(зубов то есть) было немного меньше.
Такая же легкая небритость, как у Аскара. Стрижка похожая. Глаза, губы… мужчины одинаковые. Абсолютно. Только Аскар одет более официально, строго. От него вообще исходит уверенность – пуленепробиваемая аура давненько меня обаяла. А его брат – а это однозначно брат – выглядит хулиганистым мачо, и по первому впечатлению полагаться на этого человека слишком уж рискованно.
– О, привет. Я Адам, – ставит ударение на первую А. – Брат вот этого вот.
– Ну да. Это я уже заметила.
– Ольга, – коротко представляет Аскар, строгим тоном сразу указывая, что никаких фамильярностей в мою сторону не потерпит.
– Приятно, – коротко отвечает Адам. – Да в общем, такое дело. Юля – моя знакомая. Не его.
– Не беспокойся. Я догадалась, – поворачиваюсь к Аскару, уточняя. – А сам чего? Постеснялся объяснить?
– Ну так-то нагляднее будет. Надеюсь, все обвинения с меня сняты?
– Так, стоп-стоп-стоп, – Адам размахивает руками, привлекая к себе внимание. – Вы потом все обсудите. Без меня уже. А мне б с Юлькой пообщаться. Оля. Номер ее одолжишь?
Я даже слегка растерялась от такого напора и непосредственности. Как у него все просто! Да уж. Вот точно человек не церемонится. Какие же они разные… хоть и близнецы.
– Адам. Ты извини. Но возможность поговорить с Юлей тебе придётся искать самому.
Адам удивленно вскидывает брови. Весь его вид – чистое возмущение: как так?! Резко оборачивается к Аскару и буравит недовольным взглядом.
– Сказали тебе – нет. Все, досвидос. Мы с Олей уезжаем. А ты дальше сам как-нибудь.
– Я не понял. Мне у двери подъезда, что ли, сидеть? Как бездомной псине?! Что сложного номер скинуть?
Аскар непоколебим. Он берет меня за руку, всем своим видом давая понять, что мы сейчас же уезжаем и без сожаления и мук совести оставляем Адама здесь одного.
– Надо будет, и у двери посидишь.
– Не, ну ты такой простой, а!
– Тише, мальчики, – поскорее успокаиваю этих двоих, чтобы не привлекать лишнего внимания. И фокусирую взгляд… – Там Юля идёт.
Аскар спокойно переводит равнодушный взор вперёд. Потом смотрит на брата.
Адам же взволнованно оборачивается и всматривается в детское личико: Анечка, улыбаясь шурша розовым комбинезоном, вприпрыжку идёт рядом с Юлей и держит ее за руку. Такое чувство, что мужчина все слова забыл. Как будто даже и не дышит. Ошарашен. Не ожидал. Понимать – это одно. А вот так, без подготовки, неожиданно столкнуться лицом к лицу…
Анюта отпускает Юлину руку и мчится вперёд. Она подбегает к мальчику: тот гуляет с щенком бигля. Дети, видимо, знают друг друга, они быстро переговариваются, и Аня присаживается на корточки и восторженно гладит песика. Через минуту Юля поравнялась с ними и парой фраз перебросилась с мамой мальчика. А дальше… до нас доносится ее голос, она Аню предупреждает:
– Так, я устала и иду домой. Ждать не могу. У тебя две минуты, и догоняешь!
– Хорошо, мам!
Юля не видит нас, мы стоим в нескольких шагах от крыльца. А когда она приближается…
– Юля! – неожиданно раздаётся голос Адама, и девушка оборачивается. Как только она смотрит на мужчину, замирает немного испуганно и потрясённо, а Адам уверенно шагает вперёд. – Привет, Юль. Шикарно выглядишь.
Далее следует немая сцена. Мне настолько неловко и некомфортно быть ее свидетелем, что хочется отвернуться. И извиниться перед девушкой. Нет, даже не так. Сначала извиниться. А потом отвернуться и оставить их с мужчиной вдвоём.
Но то, что происходит дальше, удивляет не только Адама, но и потрясает всех.
– Вы ошиблись, – никогда не слышала стальных ноток и такой неприкрытей угрозы в голосе Юли. Я распахиваю глаза, словно впервые ее вижу. – Я вас не знаю.
Мы с Аскаром медленно приближаемся. Это происходит на автомате. Я даже не чувствую, как шагаю вперёд.
У Адама, откровенно говоря, падает челюсть. Он явно растерялся от такой мощной волны негатива и теперь молча переваривает то, что произошло.
– Аня! Домой! –кричит девушка дочери через плечо. – Поскорее!
Анюта тут же подскакивает к маме и берет ее за руку. Адам попадает в поле ее зрения. Нас же с Аскаром, похоже, девчонки даже не замечают.
– Я не пойму, тебе поздороваться влом, Юль? – видно, что Адам не просто шокирован. Кажется, его понимание мира начинает медленно рассыпаться.
– Мама, этот дядя знает, как тебя зовут, – девочка задирает голову, заглядывая Юле в лицо.
– Дядя обознался, – прожигает Адама предупреждающим взглядом. И медленно чеканит каждую букву. – Впервые его вижу.
Юля неожиданно смотрит в сторону и замечает меня и Аскара. Вновь округляет глаза и так же, как я пять минут назад, переводит ошарашенный взгляд с одного мужского лица на другое. А потом и мне достаётся осуждающий «клинок».
Девчонки разворачиваются и уходят, а Адам шокированно смотрит им вслед, оставаясь на месте. Юля даже не обернулась. Она уже почти зашла в подъезд, как Адам отмирает, возмущённо разводит руки и разъярённо посылает им вслед:
– В смысле «дядя обознался»?!
Глава 30
Мы с Аскаром переглядываемся. Адам в своём возмущении выглядит очень забавно, как обиженный ребёнок: бровки домиком, губки бантиком. Слов найти не может. Но сама по себе ситуация не слишком смешная.
Мужчина нервно проводит рукой по волосам и выдаёт:
– Я сейчас вообще ничего не понял. В смысле обознался-то?!
– Ну наверное это значит, что ты из разряда парнокопытных, просто завуалированно…
– От тебя я вообще не ожидал! – и тут я подмечаю стальной блеск во взгляде, такой бывает у Аскара, когда он злится… – Оль, в какой квартире Юля живет?
– Извини, Адам. Я не скажу.
Он поджимает губы, смотрит на нас…
