обстоятельствах, которые я не очень то и любою вспоминать, что не странно…
Это произошло в конце первого года средней школы. Так получилось, что я, Ирен и Локки попали в один класс. В то время мы с Ирен уже были друзьями, не смотря на нашу полную противоположность: она общительная и жизнерадостная, а я замкнутая и вечно грустная. Многие не понимали нашей связи, да и я тоже. Ирен всегда была рядом, рассказывала интересные вещи, приглашала к себе домой, вечно делилась обедом. Она защищала меня от назойливых мальчишек, которые любили издеваться и обзывать меня из-за моей поношенной одежды или отсутствия денег на обед. Хотя не только я — Ирен дружила абсолютно со всеми, её все любили, она была душой компании и всегда могла поддержать любой разговор, развеселить любого человека. Заботилась обо всех, ни над кем не насмехалась, никого не обсуждала. Она никогда не унывала и даже в самые знойные дни была весела, словно в разгар лета. Но все же со мной Ирен проводила больше времени, чем с другими. Я не могла понять, что она нашла в дружбе со мной, и часто спрашивала об этом. А она лишь весело улыбалась и пожимала плечами. Наверное, наш случай был хорошим примером поговорки «противоположности притягиваются». Как бы там ни было, Ирен была моим спасательным кругом, который не давал утонуть в море горького детства.
Локки же, в то время, был совершенно не таким, какой есть сейчас. Вечно серьезный мальчик с уймой умных книг в портфеле и бесстрастным выражением лица. Он не интересовался играми, развлечениями, типичными мальчишескими забавами, отношениями с противоположным полом, а лишь вечно сидел за своей партой, впившись взглядом в учебник, и отвлекался лишь тогда, когда отвечал на вопросы преподавателя или указывал на его ошибки. У него не было друзей, он ни с кем не общался, никогда не смеялся, и, возможно, стал бы отличным предметом для издевок со стороны других мальчишек, если бы они попросту не боялись его. Если во время любого урока, кто-то вдруг затрагивал тему человеческого организма, Локки проявлял особую активность и иногда такое выдавал, что у одноклассников надолго пропадал аппетит. Но в остальное время он был погружен в себя и, казалось, считал всех остальными глупцами, недостойными его внимания.
Но все изменилось после одного довольно неприятного для меня случая.
В тот день мне впервые удалось съесть горячий сытный завтрак. Я почему-то проснулась очень рано и, от нечего делать, решила немного убраться в гостиной и вынести уже застоявшиеся скопища пивных банок Фреда. По пути от мусорных баков меня увидела Миссис Винс, вышедшая подмести листья со своего двора. Она подозвала меня, мы перекинулись несколькими фразами, после чего она пригласила меня к себе позавтракать. Я очень обрадовалась, ведь уже давно не ела нормальной домашней еды. В общем, наелась я до отвала, так что даже живот выпучился. В школу я пошла радостная и сытая. Но на втором уроке меня вдруг начало слегка мутить. Я скинула все на переедание и решила просто потерпеть. Но на третьем уроке меня начали терзать болезненные рези в животе и сильная тошнота. Я хотела было поднять руку, чтобы попроситься у учителя выйти, но каждое новое движение будто усиливала тошноту. Ирен, сидевшая рядом со мной, заметила мое позеленевшее и взмокшее лицо и не на шутку перепугалась. Она начала шепотом спрашивать, что со мной, как тут её услышал учитель и велел прекратить разговаривать на уроке. Тогда Ирен сказала, что мне плохо и попросилась провести меня к медсестре. Учитель обвел меня строгим взглядом и, убедившись, что мне действительно не хорошо, молча кивнул в сторону двери. Ирен быстро схватила меня за руку и помогла встать, но от этого резкого движения случилось то, чего я боялась больше всего. Вся тошнота из желудка вдруг подкатила к горлу и меня, согнув пополам, вырвало прямо на пол. Те одноклассники, что сидели ближе всего ко мне, резко повскакивали со своих мест с отвращением на лице. В первый миг Ирен так же отступила назад, но в следующую секунду присела рядом и помогла убрать упавшие волосы с моего лица, измазанное в зловонной жиже и слезах. Как только я попыталась вздохнуть, меня вновь вырвало. Кто-то издал отвращенный стон, где-то даже послышался смешок, а я же давилась слезами и тошнотой, желая умереть на месте, дабы избежать этого позора. Услышав, как кто-то засмеялся, Ирен гневно вскочила и начала кричать, что-то о бесчеловечности и эгоизме, но я не слышала её. Ведь та маленькая доля семейного тепла и счастья, что я испытала, завтракая с Миссис Винс, сейчас расплывалась предо мной отвратительной вязкой массой. Ирен, откричавшись, вновь присела возле меня, без капли отвращения взяла мои испачкавшиеся руки в свои, и попыталась помочь мне встать, но мое тело словно приросло к земле. При этом она еле сдерживала себя, чтобы не расплакаться, но все же одна слезинка предательски скатилась по щеке. Это был один из немногих случаев, когда я видела её слезы. Я чувствовала, что еще немного, и она разреветься вместе со мной, поэтому собралась с силами и, сглатывая накатывающую тошноту, поднялась на ноги. Жалкое, наверно, зрелище было, но никто из присутствующих не сдвинулся с места, чтобы нам помочь.
Выровнявшись, я неуверенно подняла голову и увидела лица одноклассников. Они выглядели так, будто перед ними находиться отвратительный червь, и это пошатнуло мою уверенность, от чего ноги вновь стали ватными. Но от падения меня удержала сильная рука, схватившая за плечо. Повернувшись, я увидела Локки. Это меня удивило, как и всех остальных. А парень, казалось, сам не до конца понимал, что делает. Но в следующую секунду он резко посерьезнел и посадил меня за стул. Уверенным тоном он велел кому-то из класса побежать за медсестрой, после чего поднес к моему рту бутылку с водой и заставил сделать несколько небольших глотков. Когда ужасный привкус во рту исчез, мне полегчало.
Медсестра прибежала быстро. Меня отвели в медпункт, сняли запачкавшуюся одежду, дали какую-то таблетку и уложили в койку. Измотанная, я на полчаса заснула, а когда открыла глаза, увидела сидевших рядом с собой Ирен и Локки. Ирен то и дело всхлипывала, а Локки врачебным тоном не без доли раздражения заверял её, что со мной все будет в порядке. Когда подруга заметила, что я очнулась, она хотела было наброситься на меня со слезами, но парень её вовремя остановил. Он задал несколько вопросов
