— Не всегда самое лучшее — меняться в соответствии со временем, Главнокомандующий, — медленно произнес Эрсер.
— Народы, которые шли на это со слишком большой готовностью, канули в лету. Арванет перенес все. — Его тон стал деловым. — Да, мы выслушали многих членов Гильдий-. Некоторые из них, действительно, опасаются неприятностей. Например, торговля металлом с Рогавикой существует с незапамятных времен. Возникли и устоялись разнообразные формы. Разрушить нынешние договоренности и соглашения, означало бы отобрать у многих хлеб и заморозить торговлю.
— Только на время, — вспылил Сидир. — Вы же знаете, сколько сил мы уделяем тому, чтобы создать механизмы поддержки, например, субсидирования, чтобы преодолеть трудности переходного периода. И вскоре прерванная торговля снова возобновится. Большинство торговцев пойдет на это, если я объясню.
Взгляд Эрсера изменился. Или, может, он стал испуганным? Голос его упал до шепота почти неслышимого за шумом ветра.
— Вы действительно предлагаете… перекроить весь путь до Неизвестного Рунга?
— Возможно. Моли планы еще не созрели окончательно. Они будут меняться по мере поступления новых сведений. — Сидир откинулся назад. — Если все пойдет гладко, то да. Рунг будет полностью принадлежать Империи. Мой основной план — проведение кампании через Югулар — получил высокое одобрение, и мне предоставлена полная свобода действий. Я сказал бы, небывалая свобода. Поэтому вы, Ваша Мудрость, можете представить мне все ваши аргументы, все, которые имеете. У меня достаточно полномочий решать любые вопросы.
Эрсер помолчал немного, потом сказал:
— Главнокомандующий — здравомыслящий человек, поэтому он готов выслушать самого смиренного из своих слуг. — Его не слишком удачная попытка задеть Юрусана не ускользнула от Сидира, но рагидьянец на нее никак не отреагировал. — Пусть Главнокомандующий позволит сказать нам вот что… Его план смел и достоин его предков, чья отвага вернула Империи мир и единство. И все же… не слишком ли он смел? Мы, мудрецы, в принципе согласны с ним. И тем не менее, являясь преданными слугами Славного Престола, считаем своим долгом и правом давать совет, когда это возможно. И вот что мы считаем: вам не следует начинать вторжение в этом году. Ни в этом, ни в следующем, ни еще через год. Северные территории ждали долго и могут подождать еще. Древний Арванет с его противоречивыми проблемами требует к себе особого внимания. Одни солдаты не смогут удержать его; здесь требуется еще и искусство управления государством. При всем моем глубочайшем уважении к Главнокомандующему, я хочу напомнить ему, что многие властители за прошедшие тысячелетия искренно считали, что им удалось покорить Арванет.
— Ты просто боишься. Ты боишься, что я двину на север большую часть своих сил. И что будет тогда? Мятежи? Да неужели они настолько безумны, что пойдут на это? Ведь они знают, что я могу вернуться и покарать их.
— Духовенство, конечно же, предаст проклятию всех, кто попытается поднять мятеж. Но у приморцев в прибрежных водах стоят корабли.
— Торговцы и авантюристы всегда мутили воду. Среди островов никогда не было по-настоящему спокойно, ссоры время от времени перерастали в бои — все это мне хорошо известно. Но мне известно и то, что они не смогут взять приступом ни одно укрепленное место, а союзников на берегу у них нет. Да и командование Киллимарейча состоит совсем не из глупцов. В крайнем случае Ичинг постарается поставить на место большую часть смутьянов из морских районов, чтобы те не спровоцировали войну с Империей. Они попросту не готовы к ней… пока.
— Если ваша армия жаждет неприятных сюрпризов… Главнокомандующий, Рунг не случайно называют непредсказуемым! Мы здесь, в Арванете, а его влияние когда-то распространялось и на нас, — мы сами располагаем скудными сведениями о нем, да и эти сведения в большинстве своем основаны на мифах и домыслах.
— Но вы никогда не пытались толком осмыслить то, что уже знаете. И, простите меня за прямоту, ваши ученые никогда на заботились о том, чтобы получить новые, достоверные сведения. А меня это интересует. Все идет как надо. — Сидир глубоко вздохнул. — Может быть я и не дойду до Рун-га в этом году. Я не так уж и тороплюсь, как кажется вам. Я не буду ради тщеславия рисковать своими людьми, своими отважными всадниками.
Эрсер внимательно взглянул на него.
— Но вы собираетесь рисковать собой, — пробормотал он.
— Могу ли я убедить вас не делать хотя бы этого? Посылайте свою армию, если это так уж необходимо, но сами оставайтесь здесь, с нами.
— Что? — воскликнул удивленный Сидир. — Вы хотите, чтобы я остался? Я, чей конь оставлял кровавые следы на ступенях Королевского Храма?
— Вы правите строго, но справедливо. Мы в долгу перед вами уже за то, что вы очистили город от преступников.
— Я правлю не один. — Сидир говорил резко, ибо счел за лучшее пресечь постоянные попытки Эрсера задеть Юру-сана. — Я занимаюсь военными вопросами. Арванет и его окрестности усмирены. Моя власть там установлена. А вот гражданскими делами ведает Наместник, выразитель воли Императора.
— Это так. — Исследование тысячелетнего развития различных слоев общества приучило Эрсера к мысли, что даже искреннее желание оказать услугу может стать предметом насмешки. — И все же двое таких незаурядных людей не имели бы одинаковых званий, если бы их задачи не переплетались. Позвольте мне перечислить, чем должен будет заниматься Главнокомандующий лично.
Впервые с того момента, как Юрусан официально приветствовал Советника, он принял участие в разговоре:
— Ваша мудрость, полагаю, что сейчас вы углубитесь в бесконечные детали. И боюсь, что у нас сегодня просто нет на это времени. Все это лучше сначала представлять в виде письменных докладов, фактов, цифр, которые можно проанализировать и подробно изучить. Если вы это сделаете, Ваша Мудрость, то при соответствующих обстоятельствах мы снова примем вас здесь и подробно все обсудим.
Во взгляде Эрсера блеснула ненависть. Он опустил веки, прикоснулся ко лбу кончиками пальцев в знак уважения и произнес:
— Я понимаю, что Главнокомандующий и его коллега сейчас заняты. Я подготовлю доклад, как этого требует Наместник, так быстро, как только секретарь сможет записать его под мою диктовку. Скорее всего, в следующий раз я буду беседовать только с Главнокомандующим. Нет причин беспокоить августейшего Наместника, которого, впрочем, я всегда искренно рад видеть. Видит Бог, я говорю правду.
Последовала церемония прощания. Наконец инкрустированная перламутром дверь захлопнулась и хозяева Арванета остались в Лунном Зале одни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
