– Показывай, что вы там с полковником надумали…
* * *
Выехали через два часа. До сумерек ждать было опасно. Ордунг ордунгом, но могли фашисты на ночь глядя в атаку пойти.
Кутепов не разрешил бросить единственный танк в рейд без поддержки. Полковая разведка прошлась по маршруту выхода. Из двух путей, избранных Олегом, один проходил через минное поле. Второй упирался в позицию немецкого артдивизиона.
Слушая доклад старшины-разведчика, Ильяс демонстративно смотрел на Олега, но тот даже и ухом не повел. Только ухмыльнулся: «Я же говорил – мы везучие. Могли б еще при том прорыве напороться. Я как чуял: уж больно места хорошие. Лощины, заросли… Вот немцы их и прикрыли».
Полковник спросил старшину, что тот думает об «окне» для легкого танка. Разведчик мяться не стал: присел к карте и нарисовал извилистый проход между немецких позиций.
– Если механик-водитель толковый, на всем пути деревья прикроют. Сначала рощица спрячет от немецких окопов, а после по балочке можно. Мы проверяли – мин там нет, охрану немец не ставит. Не ждут они здесь никого. Наверное, готовятся к параду.
– До парада им еще копать и копать! – заметил полковник. – Землицу. Для окопов и могил.
Никто не улыбнулся.
– Ладно. – Кутепов развернулся к Волкову. – Все понятно, товарищи командиры?
– Так точно! – ответили лейтенанты в голос.
– Тогда выполняйте. Подсадим вам радиста с артиллеристом-корректировщиком, чтоб не вздумали сдуру в бой ввязаться. Задача другая.
Олег кивнул. Неплохая идея.
– Свободны! На подготовку к выходу – пятнадцать минут.
Ладони – к шлемам. Все. Подписались…
Дальше пошло не так, как задумывалось. Линию фронта проскочили, но не по балкам, рекомендованным разведкой, а прямиком по полю. За два часа немцы успели перебазировать на выбранный маршрут целую автоколонну. Она катила по дороге, не ожидая подлянки, а подлянка, как это часто бывает, немедленно и случилась. Нежданно-негаданно появившийся танк со звездами на боках немцы восприняли нервно. Машины встали, стукнули одиночные выстрелы, забегали, засуетились фигуры в форме цвета «фельдграу» – паника, словом. Можно было переть напролом – напомнить гадам, кто в сорок пятом возьмет Берлин, но Олег не решился. В стороне стояли зачехленные пушки, развернуть батарею и врезать по танку прямой наводкой – дело минутное. А у них радист с корректировщиком на броне. Ушли. Лесом в гору и прямиком через поле, благо погоня не ожидалась – танков в колонне не было. Крутились по лесным стежкам-дорожкам, запутывая следы и запутываясь сами. К первому месту предполагаемой дислокации немецкого бронированного «кулака» опоздали. Фашистов в лесу не оказалось. Олег выдохнул, еще раз осмотрел опушку через бинокль, сверился с картой и приказал выдвигаться на «точку-2».
Там немцы были. К ним добрались без приключений. Если не считать таковыми ошалелые глаза возчиков немецкого обоза, мимо которых на полном ходу пронесся советский танк. Стрельбу и гонки за телегами не устраивали – не за тем шли. Стоит только начать, и на звуки боя мгновенно подтянутся ближайшие части…
– Есть контакт. «Точка-2», – кричал в рацию щуплый радист. – Ориентир 6–2.
Он повернулся к танкистам, усиленно оглядывавшим местность в поисках возможной погони.
– Сейчас вломят!
И «вломили»-таки. Опушка вспухла разрывами. Танки, сгрудившиеся у дороги, не накрыло, но легло рядом.
Корректировщик тут же заорал новые данные. Следующий залп лег левее, зацепив грузовик снабжения. Дальше пошел целый шквал. Беглый огонь 122-миллиметровых гаубиц перепахал лесок и окрестности, уничтожив как минимум половину немецких танков и серьезно повредив остальные.
– Хорошая работа, – откомментировал Олег действия артиллеристов.
Корректировщик воспринял похвалу на свой адрес, приосанился, кивнул:
– Если подготовиться, любой бой можно выиграть артиллерией.
Танкисты ухмылялись, не желая вступать в спор.
Спустя десять минут они еще раз осмотрели лесок из бинокля.
– Пять танков сгорело, еще четыре раскурочили, но за неделю выправят. Два бронированных транспортера, четырнадцать грузовиков, – подытожил Олег. – Маловато для прорыва?
Артиллерист подтвердил:
– Маловато. Разведка утверждает, что только танков за передним краем не менее трех десятков. Здесь и половины нет.
Оставалось двигаться на «точку-3». С этим было сложнее. Немцы наверняка уже знают: в тылу гуляет советский танк. Выжившие после артналета догадаются, что огонь гаубиц кто-то корректировал. Сложить два и два несложно. Начнут облаву, утроят бдительность.
К «точке» все же добрались, но столкнулись с проблемой. Враг замаскировался. Вдоль опушки гуляли патрули, внутри чащи слышался гул моторов, но в какой части лесного массива стоят вражеские танки, сказать с уверенностью было нельзя. Можно, конечно, накрыть огнем весь лес, но где взять столько снарядов?
– Что делать? До ночи сидеть нельзя, обнаружат. Да и немцы пригонят самолеты – гаубицы наши искать. Бить надо!
Олег чесал взмокшую на жаре шею, артиллерист изучал опушку в бинокль.
Ильяс посматривал на петлявшую вдоль опушки узкую дорожку. Дела кислые. Подгонят немцы пехоту, чтоб лес прочесать, или есть еще время?
– Я – ползком до опушки, посмотрю – и назад! – выдал идею командир-корректировщик.
Рыжий скептически осмотрел чуть выгоревшую форму лейтенанта, хорошо заметную на ярко-зеленой траве заливного луга.
– Заметят.
Артиллерист поджал губы:
– Другого выхода нет. Гаубицы уводить пора, а мы координаты дать не можем.
Олег насупился.
Корректировщик снял планшетку, сдвинул кобуру за спину, вынул из нагрудного кармана смятые письма.
– Присмотрите за ними.
Выдохнул, будто в воду бросаться собрался, и… Олег взял его за рукав:
– Погоди, друг! Дай подумать.
– Чего думать? Немца определить надо. Пока он нас не вычислил или пушки не взяли в оборот. Самолеты прилетят…
– Верно… Но все ж не спеши.
– Чего ждать-то? – Видно было, что артиллерист психует.
– Умирать погоди, успеешь. У меня мысля появилась.
Олег задумчиво осмотрел луг перед леском.
– Ты с борта передачу вести сможешь? – спросил радиста.
– С танка? На ходу?
– Да.
– Нет. Не слышно ж ничего. Меня-то по рации разберут, но я ж товарища командира, – кивнул радист на артиллериста, – не услышу.
Верно. Звук работающего дизеля «БТ» – тот еще фон для разговора. Переговорного устройства у артиллеристов нет.
– Тогда так, – решился Олег. – Высаживаем вас тут, а сами по лужку покатаемся.
– Как это? – В четыре глаза уставились на танкиста радист и корректировщик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
