вставка [2]
1. а) [11], б) общеизвестный снимок полной Луны
2. http://www.hq.nasa.gov/office/pao/History/alsj/a12/AS12-48-7134.jpg;
18. Трудное бремя славы
Мы много говорили о технике, о космосе, о Луне. А теперь давайте поговорим о людях, которые всё это сделали. Поинтересуемся, как астронавты несли на себе почётный груз славы покорителей Луны.
Конечно, самым славным было возвращение первых покорителей Луны – экипажа «Аполлона-11». Первопроходцев Луны «ждали дороги славы: торжественные встречи, чествование на вашингтонском капитолийском холме, парады, обеды, череда нескончаемых приёмов и пресс-конференций, 38-дневная поездка по 22 странам мира. И воспоминания. На всю жизнь» [1]. Разве это не приятно? Об этом мы узнаем чуть позже. Но сначала первопроходцев посадили в карантинный изолятор.
На карантин!
Илл.1. После успешного приводнения экипаж А-11 отправляется на карантин в специальный фургон на борту авианосца «Хорнет».
Когда А-11 приводняется в заданном районе, астронавтов встречает специальная команда в масках, сами астронавты – тоже одели маски. Даже корабль и тот обрызгали хлоркой [2, 3]. Астронавтов поднимают на авианосец и сразу направляют в карантинный фургон на целых 18 дней (илл.2). Тут же наряд военной полиции оцепил фургон.
Видный российский космический авторитет, главный конструктор корабля «Союз» К. П. Феоктистов с недоумением говорит об этом мероприятии НАСА [4]:
«Лаборатория, где космонавты, вернувшиеся с Луны, проходили карантин, как, смеясь, рассказывали американские специалисты, была, по-видимому, построена также зря. Как и следовало ожидать, никаких микробов, вирусов или каких-либо других признаков органической жизни, «привезённых с Луны», обнаружить, естественно, не удалось, да и откуда было бы им там взяться? Тем более на Луне не обнаружилось никаких чудес».
Действительно, какие могут быть бактерии на Луне, обрабатываемой уже несколько миллиардов лет каждые 27 дней то космическим холодом -150°С, то солнечным жаром +150°С и облучаемой потоками радиации от вспышек на Солнце? Есть ли у медиков на Земле такие стерилизаторы? А зачем опрыскивать хлоркой корабль, если он при возвращении летел через атмосферу в облаке с температурой в несколько тысяч градусов? И, уж если лунные бактерии есть, и они такие устойчивые, то какой карантин, и какая хлорка поможет против них?
Так неужели расчётливые американцы не подумали о таких простых вещах и потратили деньги впустую? Нет, по мнению автора, бестолковой эта трата денег кажется только в том случае, если думать, что американцы действительно побывали на Луне и действительно беспокоятся насчёт лунных бактерий. А вот в сценарии мистификации карантин занимал важное место.
Чёрные маски на лицах астронавтов подчёркивали опасность и непредсказуемость космической заразы. Но они же помогли «первопроходцам» Луны избежать лишних взглядов массы встречающих людей и пресекли с их стороны ненужные вопросы. Полезен и кордон из военной полиции. Всё это для астронавтов – большая психологическая помощь на первых порах. Ведь они приступали к самой важной части своего задания – постоянной лжи о высадке на Луну. И не по телевизору, а глядя в глаза собеседника. Без переходного периода можно и сорваться. А карантин обеспечивает этот переходной период тем, что почти на три недели резко ограничивает общение первопроходцев с «недопущенными» людьми. За это время режиссёры могут оценить реакцию общественного мнения на «лунные» репортажи и, в случае чего, отыграть назад по заготовленному сценарию с минимизированными потерями для престижа. Но прошло 18 дней и стало ясно, что обман удался. «Первопроходцы» вышли на свободу. Теперь на их плечи легла сложная и ответственная задача – на многочисленных встречах, пресс-конференциях и приёмах они должны отрабатывать легенду «посадки на Луну», не допуская ни единого промаха. И в целом они с ней справились блестяще.
Благодаря их вселенскому успеху, астронавты последующих «Аполлонов» уже как бы оказались в тени их славы. Они закрепляли успех первопроходцев, но, конечно, им было гораздо легче. Ни у НАСА, ни у самих астронавтов уже не было сомнений в том, что общественность доверчиво «проглотит» очередной рассказ о путешествии на Луну. И астронавты сразу после полёта смело шли на контакт с аудиторией. Карантин, как предохранительная мера, для А-12 и последующих «лунных» «Аполлонов» был отменён.
А ведь если бы астронавты действительно возвращались с Луны, то такая быстрая отмена карантина не выдерживает критики. Действительно, предположим, опасные лунные бактерии существуют, но не выдерживают раствора хлорки. Они от неё погибли и потому не были обнаружены американскими специалистами. И при таком предположении, где основания для решения об отмене карантина уже при втором возвращении астронавтов (А-12)?
Эти рассуждения укрепляют во мнении о том, что причиной карантина была вовсе не боязнь лунных бактерий.
Какие они противоречивые!
Они очень славные парниСтоит ли сомневаться в том, что экипаж для первого полёта на Луну был составлен специалистами НАСА из людей, которые не только хорошо выполнят задание, но и будут ассоциироваться у людей Земли с самыми лучшими чертами пропагандируемого образа типичного американца? Ведь никто не скрывал, что полёт на Луну – это грандиозное пропагандистское мероприятие.
Илл.2. Астронавты из карантинного фургона беседуют с Президентом США Никсоном
Вот они, люди только что вернувшиеся с Луны (илл.2). Даже тесная кабина изоляторного фургона не может испортить их радостное настроение. Из окна фургона глядят лица, излучающие радость и дружелюбие. Первопроходцы, судя по отзывам их сослуживцев, были людьми, приятными и очень приятными в общении.
Майкл Коллинз – «весёлый, смешливый, … если бы в Хьюстоне был объявлен конкурс на всеобщего любимца, Коллинз обязательно победил бы» [1].
Нейл Армстронг – «стройный, спокойный, улыбчивый, типичный американец, а если чем и отличается от других, то только скромностью и молчаливостью… чем ближе вы узнаёте Нейла, тем лучше понимаете, какой это тёплый человек» [1].
Эдвин (Баз) Олдрин – «немного похож на голливудского супермена, любил аудиторию, говорил точно и ярко» [1].
«Всеобщий любимец, … типичный американец, … почти голливудский супермен, умеющий говорить точно и ярко», – похоже, неплохо поработали специалисты НАСА, подбирая экипаж в такой исторический полёт. Да, иначе и быть не могло. Психологическая совместимость, взаимоподдержка и дружеские отношения – не являются ли они одним из обязательных условий формирования космического экипажа, тем более в такой ответственный полёт?
Об огромной роли этого фактора очень хорошо написал известный норвежский путешественник Тур Хейердал, совершивший с пятью спутниками знаменитое путешествие на плоту через весь Тихий океан [5]: «Грозовые тучи, низкое давление и ненастная погода будут представлять для нас меньшую опасность, чем угроза столкновения характеров …В этом случае хорошая шутка часто бывает столь же полезна, как и спасательный пояс». Замечание Хейердала о важности “хороших шуток”, вместе с отзывами о весёлом нраве и общительности астронавтов А-11 весьма контрастирует с тем, как в реальности повели себя астронавты в полёте.
Они такие неразговорчивые!
«Здешние репортёры окрестили экипаж «Аполлона-11» самым неразговорчивым экипажем из всех экипажей американских космических кораблей … сообщения с борта «Аполлона-11» предельно лаконичны…» – сообщает 17 июля 1969 года из Вашингтона собкор «Правды» Б. Стрельников [6].
О неразговорчивости астронавтов упоминает и спецвыпуск “A Look” (см. July 16) [7].
Всё человечество ждёт, прежде всего, простого человеческого рассказа о событии, о котором из века в век мечтали лучшие умы человечества, а «сообщения с борта «Аполлона-11» предельно лаконичны». Но ведь астронавты А-11, судя по приведённым выше отзывам сослуживцев и знакомых, – совершенно нормальные в плане общения люди. Правда, Армстронг, судя по этим отзывам, – молчун, зато Коллинз – «весёлый и шутливый», да и Олдрин «любил аудиторию и умел говорить точно и ярко».
За полгода до этого на Луну, точнее вокруг неё, уже летал один молчаливый экипаж. Это был экипаж «Аполлона-8». Как уже рассказывалось в разделе 6, когда от астронавтов А-8 ждали рассказа, о том, что они видят с окололунной орбиты, они молчали.
Тогда (А-8, первый полёт вокруг Луны) – молчание, теперь (А-11, первая высадка на Луну) – предельная лаконичность. Не проглядывает ли здесь некая закономерность: как американцы объявляли об очередном историческом шаге, так на астронавтов нападала странная скупость в общении с остальной частью человечества? И что за странная политика у НАСА – направлять в первый полёт на Луну самый неразговорчивый экипаж? Почему в полёте на Луну вполне обычные люди (судя по приведённым отзывам) вдруг стали такими неразговорчивыми? Или им было рекомендовано было поменьше говорить, чтобы не сболтнуть по неосторожности лишнее? Тогда о чём они могли проболтаться?
