Честно признаюсь, я даже достала видеозапись своего первого посещения его дома и, выведя ее на большой экран плазмы, с эстетским удовольствием полюбовалась берестовским голым видом, воспользовавшись стоп-кадром. М-мда!
Ну, а во-вторых, и по большей части в главных…
Я понимаю, что сумбурное и ажиотажное общение всех нас за это время обусловлено и страхом за жизнь Макса, и переживаниями об его выздоровлении, и шокировавшей всех новостью об отцовстве, и этим сильным стремлением и Берестова, и Макса к постоянному общению, их неуемным желанием наверстать пропущенные годы. Да тут еще новополученные бабушка с дедушкой в обморочной радости. Но это все скоро пройдет и устаканится, и войдет в свою колею, и станет спокойным и обыденным, где каждый займет свое место, обвыкнется в нем, и жизнь покатится дальше, выстраиваясь в новых реалиях.
И в этих реалиях выстроятся и наши с Берестовым отношения.
А вот тут во-о-опрос!
Какими они станут-то? Какими бы я — лично я — хотела их видеть? Встречаться ради этого прекрасного секса? Можно, и да, ладно, ничего в этом такого уж страшного и неправильного нет!
Но, оказалось, хочется не только этого. Вот так!
Я вдруг поняла, что давно простила его. И никаких обвинений и претензий в моей душе к нему нет. Простила не сейчас, когда узнала истинную причину его тогдашнего поступка, а гораздо раньше, где-то по пути своей жизни, и не заметила этого. И еще! Подсознательно я всегда была ему бесконечно благодарна за то, что он подарил мне такого прекрасного сына.
А что дальше, я не знаю. И никто не знает.
Новогодние каникулы заканчивались, Макс с отцом вчера вернулись из Англии, завалили всех подарками и впечатлениями, самого Берестова я не видела, он привез Макса домой и уехал по каким-то срочным делам. Я тоже совсем немного работала, большинство дел и клиентов появится после пятнадцатого января, а пока так, по чуть-чуть, в основном подчищаем прошлогодние хвосты.
Я заехала в супермаркет по поручению Шуры Петровны, вручившей мне внушительный список того, что нужно купить, воспользовавшись тем, что я пока полусвободна и могу привезти на машине большую часть того, что ей необходимо по хозяйству.
Я перегружала покупки из тележки в багажник, рядом со мной ту же процедуру проделывала нервная молодая девица, в раздражении швыряя в багажник своей «Хонды» пакет за пакетом. Один из них неудачно упал, из него посыпалось на пол содержимое, и прямо к моим ногам отлетели какие-то упаковки. Девушка выматерилась сквозь зубы, я подняла один из предметов и, протягивая ей, обратила внимание на то, что держу в руках.
И остолбенела! У меня отхлынула кровь от головы, ударив под коленки и налившись мгновенной тяжестью в ногах, приросших к земле! Я застыла в ступоре и полном оцепенении!
— Спасибо, — сказала девушка, забирая у меня из руки упаковку женских прокладок, и поинтересовалась: — Вам что, плохо?
Мне плохо?! Да мне полный трындец!!
— Нет-нет, — как-то умудрилась ответить я.
И дошкандыбала на негнущихся дрожащих ногах до водительского места и как-то залезла на него. Боже мой?! Как я могла?!
Не приходя в сознание, я завела машину и поехала домой. По пути, трижды остановившись у разных аптек, купила три разных теста на беременность и запрещала себе думать и заранее пугаться всю дорогу!
И вломилась в свою квартиру разбушевавшейся коровой, на бегу срывая с себя пуховик, пронеслась в ванную комнату, сообразила, что нужно кое-что еще, помчалась в кухню, разбросав содержимое шкафчика, нашла в нем одноразовый стаканчик, тем же аллюром метнулась назад, провела нужные действия и села сверху крышки унитаза ждать результатов.
Ну, а дождавшись, первое, что я сделала, — рванула вверх крышку унитаза и вывернула ему свою погубленную тягой к офигительному сексу душу.
Твою мать!!! Как я могла про это забыть?! Вообще, напрочь! Как провал в памяти! Это какой-то сдвиг по фазе! Полный клинический идиотизм!! Кома!!
И я снова пообщалась со своим прекрасным итальянским унитазом!
А отдышавшись, побежала доставать свой органайзер и по календарю высчитывать дни в попытке хоть что-то сообразить.
Ну, понятно! Мила, мой гинеколог, тогда сказала ждать цикла, а он у меня должен был начаться как раз через семь-восемь дней. И именно через неделю случилась эта авария. Естественно, что я обо всем на свете забыла и ни о чем, кроме Макса, не думала! А потом завертелась эта бесконечная кутерьма с отцовством, и такие дела навалились, что я и себя-то не помнила, не то что сроки какого-то там очередного женского цикла!
И тут до моего переполошенного сознания дошел один факт, я поняла одну анекдотическую вещь и начала так хохотать, что свалилась на бок на диван и ухохатывалась до икоты, до слез!
— Ой, не могу… — жаловалась я кому-то, умирая от смеха.
Я смеялась, пока не выдохлась окончательно, и, постанывая от приступов душившего меня хохота, потащилась чистить зубы.
Ровно семнадцать лет назад, практически день в день, в середине ноября я забеременела от Берестова Максом! Это что-то из области нереального! Больше похоже на художественный вымысел не самой лучшей прозы! Или на фатальность какую-то! Вот как так могло сложиться и получиться?!
И ведь вот засада, это, сто пудов, снова будет мальчик!
Да потому что так же, как и в прошлый раз, у меня сейчас почти два месяца, а никаких симптомов ни близко, ни рядом! Вообще!!! И выворачивает меня так же, как и тогда, только когда сильно понервничаю!
Нет, ну как такое может быть?! Вообще, кто-нибудь верит в такие совпадения? Вот и я нет! А оно имело, наше неверие, в виду! Получите и распишитесь в получении!
На этом непродуктивном вопросе, задаваемом мной не пойми кому, меня и застал Макс, вернувшийся домой из кино, куда ходил со своей компанией.
— Мам, ты чего бледная такая и какая-то тормозная? — заботливо спросил сын.
— Слушай, Макс, перетащи пакеты из машины, — не стала отвечать я. А что тут ответишь? — Что-то я перегрузилась немного.
— Нет проблем! — выказал боевую готовность мой ребенок.
А перетащив все покупки и помогая мне расставлять и раскладывать все по местам, принялся за очередной рассказ про своего ненаглядного папашу и их планы на будущие выходные. Чтоб этому папочке!.. И еще раз так же!
На следующий день я отправилась к Миле на прием.
— Ну ты даешь! — поразилась она со всей душевностью. — Ну ладно девы, молодые и дурные, вон их полный коридор у меня сидит, но ты-то как могла этого не заметить и не понять?
— Да так и могла! — огрызнулась недовольно я. — Ты же знаешь, у меня Макс тогда в аварию попал. Мне вообще ни до чего дела не было!
