монологи, а Борис его внимательно слушал и иногда даже кивал головой. Однажды вечером Михаил, у которого необыкновенно обострились все чувства, заметил в скалах какое-то шевеление, да и животные повели себя излишне тревожно. Он махнул рукой, все остановились и сбились в кучу. Борис нервно постукивал копытом и опустил голову, выставив вперед рога; наверное, тоже что-то почувствовал. Михаил вытащил свой нож и отправился на разведку. Метpax в двухстах за камнем он увидел не особенно старающегося спрятаться кошака, похожего на того, из отрывочных картинок, коего он недавно вспоминал. Михаил повелительно крикнул ему, чтобы тот убирался к своей пятнистой матери, иначе он из него сделает коврик для ног. Кошак (как впоследствии обнаружил Михаил, глянув в детскую энциклопедию) на деле был здоровенным леопардом и, видимо, надеялся поживиться козлятинкой. Как все кошки, он видел вдаль не очень хорошо, поэтому первоначально Михаила даже не заметил, а когда осознал, что стадо находится под опекой этого рыжего гоминоида, то не торопясь встал, помурлыкал что-то, явно в извинительном тоне, и, тяжело вздохнув и уже не скрываясь и не оглядываясь, потрусил по горному склону. Михаил вернулся, похлопал начавшегося успокаиваться Бориса по шее; тот дал команду «отбой», и они продолжили свое путешествие. На следующий день козы, да и Михаил за компанию, начали ощущать какие-то неясные симптомы тревоги. Паpy раз над ними высоко, но слышно пролетал вертолет; внизу, очень далеко (хотя в горах нельзя верить ощущениям, там свои законы распространения звука), слышны были то ли несколько выстрелов, то ли треск ломаемого сухостоя. В общем, идиллическая картинка не получалась. Борис нервничал и все пытался подняться повыше, к горам. Михаил понимал, что они приближаются к обитаемым районам, и пытался определить, где и кого из людей следует ждать, посему все время вглядывался на расстилающиеся впереди склоны. Вдруг он неожиданно заметил на тропинке цепочку людей, движущихся в его сторону. Борис тоже их увидел и, вероятно, готов был дать сигнал к отступлению в скалы, где им всем, разумеется, кроме Михаила, было проще скрыться. Однако Михаил, с точки зрения козла Бориса, повел себя несколько странно. Вместо того, чтобы скрываться, он произнес несколько успокаивающих слов, похлопал Бориса по бокам и велел подождать, пока он разберется в ситуации, и открыто пошел навстречу отряду. Те его тоже заметили, он видел блики от биноклей; они усилили темп движения, но за оружие не хватались и не палили, что давало Михаилу надежду на мирную встречу, тем более что, отдалившись от стада, чтобы не вносить сумятицу в головы бедных животных, он вытащил из-под шкуры ракетницу и выстрелил две зеленые ракеты. Отряд сначала остановился, кто-то тоже выстрелил двумя зелеными ракетами, а потом они еще более резко прибавили скорость. Чем ближе они подходили, тем более у Михаила складывалось впечатление, что это то ли бред наяву, то ли фигуры уж больно знакомые. Ортопед, откинув на голову черную маску, прикрывающую его лицо, и лихо, явив заросшую двухсантиметровой рыжей щетиной свою розовую физиономию, тоже рванул навстречу. От отряда отделился столь же заросший, но черными волосами, тип и с восторженным воплем поскакал не хуже горного козла. Это был Глюк!!! Они сшиблись, как два древних витязя русских былин, повалились на землю и начали обнимать друг друга, орать, бить по спине – в общем, выражать радость всеми доступными им методами. Подоспели остальные братаны, образовалась куча– мала, и минут десять творилось вообще что-то невообразимое.
Наконец, когда все поверили, что это Ортопед собственной персоной, живой, здравый и теперь с ними, правда, в какой-то непонятной маскировочной одежде, со всех сторон посыпались вопросы, как ему удалось спастись и что вообще с ним было.
– Расскажу потом, – купаясь в атмосфере всеобщей любви и заботы, заявил Мишка, – только мне надо кое-что сделать, вы уж тут пока побудьте, не пугайте моих друзей, сейчас быстро сбегаю и вернусь.
– Каких друзей? – не поняли братки.
– Да вон, стоит стадо моих горных козлов, – огорошил их Михаил, – мне надо с ними попрощаться, а то ведь ждут.
Братки выпучили глаза и замолчали.
Такого они и представить себе не могли, но раз Ортопед сказал, а он говорил всегда по делу, значит так надо. Мишка бросил ракетницу, одел на лицо маску и быстренько направился к стаду, не понявшему его действий и сдерживаемому, только авторитетом вожака Борьки. Да и тот, видимо, уже начинал понимать некоторую неестественность ситуации.
– Ты уж извини, брат, – проникновенно заговорил Михаил, крепко обняв его за шею, – пацаны, наконец, нашлись, так что мне к ним надо возвращаться. Спасибо за компанию, за помощь. Если смогу, вернусь сюда – тебя обязательно найду, а сейчас уводи своих подальше, может, там и твои друзья – снежные человеке настоящие тебя встретят. А мне некогда, блин! – он похлопал по крупам еще нескольких животных. Потом развернул Бориса мордой к горам и слегка поддал под зад: – Ну, вали, друг! Веди своих, как положено, сам ведь все знаешь! До свиданья!
Козел постоял несколько секунд, потом осознал, что надо делать, повелительно вякнул и, сначала не торопясь, а потом, прибавляя скорость, начал уводить свое стадо в горы, несколько раз при этом оглянувшись назад, на Ортопеда. Тот каждый раз махал им обеими руками.
Потом Михаил развернулся и не спеша двинулся к своим.
Вот так и кончилось совершенно необыкновенное приключение, которому только братки и поверят, потому как сами это видели…
Тем временем братки, еще не пришедшие в себя после подобной радости и осознавшие, что поиск закончен, и это следует ответственно отметить, облюбовали место под выступом скалы около рощицы из десятка каких-то чахлых деревьев или, скорее, кустиков, расставили палатки, подготовили костерок, ну и, конечно, все, что полагалось для достойного ужина.
Подошел Михаил, снял, наконец, с себя шкуру, которую все потом долго осматривали, восторженно цокая языками. Попутно сообщили Громову о благополучно закончившемся поиске; он, однако, посетовал, что сейчас, по его сведениям, где-то в этом районе болтается Стоматолог с переводчиком и проводниками. За жизнь его он не опасался, но связи с ним до сих пор нет, так как предназначенный ему радиотелефон передать не успели, поскольку за пару дней до этого он тоже отправился на поиски Михаила. Вообще этот район сейчас прочесывают военные и егеря заповедника в поисках снежного человека и, похоже, все силы стягиваются куда-то в их район.
– Да хрен они найдут что-нибудь, – радостно ответствовал Глюк, – эти придурки Мишку приняли за снежного человека, тут с ним такие приключения произошли, ни в каком кино не увидишь!
