взмок от пота, но куда страшнее оставаться наедине с собственными мыслями. Виолетта отчаянно искала способ смириться с новой реальностью. Как рассказать Владу о том, что скрывала от них Марта? Хотелось надеяться, что это просто глупая шутка. Но, если подумать, тётя всегда будто не вписывалась в касту микоров. Слишком утончённая, мечтательная и светлая. Чего только стоят идеальные черты лица, так непохожие ни на кого из семьи Марлин. Даже с мамой, которая якобы является родной сестрой Марты, у них нет ничего общего. Насколько Виолетта могла вспомнить.
Нащупав под футболкой цепочку шаонского медальона, девушка продолжала обдумывать то, что узнала. Тонкая цепочка обмоталась вокруг пальца. «У представителей одних каст не могут родиться другие дети. Значит, у меня не может быть силы танаров. Это биологически невозможно. Если только кто-то из родителей не является мне родным. Но ведь это тоже безумие. Я лишь ищу повод накрутить себя ещё больше!»
Оставался единственный вариант — доверять шаонцам. Во всяком случае, пока что. Они обязательно выяснят, что с ней происходит. В конечном итоге Виолетта решила пока ничего не рассказывать Владу. Даже о Марте. Пока сама не разберётся. Возможно, это неправильно, но пусть пока поживёт спокойно. Он и так ходит по краю. И если ступит за грань, обратной дороги уже не будет.
Глава двадцать девятая
Неделю спустя, Танар.
Постепенно дни слились в бесконечный круговорот ожидания и страха перед неизвестностью. От шаонцев пока не было вестей. Зато вспомнил начальник Патрульного участка. Ближе к середине недели он собрал всю группу осуждённых у себя в кабинете, чтобы решить вопрос с отработками. Виолетта не могла сказать, что была рада видеть своих напарников. Да и они явно надеялись, что о них забудут. Если учесть отсутствие в новостях утечек о нападении в Мёртвом квартале, все они молчали. Радовало, что никто не стал делать из них козлов отпущения. Вероятно, патрульные решили попросту замять это дело, воспользовавшись минимальным количеством свидетелей.
Начальник патрульных не стал отвечать ни на какие вопросы. Не поделился, что будет дальше с этим делом. Зато охотно сообщил, что никто не собирается отменять отработки. Каждый отмотает свой условный срок по полной без вычета пролетевших дней. Мужчина без какой-либо учтивости рассказал о нововведениях. Поскольку Мёртвый квартал временно закрыт до окончания следствия, работать им предстоит по всему городу, как было раньше. Сборы теперь будут проходить здесь. Для осуждённых будет выделена временная раздевалка. И уже завтра с утра предстоит выходить на отработки и знакомиться с новым надзирателем.
Наслаждаясь недовольными лицами осуждённых, начальник участка велел всем убираться. Виолетта задержалась, чтобы предупредить об отсутствии Тимура. Мужчина небрежно заверил, что его уже предупредили, и Тимур сможет вернуться к отработкам после выздоровления. Затем нетерпеливо выпроводил девушку за дверь.
Виолетта уже была готова к возвращению на отработки. Двадцать семь дней — довольно долго. Но, с другой стороны, можно притупить тревожные мысли физическим трудом. Ещё появится повод меньше бывать дома. Атмосфера там сейчас слишком давила: быть под прицелом патрульных, напряжение из-за Марты, чувство вины перед Владом из-за тайн, которые они оба так ненавидят. Виолетта чувствовала себя лицемеркой, но не могла иначе. Она обязательно собиралась всё ему рассказать, но искала подходящий момент. Как делала Марта. И это сходство злило ещё сильнее. Девушка даже не думала, что так быстро начнёт понимать кромолку. Пока она затруднялась с определением, как теперь к ней относиться. Но, конечно, они навсегда останутся семьёй.
Однажды в середине рабочего дня в кармане вдруг завибрировал сенсер, который молчал уже несколько дней. Виолетта отвлеклась от сгребания сухой листвы и выудила устройство, ожидая послание от Максима. С тех пор, как она побывала у него дома, они почти не разговаривали. Пока отец не вернул ему сенсер. Но даже после этого они лишь пару раз общались. Виолетта даже не могла поделиться последними новостями, решив, что у друга и без того хватает проблем. Рассказала только о продолжении отработок. Максим пообещал найти время для встречи, как только появится возможность. Возможно, этот момент настал.
Но на экране высветился незнакомый код. Виолетта настороженно ответила. Над плоской поверхностью появилась смазанная голограмма, представляющая из себя сплошное зависающее пятно. Оно сформировалось в подобие человеческого силуэта и выглядело пугающе.
— Кто это? — нервно задала вопрос Виолетта, пытаясь рассмотреть в помехах собеседника. В голове уже выстраивались самые ужасные предположения.
— Уж-же не узнаёшь мен-ня? Дож-жили! Ст-тоило только отсут-тствовать неск-колько дней! А в-ведь я могу и об-бидеться! — послышался едва различимый мужской голос.
Звуковые помехи не могли скрыть самодовольство в голосе. Девушка отчётливо представила его лицо с нахальной ухмылкой. Внутри что-то странно встрепенулось.
— Ты мен-ня слышишь? — нетерпеливо уточнил Денис Романов, ожидая другого эффекта от своей шутки.
— Тихо радуюсь, что решил вспомнить про меня! — съязвила Виолетта. Она даже не заметила в какой момент их общение переросло во что-то свойское и фамильярное.
— Мол-лодец, что тихо! И сохр-рани себе мой код, чт-тобы потом не зад-давать глупые вопр-росы. Только чур-р мне не док-кучать потом — у веня ведь есть личн-ная жизнь, знаешь ли!
— Что тебе нужно? — проглотив ругательства, попыталась выяснить девушка.
— Твой жениш-шок вышел из комы пар-ру часов назад. Я решил, что ты наверн-няка захочешь его увид-деть.
Облегчение тут же сменилось порывом радости.
— Он в порядке? Что-нибудь говорил? — пролепетала Виолетта.
— Сам-ма скоро узнаешь! — лениво отозвался патрульный. — Буд-дь готова через десят-ть минут.
— Я сейчас не дома.
Из устройства послышался сдавленный вздох.
— Куд-да мне подъехать?
Виолетта неуверенно выглянула на своих напарников, которые убирали с дороги опавшие листья по всей улице.
— Я сейчас возле пекарни! — сообщила она.
— Хор-рошо, жди. Поеду по пр-рямой.
Он отключился. Виолетта убрала сенсер в карман, натянула рукава комбинезона на замёрзшие руки, насколько позволяла ткань. В Танар постепенно приходили заморозки. Уже третий день стояла промозглая погода. Задумчиво тронула веерными граблями тонкий лёд на луже, пока тот не треснул. Благодарная вода тут же хлынула наружу из ледяного плена.
Вскоре на дорогу выехал золотистый нанобиль. Осуждённые отступили в стороны. Патрульный проехал почти до самой пекарни, разнося с порывом энергетического жара кучки влажной листвы. Зак выплюнул в след парочку проклятий, но разумно замолчал, как только нарзенец затормозил рядом с Виолеттой. Пассажирская дверь гостеприимно распахнулась.
— Падай! — вместо приветствия предложил Романов.
Виолетта виновато покосилась на напарников перед тем, как сесть в нанобиль. Теперь у них появился очередной повод её ненавидеть. Даже Виктория теперь сторонится.
Под пристальным взглядом карих глаз девушка неловко отряхнула штанины комбинезона. В
