Кольчуга — один из самых технически сложных видов древних доспехов. Хорошая кольчуга состоит из двадцати тысяч колец и стоит очень дорого, намного дороже цельного панциря, чтобы изготовить ее, требовалось несколько месяцев. У меня столько времени не было, и я решил идти более современным путем. Сначала мы вытянули через самодельную фильеру проволоку толщиной в два миллиметра, а затем намотали из нее пружину диаметром около сантиметра. Мне удалось отремонтировать токарный станок, который нам очень помог в навивке заготовок для колец. Затем я разрезал пружину лучом Силы на колечки, подобные кольцам для брелоков. На заготовку колец уходило два дня, а на сборку кольчуги еще пять, итого неделя. Пока Первый собирал полотно кольчуги, я химичил с механизмом силовой защиты. Инструменты в мастерской имелись на любой вкус, и дело продвигалось быстро. Через две недели я стал обладателем добротной мифриловой кольчуги, а шаку хватило мифрила только на кольчужную безрукавку, но и этой обновке он радовался, как ребенок.
Испытания прошли успешно, и мы могли гордиться делом своих рук. Изготовленная по древним чертежам паутина силовой защиты работала значительно эффективнее самоделки, встроенной в кожаный панцирь. Арделия сшила два чехла в виде рубашек на мою кольчугу, а Первому мы купили кожаную безрукавку по размеру кольчуги и спрятали ее под подкладкой. Моя кольчуга эстетически проигрывала изделиям древних мастеров и выглядела как добротная стальная, но защиту обеспечивала не хуже.
Закончив свою экипировку, я начал готовиться к отбытию из Шателье. В городе меня ничего не держало, а превращаться в обывателя я не хотел. Для начала мы с Арделией переписали усадьбу на Молли, как на дочь моего дяди, а Арделию поставили опекуном до ее совершеннолетия. Пока готовились бумаги, я бродил по городу и окрестностям, изучая местность и планируя сюрприз для Торвина, если тот появится в Шателье. Но если предатель не приедет до моего отъезда, значит, не судьба, и эта сволочь поживет еще некоторое время.
Торвин стал сосредоточением всей моей злобы и ненависти ко всем врагам на Геоне, и если мне удастся выжить, то одной из главных целей жизни станет месть. Человек не может ненавидеть абстрактно весь мир, ему нужен конкретный адресат, тем более Торвин заслуживал ненависти. Лицо убитого Риса иногда всплывало во сне перед моими глазами.
Я планировал отбыть из усадьбы после похода в подземелье, которое находилось за вторым выходом из бункера. Мне уже доводилось побывать внизу, в древнем туннеле с рельсами на полу. В двухстах метрах от колодца, по которому мы с шаком спустились в туннель, я нашел небольшую дрезину, которую усиленно восстанавливал для планируемого путешествия. Работа практически была закончена, и оставалось только собрать провиант и воду, а затем можно отправляться в путь. Мои приготовления были прерваны прибежавшим Тузиком с письмом на ошейнике.
«Валлин, приходил твой родственник, представившийся Торвином. Я, как мы и договаривались, сказала ему, что ты в отъезде и приедешь только через три дня. Торвин остановился в таверне „Веселая вдова“ возле северных ворот. Арделия».
«Прорезался, гад! Ну, держись, сволочь, ответишь за подлость по полной программе!» — подумал я, заскрипев зубами, и сжал кулаки до треска в суставах.
План на случай появления Торвина у меня был продуман до мелочей. В столе уже давно лежало письмо, написанное Лили, в котором она просила его прийти после захода солнца к входу в катакомбы, который находится возле развалин акведука. После встречи она отведет его к Алою, скрывающемуся от властей. По этой причине эльф не может появляться в городе и прячется в катакомбах. Напрямую имя Алоя не указывалось, но слова «твой друг» не оставляли никаких сомнений.
Вернувшись в усадьбу, я отослал подмастерье с письмом к Торвину, а сам в сопровождении Первого и Тузика отправился к заранее подготовленному месту засады. Торвин — старый волчара, и наверняка три раза все проверит, прежде чем соваться в капкан, поэтому устраивать засаду возле давно заваленного входа в катакомбы я не стал, а решил перехватить его недалеко от городских ворот. В этом месте тропинка уходит в сторону от дороги и прячется под кронами деревьев. Место на первый взгляд безопасное, но имеющее выгодную для меня особенность. Небольшой кусок тропы не просматривался ни с дороги, ни с городской стены. Тропинка была усыпана камнями, и для того, чтобы не переломать ноги лошадям, всадникам придется спешиваться и вести их на поводу. Если первая засада не сорвется, то я выбрал еще одно место для нападения, но там засада грозила перерасти во встречный бой.
Как я и ожидал, Торвин показался на дороге еще засветло в сопровождении трех охранников. Бойцы были опытные, в хорошей броне и явно побывавшие не в одной переделке. Похоже, я Торвина недооценил, он оказался очень осторожным и всем отрядом через камнную россыпь не пошел. Двое бойцов перешли на другую сторону осыпи и заняли оборону под деревьями: один — с обнаженным мечом, другой — с луком в руках, и только затем по камням двинулся Торвин, прикрываемый со спины последним охранником. Такая диспозиция была идеальной в обычной ситуации, но только не против меня. Я прыжком взлетел на валун, за которым до этого прятался, и время замедлило свой бег.
Первая стрела с мифриловым наконечником вошла в переносицу лучника, вторая пришпилила его к стволу дерева. Реакция последнего охранника была молниеносной, он даже успел повернуться на пол-оборота ко мне и открыл спину Торвина. Стрела воткнулась в правую ногу предателя прямо на сгибе колена, и он рухнул на камни. Четвертй выстрел пробил шею последнему бойцу Торвина. Адреналиновый допинг закончился, и время вернулось к обычному течению.
Из кустов на той стороне осыпи выскочил Первый и для страховки добил дубиной уже мертвых охранников. На камнях хрипел, умирая, охранник со стрелой в шее. Я, не останавливаясь, прошел мимо него к пытающемуся уползти в лес старому наемнику.
— Кто ты? Не убивай меня! — хрипел Торвин. — Я заплачу за свою жизнь втрое больше твоего хозяина. Нет, я заплачу сколько ты захочешь! У меня есть деньги!
Удар ногой в зубы прекратил словесный понос предателя. Торвин потерял сознание и затих на камнях. Снова меня окружали одни трупы. Я не оговорился, Торвин для меня давно был покойником.
Недалеко в лесу уже была выкопана яма, в которой и упокоились охранники предателя. Мы с шаком обыскали их тела и, не найдя ничего магического, забросали могилу землей и укрыли дерном от посторонних глаз. В этой же яме мы похоронили и седла с лошадей, оставшихся без седоков, а затем Тузик отогнал их подальше в лес и загрыз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
