С невыразимым мучением Тогобицкая наблюдала за тем, как Виктор Набока поднялся к нему, получил из рук приятеля-адвоката аляповатую статуэтку, произнес несколько скупых слов благодарности, а затем вернулся на место. На сцене появилась кривляющаяся дамская группа, начавшая исполнение какого-то хита.
Момент был упущен. Да если бы только это! Сумочка с пистолетом находилась в руках совершенно незнакомой женщины, и Наташа была не в состоянии отыскать ту самую женщину. Что же делать? Она была на грани отчаяния, однако заставляла себя думать, что не все еще потеряно.
– Ну так как? – не отставал госчиновник, склоняя соседку к поездке на его дачу. – Что скажешь, крошка?
– Скажу, что, судя по обручальному кольцу, у вас имеется законная супруга, – отрезала Наталья. – Вот с ней и ездите на свою дачу. А меня прошу оставить в покое!
Госчиновник тотчас обиделся и надулся.
Прием подходил к завершению. Тогобицкая заметила шевеление за столиком, за которым восседал Набока. Наверняка тот уже намеревается покинуть особняк! Значит, он вот-вот скроется, и она не сможет привести в исполнение план мести…
После выступления дамской группы вручалась очередная, последняя, премия. Лауреатом ее стала та самая не первой молодости актриса, звезда советского кинематографа с титановым бедром, у которой имелся любовник моложе ее на полвека. На сцене возник известный режиссер, принявшийся расхваливать актрису и ее грандиозный талантище. Вслед за тем на сцену поднялась сама актриса, к тому же юбилярша, которой исполнялось непроизносимое количество лет. Благодаря трем десяткам пластических операций дама не имела ни единой морщины, однако походила больше на ходячую мумию, чем на живого человека.
В качестве благодарности актриса возжелала исполнить старинный романс. Однако едва она успела пропеть первый куплет, как возникла неловкая пауза, а затем легенда советского кинематографа накренилась и принялась оседать на пол. К ней тотчас ринулись ведущий и еще несколько человек.
Возникла паника. Выяснилось, что актрисе сделалось дурно. Была вызвана «Скорая». Объявили незапланированный перерыв.
Пользуясь сумятицей, Набока поднялся с места и направился к выходу. Рядом с ним семенил Генрих Минц. Мужчины прошли мимо столика, за которым сидела Наташа. Всего в каких-то полуметрах от мстительницы. О, если бы в ее руках сейчас был пистолет!
И тут Наталья заметила даму в зелено-серебристом платье – та, выступая в роли сопровождения какого-то полного субъекта восточной внешности, весело щебетала со своей подругой в ало-красном платье за одним из боковых столиков.
Сумочка, как отметила Наталья, лежала на столике. Тогобицкая протиснулась сквозь толпу гостей, оказалась рядом и мгновенным движением поменяла сумочки: на столик положила аксессуар дамы и взяла свой. А затем быстро направилась к выходу. Никто ничего даже не заметил.
Наташа надеялась на то, что Набока с Минцем еще не успели уехать. На секунду она остановилась у колонны, приоткрыла сумочку – и увидела миниатюрный пистолет.
– Наташа! – услышала она позади тихий знакомый голос и обернулась. И заметила Михаила – тот был облачен в форму официанта и держал в руках поднос.
– Что ты здесь делаешь? – спросила женщина удивленно.
– Неужели ты думаешь, что я смог бы бросить тебя на произвол судьбы? – ответил скороговоркой Михаил.
– Если ты желаешь снова попытаться переубедить меня, то, уверяю, твои попытки тщетны! – заявила Наталья. – А теперь извини, мне пора!
Михаил зачастил:
– Нет, я не буду переубеждать тебя, потому что мои слова все равно не подействуют на тебя. Однако я не могу допустить, чтобы тебя схватили. Поэтому разработал план. Кстати, я только что видел Набоку.
Наталья внимательно посмотрела на мужчину и качнула головой.
– Я чрезвычайно ценю твою заботу, Миша, но для себя приняла окончательное решение. Речь не идет о том, чтобы покарать Набоку, а потом вернуться к прежней жизни. К прежней жизни возврата нет. Поэтому твой план, увы, мне не требуется.
– Наташа, ну послушай же меня! – тщетно взывал к ней Михаил. Не слушая его, Тогобицкая направилась прочь из особняка. Времени было в обрез. Она и так едва не упустила возможность поквитаться с убийцей Стасика.
Глава 37
Оказавшись на крыльце, она заметила Набоку и Минца – те стояли на красной дорожке, куря, хохоча и о чем-то беседуя. По всей видимости, олигарх ждал, пока подгонят его «Мерседес».
Наталья глубоко вздохнула – и поняла, что совершенно спокойна. Нервозность, терзавшая ее все это время, исчезла. До осуществления ее плана осталось всего десять шагов. Запустив руку в сумочку, она двинулась в сторону Набоки.
Тот стоял к ней спиной. Наташа отлично видела его мясистый затылок и лысую голову. Ей так хотелось, чтобы в последнее мгновение своей жизни Набока видел ее и осознал, за что ему приходится умереть. Ничего, она ему скажет!
Около миллионера находились два дюжих типа, явно личные телохранители. Взор одного из них лениво скользнул по Наталье, задержавшись на ее бюсте. Затем секьюрити отвернулся. На аллее появился «Мерседес» Набоки. Тогобицкая сжала рукоятку пистолета, понимая, что время пришло.
Минц, кажется, собирался вернуться обратно в особняк. Окурок полетел на асфальт. Ну что же, значит, придется немного изменить первоначальный план. Адвокат, естественно, тоже сволочь, но ее главная цель – бизнесмен. И если придется выбирать, кого из них отправлять к праотцам, то ее выбор падет на Виктора Денисовича Набоку. Или у нее все же получится убить двух зайцем, вернее, двух мерзавцев?
Наталья приблизилась. Адвокат, видимо, что-то припомнив, снова завел беседу с бизнесменом. Подкатил «Мерседес». Один из телохранителей бросился к автомобилю, распахивая дверцу для своего босса. Другой же говорил по мобильному. Ну надо же, вот тебе и бодигард! Наталья поняла, что это – ее единственный шанс. Судьба к ней явно благосклонна.
– Хорошо, хорошо, Генрих! – донесся до нее бас Набоки. – Приезжай-ка завтра во второй половине дня ко мне в офис, мы все обмозгуем!
Мужчины попрощались, Минц похлопал Набоку по плечу, а тот уже наклонился, желая нырнуть в салон. Наталья подумала: не тот ли это «Мерседес», который протаранил «Фольксваген»? Да нет, скорее всего, другой. Таких автомобилей у бессменного президента фармацевтического концерна «Русский Парацельс» наверняка пруд пруди.
Минц отошел в сторону, а Набока, развернувшийся практически анфас, уставился на женщину. На секунду их взгляды встретились.
– Это вам за Стасика, Романа и Ирину! – крикнула Наталья, бросая на красную ковровую дорожку сумочку. В руке у нее был зажат пистолет. – Собаке собачья смерть, Виктор Денисович!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
