сдержала порыв, подошла со спины и уткнулась в теплую кожу лбом. Хотела надышаться им, убедиться, что не сплю и что мы вместе. Эта разлука чуть не убила меня. Больше я такого переживать не хотела.
–Что ты делаешь?
– Эм, – Тимр как-то подозрительно замялся, – готовлю завтрак, но уже пятый блин летит в мусорку.
Покачала головой, а внутри уже забурлили пузырьки счастья.
– Что так?
– Да, черт, я не понимаю, как можно перевернуть это и при этом не сделать из него комок.
– Это – это что?
Я откровенно издевалась над замешательством Тимошина.
– То, что должно впоследствии быть блином. Я пытался.
И снова эта жалобная моська.
– Иди уже…
В голубых глазах вспыхнули радостные огоньки, и Тимошина как ветром сдуло с кухни. Только откуда-то из коридора донеслось приглушенное «Спасибо».
Посмотрела в чашку и на разгром, удивилась, как можно готовку простых блинов превратить в поле битвы. Все смешалось: мука, скорлупа от яиц, кусочки масла. Но, на удивление, Тимошин удачно справился с приготовлением теста, и я даже успела нажарить небольшую стопочку блинчиков. За спиной услышала тихие шаги. В следующий удар сердце мою талию обхватила рука Тимура, а сам он опустил голову мне на плечо.
– С тестом ты справился. Похвально.
Его лицо озарила счастливая улыбка. Тут же был выключена плита, а меня развернули на сто восемьдесят градусов. Глаза Тимура как-то подозрительно поблескивали.
– Ты же меня простила?
Вкрадчивый голос задел все мои внутренние струны и начал мастерски на них играть.
К чему вопрос?
Из последних сил пыталась сопротивляться его таланту сбивать меня с толку, но получалось очень плохо. Поэтому просто ждала, что выдаст Тимошин.
– Ну, ответь. Просто да или да.
Прищурилась. На его лице было написано, что он что-то замышляет, только вот что…
– Я ещё думаю над этим…
– Отлично.
Не успела я моргнуть, как Тимошин опустился на колено и достал из кармана маленькую коробочку. Сердце взволнованно заколотилось о ребра, а ладони покрылись влагой. С трудом удержала челюсть на месте, только чтобы не выставлять себя полной идиоткой.
– Ника, – по голосу я слышала, что он волновался, и меня это тронуло, – малыш, я за время нашей разлуки понял одну важную вещь.
Он тяжело сглотнул и сделал глубокий вдох, а я была не в силах что-то говорить, просто смотрела на него во все глаза.
– Не хочу больше с тобой расставаться.
Он открыл коробочку и достал простое на первый взгляд кольцо. Тонкий ободок и один камень. Я не сильно разбиралась в украшениях, но это кольцо меня сразу покорило.
– Хочу, чтобы ты стала моей женой. Раз и навсегда. Черт, я не знаю, что обычно говорят в таких случаях.
– Ничем не могу помочь, я тоже понятия не имею.
Старалась изо всех сил скрыть за шутками свое волнение. Ноги держали из последних сил, не могла толком вздохнуть, потому что боялась, что все кончится.
– Тогда просто ответь.
– Тимур, ну мы же почти не знаем друг друга.
Слабая попытка поставить на место его мозги не увенчалась успехом.
– Так вся жизнь будет, чтобы узнать. Того, что я узнал о тебе, мне хватило, чтобы понять, что ты создана для меня. Ну, ты, конечно, можешь сейчас отказаться, но подумай тогда о своих нервах, малыш.
Не поняла, куда он клонит, и на всякий случай решила уточнить.
– В каком смысле?
– Ну, я же не отлипну, пока ты не согласишься. А сколько раз за сутки я успею попросить выйти тебя за меня, понятия не имею.
Из меня вырвался смешок, отпуская последние сомнения.
– Такой ненормальный…
– Ага, – даже не удосужился возразить, – ну, так что?
– Мне надо подумать.
Он схватил мою руку, не успела пикнуть, как на безымянном пальце уже красовалось кольцо. И ведь с размером угадал, гаденыш.
– Думай, сколько влезет, но с моим кольцом!
Он поднялся на ноги, и оторвал меня от пола. Инстинктивно обхватила его за талию, и прижалась теснее. Даже не верилось, что все это происходило со мной, и было реальностью.
– Люблю тебя.
Эти слова он прошептал в миллиметре от моих губ. Посадил меня на барную стойку и пристроился между бедрами. Все мысли и планы вылетели из головы, стоило ему захватить мои губы в сладостный плен. Его рука медленно поднималась по ребрам, и нырнула в запах покрывала. Кожа тут же покрылась мурашками, а из груди вырвался протяженный стон.
– Скажи «Да».
– Ах ты, гад! – попыталась выпутаться из объятий, но он только крепче прижал к себе, начиная покрывать все оголенные участки тела, – если ты решил, что можешь вот так меня…
Не дал договорить, впиваясь в губы и унося меня за грань здравомыслия.
Где-то зазвонил телефон Тимошина. Пришлось приложить все силы, чтобы оторвать его от себя.
– Тебе звонят.
– Да фиг с ним…
Закрыла ладонью его рот, который стремительно приближался ко мне.
– Вдруг это важно.
Тимошин зарычал, и ушел в комнату.
– Да, со мной. А тебе-то что, Дрозд? Чего?
Тимур посмотрел в мою сторону и протянул телефон.
– Да…
Я была в растерянности. Поняла, что звонил Артем, но что ему нужно было от меня. Только если появились новости о…
– Ника, привет, – его голос звучал слишком устало, и у меня непроизвольно сжалось сердце, – я, в общем, по поводу твоего брата звоню.
Во рту пересохло, и я беспомощно посмотрела на Тимура. Он тут же притянул меня в свои объятия.
– С-слушаю, Артем.
Мне было страшно услышать плохие новости. Он же был не посторонним человеком для меня. Родной брат. Когда-то надежда и опора.
– Пробили мы правдивость его рассказа. Это правда, они с друзьями обокрали одного состоятельного бизнесмена, избили его и скрылись, – если бы меня не держал Тимур,
