Звучало напыщенно, однако что еще она могла сказать Мише? Ведь больше она его не увидит. Наступал последний час жизни Набоки и Минца. И ее собственный последний час.
Глава 34
Наталья шагнула на дорожку, чувствуя, что Михаил вперил немигающий взгляд ей в спину, поправила норковый палантин, прикрывавший плечи, и зажала сумочку под мышкой. Ее так и тянуло обернуться, однако она останавливала себя – не хватало еще струсить и передумать в самый последний момент!
Она медленно поднялась по мраморным ступенькам в просторный холл. А потом, все-таки не выдержав, обернулась. Но «Бентли» с Михаилом за рулем уже не было, около красной дорожки находился другой лимузин, из которого выбиралась престарелая, на редкость расфуфыренная актриса советского кинематографа, сопровождаемая своим новым любовником, лет на пятьдесят ее младше.
Что делать дальше, Наталья не знала, поскольку на подобного рода приемах бывала крайне редко, да и то не ради удовольствия, а по долгу службы. Прежде всего, наверное, следует осмотреться. Атмосфера походила на ту, что царит в фойе оперного театра во время антракта: гости разговаривали, смеялись, шутили. Подоспевший субъект в черном костюме и с проводком за ухом произнес, обращаясь к Наташе:
– Добрый вечер, Олеся Валерьевна! Мы чрезвычайно рады видеть вас! С учетом террористической опасности прошу вас пройти контроль. Уверяю вас, это абсолютная формальность, однако таковы наши предписания. Все делается в интересах наших уважаемых гостей!
Секьюрити жестом указал на одно из смежных помещений. Наталья заметила, что так же одетые мужчины подходят ко всем, кто входит в холл, и уводят вновь прибывших в смежную комнату. Чувствуя, что ее пульс вдруг стал заоблачным, она последовала за охранником.
В помещении, похожем на терминал аэропорта, где идет проверка ручной клади и самих пассажиров, в глаза ей сразу бросилась рамка металлоискателя. Здесь же находилась передвижная лента, на которую требовалось класть личные вещи. Один субъект в черном координировал действия, другой стоял около рамки, а за компьютером сидела суровая девица с невыразительным лицом. Именно она, глядя на экран, проверяла содержание дамских сумочек и свертки с принесенными подарками, а затем отдавала распоряжение пропустить посетителя внутрь особняка.
Ждать пришлось недолго, так как очередь была небольшой. С гостями обращались чрезвычайно корректно. Перед Натальей стоял известный сатирик с супругой, сверкавшей непомерными бриллиантами и рубинами. Когда та прошла через рамку, раздался противный тонкий писк. Около супруги юмориста тотчас возник тип в черном костюме и произнес:
– Все в полном порядке! Однако прошу вас снять это и положить на ленту.
Он указал на шикарное колье, украшавшее обширную грудь дамы.
– Ваш прибор не на металл реагирует, а на караты! – сострил юморист, уже прошедший досмотр. – Леночка, колись, куда бомбу спрятала?
Тогобицкая приказала себе успокоиться, но волнение нарастало с каждым мгновением. Что с ней такое? По дороге на прием она была абсолютно расслабленна, так почему же сейчас у нее было состояние, близкое к истерике?
И тут Наталья поняла, чем объяснялась ее нервозность. Рамка, через которую ей предстояло пройти, уж слишком напоминала дверь. Ту самую ДВЕРЬ. Более того, женщина вдруг в самом деле увидела посреди комнаты дверь. И из-под нее пробивались лучи света! Наташа замерла, потом сделал шаг. Она должна войти, войти, войти…
– Прошу вас, положите сначала сумочку на ленту, – раздался у нее под ухом голос, и Тогобицкая пришла в себя. Дверь, которую она только что четко видела перед собой, исчезла. Перед ней находилась рамка металлоискателя.
Наталья опустила сумочку на транспортер, а затем быстрым шагом прошла через рамку. Собираясь на прием, мстительница намеренно не надела ни единого украшения – к чему? Только норковый палантин был скреплен изнутри небольшой брошью, на которую рамка не среагировала. Тип в черном костюме удовлетворенно кивнул. А затем посмотрел в сторону своего напарника, находившегося в углу помещения.
От Натальи этот обмен взглядами не ускользнул. Второй мужчина тоже кивнул, что означало: он не заметил ничего угрожающего. Значит, зря она волновалась.
Или все-таки нет? Потому что девица вперила взгляд в компьютер, что-то пристально рассматривая. Наталья похолодела, понимая, что на дисплее возникло содержимое ее сумочки, в которой находился разобранный на шесть частей пластмассовый пистолет.
Девица качнула головой, и тотчас около Наташи возник массивный субъект в смокинге. Он мило улыбался, но глаза у него были как у наемного убийцы, а произносимые слова – тяжелыми, как булыжники.
– Возникла небольшая проблемка, которую мы хотим разрешить совместными усилиями. Не могли бы вы показать содержимое вашей сумочки?
– А в чем дело? – подняла бровь Наталья, заметив краем глаза, что в помещение вошла престарелая звезда советского кинематографа под руку со своим молодым любовником.
– О, это всего лишь формальность! – заявил тип.
Тогобицкая поняла, что сбежать отсюда не получится. Ее взяли в кольцо. Значит, не оставалось ничего иного, как подчиниться требованию.
Стараясь, чтобы никто не заметил ее волнения, Наталья взяла сумочку, раскрыла ее и высыпала содержимое на столик. Она намеренно взяла с собой кучу разнообразных предметов – губную помаду, пудреницу, тушь для ресниц, расческу, пилочку, заколки. Две части пистолета были замаскированы под брелоки, еще две вмонтированы в ручку расчески, одна просто лежала на дне сумочки. А последняя была приспособлена под брошь, которая скалывала норковый палантин Натальи.
Субъект в смокинге с глазами киллера склонился над столом с ее вещами. А затем попросил Наталью отдать саму сумочку, что та и сделала. Секьюрити внимательно осмотрел ее, ощупал швы, помял ткань в руках. Около него возникла женщина средних лет с крайне неприятным лицом и темными волосами, стянутыми на затылке в пучок, которая схватила массивную пудреницу и открыла ее.
Наталья похолодела. В пудренице находились патроны. Она вдавила их в слой пудры. Однако наверняка это было видно на экране компьютера!
Женщина повертела пудреницу в руках, захлопнула крышку и положила вещицу обратно на стол. Наташа едва сдержала вздох облегчения.
– А вот это, к сожалению, придется оставить у нас! – сказал тип в черном, забирая пилку для ногтей и большую заколку с длинной иглой. – После того как прием завершится, вы получите свои вещи обратно, Олеся Валерьевна! Вы ведь не возражаете?
Наталья не возражала. Но тут она заметила, что внимание дамы привлекла одна из частей пистолета, та самая, что лежала на самом дне сумочки. Она схватила ее и спросила строго:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
