменить свое отношение к нему?
— Когда ему будет хотя бы год. — Часть моего счастья потускнела. — Когда его у меня не будет.
— Есть новости от Тары?
Я покачала головой:
— Позвоню ей завтра. Не только, чтобы узнать, как она, но еще, чтобы рассказать ей последние новости о Люке. — Я ненадолго задумалась. — Должна признаться, я удивлена тем, как мало она интересуется им. То есть, она спрашивает как он, но ее, кажется, совсем не заботят детали — как он ест и спит, как долго он держит головку, и все такое.
— Она когда-либо интересовалась младенцами до Люка?
— Бог мой, нет. Ни одна из нас. Мне всегда казалось чертовски скучным, когда кто-то рассказывал о своих младенцах. Но когда это твой собственный ребенок, это совсем другое.
— Возможно, Тара пробыла с ним недостаточно долго, чтобы почувствовать связь.
— Наверное. Но уже на второй день с ним, я начала… — я остановилась и вспыхнула.
Джек быстро взглянул на меня, его глаза, были скрыты за темными очками. Голос был очень нежен:
— Начала любить его?
— Да.
Большим пальцем он слегка провел по моей руке:
— Почему это смущает тебя?
— Я не смущена, просто… мне нелегко говорить о таких вещах.
— Ты пишешь об этом все время.
— Да, но не тогда, когда это касается моих собственных чувств.
— Ты думаешь об этом, как о ловушке?
— О-о, не как о ловушке. Но она становится помехой для многих вещей.
Я заметила его мимолетную усмешку:
— Для чего же любовь становится помехой, Элла?
— Например, когда я порвала с Дэйном. Разрыв был бы трудным и малоприятным, если бы мы сказали, что любим друг друга. Но так как этого не было, расставание было намного легче.
— Когда-нибудь тебе придется отдалиться от Люка, — сказал Джек. — Возможно, тебе не следует говорить это ему.
— Он — ребенок, — парировала я с негодованием. — Он должен слышать это от кого-то. Как бы тебе понравилось прийти в этот мир, и не иметь никого, кто сказал бы, что любит тебя?
— Мои родители никогда не говорили этого. Они считали, что не следует зря разбрасываться словами.
— Но ты не согласен с этим?
— Нет. Если чувство есть, можно признать его вслух. Скажешь ты об этом, или нет, ничего это, черт возьми, не изменит.
Это был жаркий, подернутый дымкой день. Пристань была полна народу, обветренные серые доки скрипели под весом сотен ног. Повсюду были парни в шортах, но без рубашек, девушки в купальниках, состоящих из стрингов и лоскуточков ткани сверху, мужчины в футболках с надписями типа "Заткнись и рыбачь" или "Поцелуй моего окуня". Мужчины постарше были в шортах из полиэстера и кубинских рубашках с вышивкой по обе стороны груди, а женщины постарше были в юбках-шортах, блузках тропических расцветок и шляпах с широкими полями. Несколько дам с начесанными и застывшими пышными прическами были в козырьках, поверх которых волосы вздымались как небольшие атомные грибовидные облачка.
В воздухе висел запах воды и морских водорослей, который смешался с ароматами пива, дизельного топлива, приманки, и кокосового крема для загара. Беспокойная собака, носившаяся вперед и назад от пристани до доков, казалось, никому не принадлежала.
Как только мы вошли в пристань, служащий яхты, одетый в красное и белое, подошел, чтобы восторженно приветствовать нас. Он сказал Джеку, что судно заправили и почистили, батарею зарядили, едой и напитками запаслись, все было готово к отплытию.
— Что насчет спасательного жилета для ребенка? — спросил Джек, и служащий ответил, что они нашли один, он уже на борту.
Транец лодки Джека был украшен названием «Последний бросок». Судно было вдвое больше, чем я ожидала, по крайней мере, тридцать пять футов, гладкое и белое, словно только что из выставочного зала. Джек помог мне перешагнуть через открытую дверь транца, и повел на краткую экскурсию. Здесь были две каюты и уборные, хорошо оборудованный камбуз, с печью, духовкой, холодильником, и раковиной, основной салон, декорированный блестящим деревом и дорогими тканями и с телевизором с плоским экраном.
— Боже мой, — ошеломленно произнесла я. — Когда ты говорил о каюте, я думала, что ты имеешь в виду комнату с несколькими стульями и виниловыми окнами. Это — яхта, Джек.
— Скорее это, так сказать, карманная яхта. Хорошая универсальная лодка.
— Это смешно. У тебя могут быть карманная мелочь или карманные часы. Ты не можешь поместить яхту в свой карман.
— Мы обсудим то, что находится в моих карманах, позже, — ответил Джек. — Примерь жилет Люку и проверь его.
