Все эти дни Хуанита почти всегда находилась рядом с ним. Видя страдания Тома, она постепенно забывала о своих, но старые страхи не отпускали ее, и она надеялась, что, возможно, он не вспомнит о ее обещании выйти за него замуж. Том больше не упоминал об этом и вел себя как близкий и преданный друг, а не как влюбленный в нее мужчина. Иногда Хуанита думала, что он просто боится сказать или сделать что-то лишнее. Они часто молились вместе, каждый просил Господа помочь забыть об ужасах прошлого.
К их большому облегчению никто не разыскивал Тома. Хуанита убедила его подстричь волосы, опасаясь, что их длина будет привлекать к нему излишнее внимание и выдавать в нем индейца. С короткими волосами он был больше похож на мексиканца. Важно, чтобы люди забыли о раскрашенном индейце, который возглавлял банду «плохих», и перестали его разыскивать.
Том вскоре научился ходить при помощи сестер и отца Хуареса. Он настоял на том, чтобы ему изготовили костыль, и теперь мог передвигаться без посторонней помощи. Хуанита сама подобрала для костыля подходящую ветку, сама спилила ее и обрезала лишние сучки.
Стояли прекрасные солнечные дни, повсюду цвели розы. Том часто сидел в плетеном кресле во внутреннем дворе миссии. Запрокинув голову, он подставлял лицо солнцу и наслаждался покоем. Он часто думал об отце, но не спешил писать ему, так как хотел окончательно поправиться и самостоятельно ходить и уже тогда обо всем сообщить Калебу. Но теперь уже все равно поздно писать. Снег скоро сделает горы непроходимыми, и никто не отважится пересечь их до весны.
Вот и сейчас Том умиротворенно сидел среди благоухающих роз, размышляя обо всем этом. Его мысли были прерваны шагами отца Хуареса. Том улыбнулся.
– Здравствуйте, падре. А где Хуанита?
– Она скоро придет. – Священник нахмурился и присел рядом с Томом на каменную скамью. – У меня есть новость, Том, которая касается тебя.
Том наклонился вперед.
– Что-то случилось? Они снова меня разыскивают?
Священник покачал головой.
– Трудно сказать. Ты знаешь, что в Сан-Франциско выходит газета. Сегодня я увидел в ней статью об одном из «плохих», который выжил, его имя – Рико.
– Рико? Он выжил? Священник кивнул.
– Очевидно, ему залечили раны только для того, чтобы публично казнить. Том, все требовали возмездия. Рико повесили.
Взгляды мужчин встретились. Том наконец понял смысл слов священника. Рико был его другом. Они все были его друзьями и погибли из-за дикого желания Тома отомстить за Хуаниту. Последнее нападение, если бы только его не было… На глаза Тома навернулись слезы.
– Они спасли его, а затем повесили, – проговорил он.
– Мне жаль, Том. Да, его повесили в Сономе. Говорят, перед смертью он отказался назвать имя того, кто возглавлял их банду.
Том взглянул на священника.
– Вы думаете, это правда или уловка? Отец Хуарес вздохнул.
– Не знаю. Я могу только молиться, чтобы это оказалось правдой. Так или иначе, я подумал, что ты должен все знать.
Том кивнул. Священник встал и дотронулся до его плеча.
– Ничего не исправить, Том. Надеюсь, Господь поймет тебя.
– Я могу только надеяться на это, – тихо ответил Том.
Отец Хуарес заметил Хуаниту и поспешил к ней навстречу, чтобы сообщить новость. Улыбка сбежала с ее лица, и девушка медленно приблизилась к Тому.
– Отец Хуарес сказал мне. Мне жаль твоего друга.
Том взглянул ей в глаза.
– Жестоко спасать для того, чтобы потом повесить.
Хуанита увидела, как ненависть вновь зажглась в его взгляде.
– Негодяи, – процедил он сквозь зубы. Она опустилась рядом с ним на колени.
– Все уже в прошлом, Том. – Она дала ему в руки костыль. – Смотри. Я сделала его для тебя. Видишь, как загибается здесь ветка? Сам Господь помог мне выбрать ее для тебя.
Он вздохнул и улыбнулся.
– Я могу попробовать?
– Конечно. Только будь осторожен. Их взгляды встретились.
– Я всегда лучше себя чувствую, когда ты со мной, Хуанита. Неужели тебе самой удалось спилить эту ветку?
Девушка кивнула.
– Давай я помогу тебе встать.
Опираясь на Хуаниту и костыль, Том встал на свою здоровую ногу, а затем самостоятельно сделал несколько неуверенных шагов. Пот сразу же выступил у него на лбу. Было очевидно, что ходьба причинила ему невыносимую боль.
– Не слишком усердствуй, – предостерегла его девушка.
– О, да. Ты лучше помоги мне дойти до кресла. Хуанита поспешила подставить ему свое плечо.
Опираясь на него, Том заковылял к своему плетеному креслу, но прежде чем сесть, он, к немалому удивлению Хуаниты, неожиданно прижал девушку к себе.
Ее лицо вспыхнуло жарким румянцем, сердце бешено заколотилось. Впервые за долгое время он проявил подобные чувства.
– Не бойся, Хуанита. Посмотри на меня. Пожалуйста, посмотри на меня.
Она учащенно дышала, безвольно опустив руки вдоль тела.
– Я… не могу…
– Посмотри на меня, Хуанита.
Она сглотнула и медленно подняла на него свой взгляд.
– Я ничего не говорил тебе. Но сейчас ты стала сильнее, и я больше не могу переносить свое одиночество. Известие о Рико заставило меня понять, как ты нужна мне. Ты обещала стать моей женой. Скажи, что это правда. Что это не приснилось мне.
– Это правда, – ответила она, не в силах отвести от него свой взгляд.
Он улыбнулся.
– Скажи мне, что не нарушишь свое обещание. Ее глаза увлажнились.
– Я не нарушу. Но… я боюсь, – запинаясь, проговорила она.
Он только крепче прижал ее к себе, и она удивилась тому, что его объятия успокаивают ее, а не пугают. Ей не хотелось уходить от него. Том медленно наклонился, и их губы встретились в нежном поцелуе.
Прикосновение Тома было совсем не похоже на то, что с ней делали Идальго и другие. И Хуанита не отвернулась от Тома, а он стал осыпать поцелуями ее щеки, глаза, шею.
– Ты скажешь мне, Хуанита. Тебе решать. Ты скажешь, когда будешь готова стать моей женой, и отец Хуарес обвенчает нас. У нас еще есть время. Я должен как следует поправиться. Я еще не в той форме, чтобы быть мужем во всех отношениях.
Девушка покраснела и опустила глаза.
– Помоги мне, Том. – Она обняла его за талию. – Я так тебя люблю и так боюсь…
Том прижался щекой к ее волосам.
– Верь мне, Хуанита. Верь мне и знай, что я люблю тебя больше своей жизни. Нет ничего в плохого в плотской любви, она доставляет радость двум любящим людям. Ты примешь мое семя и дашь жизнь нашему ребенку. Мы оба нуждаемся в этом, Хуанита. Нам обоим нужна семья. Скоро я напишу отцу, что мы вместе и счастливы. Возможно, он даже приедет в Калифорнию. Однажды я пытался его уговорить.
Он почувствовал, как она дрожит.
– Все хорошо, Хуанита. Все будет хорошо. Я очень люблю тебя, и я – терпеливый человек. Я только хочу знать, что ты моя. Я хочу, чтобы ты всегда была рядом. Я теперь никогда тебя не оставлю и не позволю тебе покинуть меня.
