Читаем без скачивания Левиафан - Валерий Ковалев

   Все больше укреплялись отношения и с индейскими племенами, которые постоянно навещали русскую факторию.

   Благодаря усилиям Поликарпа Матвеевича и оставленного ему Шелиховым в помощь ссыльнопоселенца Чарноту, в прошлом писаря запорожского коша[43], она стала основным центром общения между представителями двух народов.

   Помимо того, что в фактории шла честная и весьма выгодная для обеих сторон торговля, при ней была обустроена небольшая, но достаточно хорошо оснащенная больница, в которой весьма успешно практиковал врач Алубин, с двумя, подготовленными им корабельными фельдшерами.

   Уже спустя месяц после ее открытия, слава о Белом шамане (так пациенты окрестили Сергея Васильевича) облетела все побережье, а когда он вылечил раненого в схватке с медведем и считавшимся безнадежным, вождя племени кайюга - Одинокого волка, доктора стали почитать навроде божества.

   Сюда же, в свободное от службы время, часто наведывались моряки "Левиафана" и других кораблей, знакомясь и заводя дружбу с индейцами.

   Те считали за честь иметь друга из числа белых воинов, приглашали тех в гости, и все больше проникались доверием к своим новым союзникам. Результатом стал десяток свадеб, на которых русские моряки взяли себе в жены молодых индианок из селения ирокезов.

   Все прошло пышно, торжественно, по индейским канонам и при большем стечении народа.

   Молодые получили богатые дары и утварь от Совета Лиги племен и родственников, а колонисты поставили для них рубленные дома на краю селения.

   В середине зимы, по предложению Тенскавтавы (Летящая стрела с небольшим отрядом отправился навестить соплеменников на Великие равнины), моряки приняли участие в облавной охоте на лосей, получив изрядную часть добычи, а на масленицу Морев пригласил его и вождей Лиги в базу, отведать русских блинов с маслом, сметаной и икрой.

   - Вкусные лепешки, - умяв, все, что приготовили коки, - констатировали гости. - Только очень уж тонкие. Присылайте своих пекарей, наши скво[44] покажут, как делать толстые.

   Наступил март, спали морозы, и началось таяние снегов.

   Весеннее солнце все выше забиралось на небосвод, под ним ослепительно синел лед Гудзонова залива, в горах с грохотом сходили снежные лавины.

   В один из таких дней из лесов появилась странная процессия.

   Впереди, на пятнистом мустанге, с копьем, увешанным скальпами, следовал Текумсе. За ним воины его отряда, с сидящими позади них на крупах лошадей детьми, а позади, на тощих клячах и пешком, в сопровождении тянущих волокуши собак, около сотни изможденных мужчин и женщин.

   Затем процессия исчезла в селении, а вечером в базу оттуда, прискакал молодой воин.

   - Летящая стрела посылает тебе свои приветствия, Морской Змей и просит его навестить вместе с твоими вождями, - сказал он, приложив к груди руку.

   Несколько позже Морев со старшими офицерами сидели на мягких шкурах в доме Текумсе, курили трубки и внимательно слушали его рассказ.

   - Как ты знаешь, Морской Змей, я уезжал на Великие равнины, навестить своих родичей из племени шауни, - глядя в огонь очага, начал он.

   - И что же я увидел за Скалистыми горами?

   Некогда могущественные и вольные племена сиу, делаваров, черноногих, команчей, гровантров, арапахо и многие другие, влачат жалкое существование.

   Их территории захватываются инглизи, а хозяева изгоняются в бесплодные пустыни и горы. Оставшиеся же, преследуются и убиваются армией подобно собакам. За каждый скальп индейца, будь то воин, женщина или ребенок, выплачивается вознаграждение.

   На отряд таких "охотников",- мы наткнулись в устье Ред-Ривера. Они добивали остатки откочевавших туда шауни. Теперь скальпы бледнолицых сушатся у наших очагов - кивнул Текумсе на высокие стропила дома, - а оставшиеся в живых шауни, ушли с нами в Канаду.

   - Сучье все-таки племя, англичане, - прервал наступившую после этих слов паузу, угрюмо сопевший Лобанов.

   - Не англичане, а американцы, - тихо поправил его Сокуров. - Они восстали против власти метрополии.

   - Да, эти люди зовут себя американцами, - продолжил Текусе. - Но они дети одного отца и такие же подлые и жестокие, как инглизи.

   Благодаря вам, - обвел он взглядом сидящих напротив офицеров, - мы выгнали захватчиков из страны Великих Озер. Теперь здесь мир и благополучие. Но там, на равнинах, - протянул вождь руку в сторону запада,- гибнут и просят помощи, наши братья. И я принял решение созвать Совет Лиги. Вопрос один - изгнание американцев с Великих равнин. Совет меня поддержит, уверен. Можем ли мы надеяться на вашу помощь, Морской Змей?

   В доме снова возникла тишина, и только очаг потрескивал рубиновыми углями.

   - В свое время, вы приняли нас как братьев, Летящая стрела, - положил руку на плечо вождя Морев. - Потом мы стали союзниками, вместе сражались и породнились.

   Люди о которых ты рассказал, нам хорошо известны. В той жизни, откуда мы пришли, они сеяли только зло и горе. Можем ли мы теперь оставаться в стороне?

   - Вот именно, - не задумываясь, поддержали своего адмирала офицеры. - Этих янки нужно поставить на свое место. Раз и навсегда.

   - Я знал, что ваш ответ будет таким, - чуть качнул головой Текумсе. - Мой народ никогда этого не забудет.

   Затем был созван Совет Лиги, принявший решение откопать томагавк войны и Военный совет по организации очередной военной кампании.

   Ее было решено начать в мае, а предварительно отправить за Скалисты горы небольшие отряды разведчиков, для подготовки индейского восстания.

   Каждый такой отряд был вооружен скорострельными винчестерами и вел за собой заводных мустангов, а все их начальники, назначенных из наиболее известных и прославленных воинов, имели при себе вампум* Лиги, для вручения его вождям и старейшинам равнинных племен.

   - А могут ли его прочесть американцы? - поинтересовался Круглов, перебирая в руке раковины одного из таких посланий.

   - Нет, - ответил Танскветава. - Язык вампума доступен только посвященным.

   - Практически шифр, - уважительно прогудел Лобанов. - Вот тебе и индейцы.

   На этот раз план кампании разрабатывался союзниками с особой тщательностью, что определялось грандиозностью стоящей перед ними цели.

   Отвоевать у алчных и жестоких американцев практически целый континент, задача непростая.

   Ко времени описываемых событий, война за независимость США уже закончилась, но они продолжали борьбу с индейской конфедерацией Северо-Западных территорий, стремясь добиться от нее признания своего суверенитета и допуска белых поселенцев на индейские земли. Помимо этого, молодое агрессивное государство вело переговоры с хиреющей Испанией об уступке ему Юго-Западных территорий, где также велись активные боевые действия против их коренных народов.

   Его первый президент Джордж Вашингтон активно формировал центральные органы власти и управления, делая основной упор на армию, поощрял развитие сельского хозяйства и экономики, не гнушаясь при этом использованием рабского труда, а заодно люто ненавидел индейцев.

   Внешне демократическое государство, по сути было рабовладельческим, повсеместно вело захватническую политику и несло геноцид другим народам.

   Все это было учтено при выработке плана, и на третий день, общими усилиями, он был сверстан.

   На представленной штурманами цветной кальке, снятой с карты США, при активном участии вождей, многие из которых родились и выросли на Великих равнинах, была отмечена американская столица Филадельфия, все ее крупные города, форты и поселения, а также ведущие к ним, сухопутные и водные пути.

   Здесь же указывались места проживания равнинных индейских племен, с указанием приблизительного числа воинов, которые они могли выставить, а также южные штаты, в которых предполагалось организовать восстание рабов.

   В этот раз никакого ультиматума противной стороне решено было не направлять, поскольку индейцы не признавали за ней никаких прав на Американский континент, войска Лиги племен, перевалив Скалистые горы, должны были выйти на равнины, и, приняв в свои ряды восставших, с боями двинуться на Филадельфию.

   Для их усиления выделялся специальный отряд, в количестве двухсот человек, сформированный из моряков крейсера, фрегатов, шлюпа и охотников-промысловиков, которому придавались четыре артиллерийские батареи, состоящие из доставленных Шелиховым и снятых с кораблей двенадцати полевых и морских орудий.

   Командование отрядом поручалось капитану 1 ранга Сокурову, а его заместителями назначались капитан 2 ранга Лобанов и старший офицер "Орла" лейтенант Врангель.

   Общее же руководство всеми объединенными силами, как и в первую кампанию, осуществляли Текумсе и адмирал Морев.