Мои щеки вспыхнули от этих слов, но решимости не убавилось. Мой сопровождающий обернулся, и я поторопила его:
— Мэтр Орле, идите вперед, или я свалюсь в воду.
Мужчина шагнул на палубу и неодобрительно посмотрел на меня.
— Мадам, зачем?
— Где капитан? — спросила я матроса, не обращая внимания на неодобрение моего привратника.
— Я здесь, дамочка, — я повернула голову и сразу увидела того, с кем желала сейчас говорить более всего на свете.
Капитан Лоет стоял недалеко от меня. Он поднял лицо, подставив его под лучи осеннего солнца. Единственный здоровый глаз мужчины был закрыт, и, благодаря тому что он стоял ко мне боком, я имела честь оценить ту сторону пирата, которая была не изуродована шрамом. У Лоета оказался нос с горбинкой, которую я вчера не заметила, больше глядя на шрам и повязку. Теперь можно было сказать, что до ранения он, может, и не был красив, как мой Дамиан, и даже не так привлекателен, как мерзавец Анселен Фост, но явно мог обратить на себя женское внимание мужественностью черт.
— Вы закончили осмотр моей лучшей половины? — услышала я насмешливый вопрос и нахмурилась, почувствовав неловкость. — Тогда к делу.
Он обернулся, и сразу стал виден шрам во всей его ужасающей красе. Сейчас повязки на лице капитана не было, и я рассмотрела полуприкрытый глаз, потерявший ясность своего собрата.
— Да, на удивление, глаз не вытек, — снова усмехнулся мужчина. — И я даже им слабо вижу. Но и этого достаточно, чтобы понять: вы что-то задумали, дамочка. Мой ответ — нет.
— Да, — сухо отчеканила я и шагнула к нему. — Ваш ответ — да. Осталось только договориться об оплате.
— Я не буду мотаться в поисках вашего мужа, — не менее сухо отчеканил в ответ пират. — Вчерашнее ваше предложение меня устраивало больше.
— Но и плачу я в несколько раз больше, — произнесла я. — И я еду с вами.
— О чем вы, мадам? — вмешался мэтр Орле.
— Вы можете возвращаться домой, — сказала я, не глядя на него.
Капитан Лоет широко расставил ноги и скрестил внушительные руки на не менее внушительной груди. Он изучающе смотрел на меня, ничего не говоря.
— Дамочка, я могу выкинуть вас за борт прямо сейчас, — наконец сказал он.
— Воля ваша, но тогда вы останетесь на приколе и не сможете получить тех денег, которые я вам могу предложить, — спокойно ответила я.
Только Всевышний знает, чего мне стоило мое спокойствие. Мое самообладание держалось на одном упрямстве, и слезы стояли где-то в горле, готовые прорваться вместе с истерикой, если меня выкинут с корабля, отказавшись от моего предложения.
— Господин капитан, сколько вы имеете с ваших нападений на честных торговцев? — спросила я, крепче сжимая ручку большого тканевого саквояжа. — Уверена, ваша добыча не всегда оправдывает потраченное время. Я предлагаю вам внушительный заработок. К тому же, — я сглотнула, борясь со своими принципами и взглядами, — обещаю не вмешиваться в ваши дела… если они у вас появятся во время плавания. Клянусь не визжать, не рыдать и слушаться вас во всем. У меня лишь два условия: первое — поиски моего супруга продлятся до тех пор, пока мы не найдем его или… его могилу, второе — никаких поползновений в мою сторону ни от вас, ни со стороны вашей команды. Моя честь мне дорога и верность супругу неоспорима. Это все.
— А самомнение у вас преотличное, — вдруг расхохотался пират. — Дамочка, вы не в моем вкусе. Предпочитаю женщин, у которых есть за что подержаться. — От скабрезной ухмылки капитана меня передернуло. — В остальном… Пройдемте в мою каюту.
Мэтра Орле, вознамерившегося следовать за нами, капитан остановил приподнятой в недоумении бровью. Я также на присутствии своего привратника не настаивала. Продолжая сжимать свою ношу, я шла за пиратом и молила Всевышнего быть на моей стороне. То, что мужчина все еще не согласен, я поняла, как только мы вошли в его каюту. Надо сказать, меня приятно удивила чистота и порядок, царившие здесь. Я ожидала, что увижу нагромождение пустых бутылок, паутину, пыль, несвежий запах и прочие «прелести». Но все здесь сверкало чистотой, койка была застелена, привинченная к полу мебель казалась новой, не имея ни царапин, ни потертостей. На столе лежали бумаги, сложенные аккуратной стопочкой; приборы для черчения убраны в пенал, рядом с которым в медном стакане торчали перья.
Капитан сел за стол и указал мне на стул напротив.
— Будем говорить начистоту, мадам…
— Литин, — подсказала я.
— Все равно, — отмахнулся пират, и я поджала губы, отметив его грубость. — Искать ветра в поле я не намерен. Возможно, мы найдем вашего мужа быстро; возможно, мы его никогда не найдем. Я могу потратить на вас месяц, от силы два, но мне заранее не нравится возня с девицей, недавно покинувшей пеленки и нянек.
— Я благоразумна, — возразила я.
— И слишком хороши, чтобы болтаться по невольничьему рынку, — продолжал невозмутимый капитан Лоет. — Меня абсолютно не прельщает необходимость отбивать вас от разных ублюдков: от развращенных пьянчуг до работорговцев. Вы молоды, красивы, у вас прекрасные зубы, потому стать целью для торговца живым товаром — отличный шанс. Мне потом искать вас по гаремам? Или же в особняке очередного развращенного пьянчуги чином повыше портовых?
— Двести тысяч санталов за полгода. Золотом, — ответила я на всю его тираду.
— Чтоб моего боцмана морской дьявол загнул и наизнанку вывернул, — гулко сглотнул пират. — Дамочка, у вас хотя бы есть такие деньги?
Я скрестила на груди руки и насмешливо приподняла брови. Мужчина побарабанил пальцами по столу и звонко шлепнул ладонью.
— И все же…
— Треть суммы прямо сейчас, — перебила я, тряхнув саквояжем.
— Мадам…
— Если понадобится продолжить путешествие, я увеличу вознаграждение. Плюс то, что вы добудете в нашем походе. Я уже обещала вам не лезть с нравоучениями. Мои моральные принципы будут немы и глухи. Лишь бы не насилие.
— Дамочка…
— И отплываем немедленно, я устала выжидать, — закончила я. — Где я могу расположиться?
Капитан Лоет откинулся на спинку стула и расхохотался.
— А у вас волчья хватка, вы мне уже нравитесь, — воскликнул он.
— Домогательства запрещены договором, — напомнила я.
— Каким договором? — не без любопытства поинтересовался пират.
— Вот этим, — я открыла саквояж и достала подготовленный документ, его я составила утром. — Пригласим мэтра Орле с моей стороны и любого из ваших людей с вашей. Они засвидетельствуют наш договор своими подписями.
— Знаете, дамочка, если бы не мое нездоровое любопытство, я бы послал вас без всяких раздумий, но, признаться, вы меня заинтриговали своей напористостью. — Он перечитал договор, хмыкнул и приписал еще один пункт.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
