Хуже было, когда мы точно видели, что человек еще жив. Он стонал, шевелился, звал на помощь… Помочь мы не могли и молча проходили мимо, а я еще долго чувствовала затылком умоляющий взгляд. Он не мог нас видеть, тот бедняга. Заклинание по-прежнему действовало. Так какого черта он так смотрел?
В какой-то подворотне насиловали молоденькую девчонку. Она кричала, вырывалась, брыкалась… а десяток извращенцев любовались на это и хохотали.
– Сволочи!
– Не смей! – Флай до боли сжал мою руку. – Не вздумай туда соваться.
– Ты что, не понимаешь? Так же нельзя! Ее спасать надо!
– Каким образом? У тебя есть оружие? Или собираешься раскидать всех врукопашную? Марго, не дури. Пошли. Ничего ты тут не сделаешь.
– Я могу и без оружия! Я же магичка, я справлюсь! И ты… ты же мне поможешь, да? А вдвоем мы точно справимся, мы же лучшие!
Парень молчал. Сомневался. Или размышлял, как бы потактичнее заткнуть мое разбушевавшееся чувство справедливости. А я стояла и думала о том, что если сейчас даже не попытаюсь что-то сделать, то никогда себе этого не прощу. Потому что есть вещи, мимо которых просто нельзя пройти. Нельзя, потому что если ты закроешь глаза на происходящее, то уподобишься тем самым скотам, которые сейчас упиваются собственной безнаказанностью.
Темноту прорезал очередной вопль, полный боли и отчаяниья. Я разом избавилась от последних остатков здравого смысла и рванулась на помощь… И в тот же момент Глазастый схватил меня в охапку и потащил подальше от места происшествия.
– Ты просто трус! – Я совсем забыла, что нужно вести себя тихо.
– Трус, – спокойно согласился Флай. – Я и не скрываю, что боюсь. Только я же не за себя боюсь, а за тебя. И кроме того, я Вербе обещал, что ты выберешься из города живой и невредимой.
– Про «невредимой» ты ничего не говорил. И вообще… это же бесчестно! И та девчонка… она же ни в чем не виновата. Она же человек! Не эльф ни капельки!
– Человек, – кивнул парень, обходя очередную кровавую лужу. – Они все тут люди.
– Нелюди! – прошипела я.
Глазастый не ответил. Зато из ближайшей арки вдруг раздался восторженный вопль: «Эльфы!» – и наперерез нам бросилась целая толпа. Кажется, заклинание от моих криков все-таки слетело. А капюшон – еще раньше.
Дальнейшее в памяти сохранилось плохо. Вроде бы я поднырнула под чью-то руку, кого-то пнула в самое уязвимое место, другому заехала локтем в нос. Без меча было непривычно – ни ударить как следует, ни блокировать. Плащ, спешно намотанный на руку, помогал мало. От магии тоже никакого толку, в общей свалке можно и себе что-нибудь подпалить, и друга зацепить ненароком. Оставалось только вертеться, как живая рыба на раскаленной сковородке. Впрочем, любой, даже самой живучей рыбе до меня было далеко.
В какой-то момент мы с Флаем сомкнулись спинами – и тут же наступила короткая передышка. Нападающие поняли, что первая атака не прошла, и расступились, образовав вокруг нас злобное, ощерившееся кольцо. На повторную вылазку они пока что не решались. Тем более что Глазастый к этому времени уже отобрал у кого-то крепкий дрын и сейчас демонстративно постукивал им по ладони. Мне с трофейным оружием не повезло. Точнее, мне даже в голову не пришло попытаться вырвать у кого-нибудь дубинку. Слишком занята была спасением собственной шкуры.
Зато теперь на безоружную меня смотрели с гораздо большим интересом, чем на Флая. Оно и понятно – нечто мелкое, ушастое и злорадно ухмыляющееся опасным не выглядело нисколечко. Ухмылку я, понятное дело, тут же спрятала, но в немытых головах злостных человекофилов к тому времени что-то уже щелкнуло. Еще пара секунд отдыха – и на меня, отталкивая друг друга, бросились сразу трое.
Первый получил огненный шар в лицо, второй – в грудь, третий, завидев такое дело, резко развернулся и рванул в обратном направлении. Крики «Держите эльфа!» сразу же сменились на «Хватайте колдуна!». Ага! Значит, с моей половой принадлежностью они пока что не определились. И хорошо, а то участь давешней девчонки из подворотни меня все же смущала!
Ох, лучше бы меня смущала местная охота на ведьм!
Не успела я пригрозить нападающим еще одним пульсаром, как откуда-то выскочил щуплый священник. Размахивая крестом и надрывно вопя что-то пафосное, этот задохлик устремился ко мне… И вот тут-то и началось самое интересное. Мой очередной фаербол испарился, едва коснувшись его драненькой сутаны. Упс!
Мужики восприняли это как знак свыше и накинулись на нас всей кучей. Флай еще как-то удерживал их вокруг себя, а мне пришлось совсем худо. Кажется, я слишком понадеялась на собственную магическую мощь.
Самое обидное, что я точно знала: святость и набожность монаха здесь ни при чем. Скорее всего он с ног до головы в антимагическом порошке. Эта противная субстанция, в моем мире неизвестная, в Предонии пользовалась большой популярностью. Особенно в разных религиозных организациях. И изготавливали эту дрянь как раз с помощью «богопротивной» магии. Так что с этой точки зрения священник был ничуть не меньшим еретиком, чем я.
Но ведь вооруженной банде это не объяснишь!
Я попробовала шарахнуть по толпе еще одним пульсаром, но не успела сконцентрироваться и только без толку подпалила намотанный на руку плащ. Впрочем… Так ли уж и без толку? Я схватила ткань за непострадавший край и махнула в сторону ближайших противников пылающим подолом. И еще раз!
Кому-то перепало по физиономии, еще одному задело руку. Вряд ли дело дошло до ожога, но нападающие снова отпрянули. Я украдкой перевела дух… и едва успела уклониться от прилетевшего из толпы камня. Новая забава нападавшим понравилась, и вскоре на нас обрушился целый град камней. К счастью, эти градины были не слишком крупные. Впрочем, и такого размера мне хватило, чтоб зашипеть от боли, когда одна из них двинула меня по плечу. И почти тут же еще одна чиркнула по лбу. Вроде и несильно, но по виску сразу же потекло что-то мокрое и горячее. Спустя мгновение на мостовую упала первая капля крови.
А потом Флай за моей спиной с глухим стоном осел на землю. И тут же кто-то ушлый выдернул у меня из рук горящий плащ. В ответ я швырнула в наглеца пульсаром и, когда огненный шар уже сорвался с пальцев, отчетливо поняла – это последний. Больше я сегодня ничего не наколдую.
Мужики об этом, понятное дело, не подозревали. Никому из них не хотелось стать следующей жертвой моей магии, поэтому нападение в очередной раз застопорилось. Мои противники использовали получившуюся передышку для того, чтоб поймать и выпихнуть вперед упирающегося священника. А я – чтоб подхватить все тот же дрын, выпавший из руки Флая, встать покрепче и…
Нет, вниз не смотреть! Ни в коем случае не смотреть! Чего я там не видела? Да, там лежит мой друг, замечательный человек, который мне очень-очень дорог. И у него пробита голова, и он весь в крови, и бледный, как отбеленная простынка. И больше всего мне сейчас хочется убедиться, что он жив, поймать взглядом малейшее движение, услышать, как он дышит… И именно поэтому туда смотреть нельзя! Чтобы не отвлекаться. Чтобы дать достойный отпор этим скотам, которые посмели покуситься на его жизнь. Потому что если они сейчас задавят меня количеством, то умрем мы оба. Прямо здесь, на этой самой мостовой. Ой, мамочки…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
