На следующий день, Даша попросив о помощи Громову, которую она ввела в курс дела, уговорила Туманова выделить время и встретиться в ресторане.
— Дарья Юрьевна, я заинтригован. — улыбнулся бизнесмен, присев за столик. — Сначала ваша загадочная просьба о встрече в неформальной обстановке, теперь такой приятный сюрприз в виде присутствия Элечки.
— Я тоже очень рада тебя видеть, но сюрприз не самый приятный. Разговор будет серьёзным, Макс. — констатировала Громова.
— Так, всё интереснее и интереснее… — настрожился мужчина.
— Максим Андреевич, я хочу поговорить с вами об аресте Владимира и обо всём произошедшем. — собравшись с силами, начала Дарья.
— Теперь понятно. — тут же помрачнел Туманов. — Дарья Юрьевна, я всё понимаю, Суворин — ваш бывший муж и, возможно, чувства не прошли ещё, но… Давайте мы не будем смешивать личные дела с бизнесом. Владимир Александрович поступил нечестно, нехорошо, не по мужски. За это он понесёт ответственность. Всё. Дальнейший диалог не возможен, его я буду вести с представителями власти. — довольно жёстко, но терпеливо разъяснил Максим Андреевич.
— Да, но…
— Есть следователи, Дарья Юрьевна. Это их работа. — вновь отрезал бизнесмен.
— Максим Андреевич, я тоже всё понимаю, но выслушайте меня, пожалуйста! — взмолилась, как маленькая девочка, перед родителями, Суворина.
— Дарья Юрьевна! Хватит! — повысил голос в ответ он. — Не заставляйте меня разочаровываться в вас из-за подобных глупостей!
— Так, мне надоело это слушать. — вмешалась Громова. — Дашенька, оставь нас. Ты тут ничего не добьёшься.
Даша послушно встала и покнула ресторан, уйдя в сквер неподалёку в расстроенных чувствах. Она не понимала, как быть дальше. Помочь Владимиру толком не могла, но безумно за него переживала. Когда знаешь, что дорогой сердцу человек находится в беде или что у него проблемы, самое худшее, что может быть — это бессилие. Невозможность сделать что-то, повернуть ситуацию в другую сторону… А ещё хуже, невозможность быть рядом, обнять, взглянуть в глаза и просто подержать за руку… Такие простые, но такие важные вещи, которые всегда помогают другим преодолеть все трудности и преграды, которые говорят человеку о том, что он не один, что у него есть поддержка, что его любят и в него верят.
А то, что она любила Суворина и верила в него — уже сомнений не было. И сейчас Даша больше всего на свете хотела одного: быть рядом с Владимиром, снова связать с ним свою жизнь. Хотя они давно были связаны и гораздо прочнее, чем просто два любящих сердца.
Глава 30 "Вопреки всему"
И, всё-таки, Дарье повезло. Как она подумала позже — повезло в тот день, когда девушка пришла на работу в «Alfa Group» и познакомилась с Эльмирой Раясовной. Тогда Суворина и предположить не могла, какую роль сыграет в её судьбе эта красивая и статная женщина, какую поддержку и помощь не раз окажет.
Громова, взяв ведение диалога с Максимом Андреевичем в свои руки, только ведомыми ей путями и формулировками, сумела присмирить его гнев и негодование, и заставить выслушать всё, что ему необходимо было знать. Лишь её мудрость и способность достучаться, помогли с этой непростой задачей, и, Туманов, наконец, здраво рассудив, взвесив все «за» и «против», начал понимать, что в деле, которое задело сразу двух предпринимателей всё не так просто и ответы лежат глубже, чем на поверхности.
— Максим Андреевич, — обратился к бизнесмену Воронцов, с которым, тот, наконец-то, согласился встретиться. — вы понимаете, что пока Любимова занимает должность главного бухгалтера в вашей компании, и вы, и ваши деньги находятся в опасности?
— Что делать надо, Дмитрий Михайлович? Я готов помочь, потому что это в моих же интересах.
— Необходимо поговорить с Кристиной, добиться от неё устного признания в том, что она заодно с Дрёмовым. Дальше дело техники, как говорится. Эта запись пойдёт к следователю, вместе с детальным объяснением что и к чему.
— Хорошо, я поговорю с ней. Постараюсь сделать всё как надо. Получается, Дрёмов решил отомстить за его увольнение… — задумчиво произнёс Туманов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Получается, что так. Главный мотив. Только не ясно одно — зачем такая сложная схема и почему он подставил Суворина. Ведь было много других способов обокрасть вашу компанию и отомстить. — так же задумчиво рассуждал адвокат.
— Понятия не имею. Может Кристина в курсе. Давайте, для начала, поговорим с ней.
Через несколько дней, Дарья сидела в кабинете следователя, где находился и Воронцов, и задержанная полицией Кристина Любимова.
— Я не знаю, куда уехал Лёня. Там какие-то проблемы с транзакцией и как только они решатся, он доофрмляет последние документы, ну и вылетает на Кипр.
— Когда? — спросил Верзоев, записывавший показания задержанной.
— Я не знаю. Скоро.
— Он говорил вам что-то, зачем ему это?
— Сказал, что хочет отомстить и Туманову, и Сувориной, которая слишком умная была и слишком много о себе возомнила. — призналась бухгалтер.
— Так значит, он через Володю мне мстил? — не удержалась от комментария Даша, которая клятвенно обещала Дмитрию Михайловичу, что будет сидеть и молчать.
Любимова мрачно взглянула на неё и пожала плечами, мол, сами разбирайтесь, что к чему.
— Гм… — Олег Васильевич дал понять, что Суворина мешает допросу. — Ну… Что же… Кристина Борисовна, у вас выбор невелик. Либо вы сотрудничаете со следствием, либо получаете полный срок без всяких поблажек за экономическое преступление.
— И что предполагает сотрудничество со следствием? — весьма деловито и гордо для своего положения осведомилась Кристина.
— Вы должны позвонить Дрёмову и объяснить ему, что Дарья Юрьевна вместе с адвокатом, выходят на его след, что уже допрашивали вас, пока ничего не добились… но… вероятность есть. Причём очень высокая. Одним словом, вы должны убедить Леонида, что опасность рядом. Так, чтобы он немедленно захотел сбежать из страны. Мы его задержим в аэропорту.
Разумеется, Любимовой ничего не оставалось, как согласиться на условия полиции. Разговор состоялся, а следователь отпустил Суворина, в связи с открывшимися обстоятельствами.
Дарья стояла в коридоре отделения полиции и ждала, пока закончится допрос бывшего мужа, уже как свидетеля и когда его окончательно отпустят. Внезапно, среди шума и суеты, она услышала знакомые голоса.
По лестнице спускались Воронцов и уставший, но такой родной Владимир. Она нерешительно начала подходить ближе. Мужчины остановились около лестницы.
— Дмитрий Михайлович, спасибо вам большое за помощь! Если бы не вы… — начал благодарить адвоката Суворин.
— Не меня, Дарью Юрьевну благодарите. Она билась за вас похлеще, чем мать родная за сына. Если бы не она, не факт, что я сумел бы так легко и так быстро вам помочь. И вообще не факт, что сумел бы с таким результатом. — ответил Воронцов, посмотрев на девушку, так и стоявшую скромно в стороне.
Даша и Владимир столкнулись взглядами и начали идти к друг другу на встречу. Для них мгновенно перестало существовать то отделение полиции, окружающие, суета вокруг… Как когда-то давно перестала существовать больничная палата, в которой Суворин узнал, что скоро станет отцом. Теперь, как и тогда, мир стал тем самым — на двоих.
Суворины приблизились к друг другу и продолжали смотреть в глаза. В этом взгляде было всё. Все их радости, боль, переживания, надежды, счастье, любовь, прошлое, и… будущее. Оба понимали, что оно теперь точно есть и что в этом будущем они будут вместе.
По щекам Дарьи покатились слёзы и она кинулась на шею к любимому, крепко обняв его. Владимир подхватил бывшую жену, спрятав в своих больших руках. Они молчали, но слова были излишни.
— Гм… Прошу прощения, — Дмитрий Михайлович осторожно обратился к паре, понимая, что не может уйти по-английски, но не особо желая разрушать их идиллию. — я поеду, мне необходимо успеть ещё к одному подзащитному.
