Всего две сумки получилось: одна с вещами, вторая с книгами. Я оглядела квартиру: так, кажется, не осталось никаких следов моего пребывания тут. Хорошо, что Игорь запретил мне перевозить мой дряхлый компьютер, "этот антиквариат", а то намаялась бы я с ним. У Давлетьярова было два компьютера, старенький стационарный и навороченный ноутбук, вот стационарным мне и дозволялось пользоваться. Конечно, все свои материалы я переписала, а с жесткого диска просто потерла. Так. С этим тоже порядок.
Стоя на пороге, я окинула взглядом квартиру, которую видела, скорее всего в последний раз. Все-таки полюбить это место мне не удалось, какое-то оно было… тусклое, что ли? Даже в рабочем кабинете Игоря его присутствие ощущалось ярче, чем здесь. Мебель эта доисторическая, громоздкая и неудобная, я помню, когда я была маленькой, у родителей была такая же. Но сейчас даже мои влюбленные в барахло родители, скрепя сердце, выкинули чудовищный гарнитур (в дачный домик, по счастью, он просто не поместился бы) и заменили новой мебелью, легкой, изящной и удобной. Не знаю, откуда у Игоря появилась эта обстановка, он сам, с его-то вкусом, наверняка выбрал что-нибудь более пристойное. По паре намеков я поняла, что вроде бы это осталось еще со времен его недолгой семейной жизни, но вот почему Игорь потом не избавился от этих пыльных монстров, загромождающих комнаты? Сперва, должно быть, ему было все равно, потом стало некогда, я никогда не спрашивала, если честно. Впрочем, что теперь размышлять, мне здесь больше не жить…
Уже обуваясь, я сообразила, что забыла кое о чем. Хорошо, спохватилась. Вытащить сим-карту из нового мобильника, подарка Игоря, было минутным делом. Хорошо, я старый не выкинула, где-то в общаге валяется, так что без связи я не останусь. Я положила красивую игрушку на стол, заперла дверь. Ключи я бросила в почтовый ящик. Вот теперь точно все…
Тащить сумки через полгорода было не так-то просто, но такси вызывать я не стала, не барыня. Все-таки хорошо, что мы не афишировали наши отношения, а комната в общаге осталась за мной. А что я там не жила некоторое время, это ерунда, так многие поступают. Любопытствующим я говорила, что пока живу у родителей, поскольку они на время перевезли к себе бабушку, а она нуждается в присмотре. Это было чистой правдой, разве что смотреть за бабушкой не требовалось, она сама за кем угодно могла присмотреть, а поселилась у нас только потому, что в ее квартире шел ремонт. Впрочем, проверять никто бы не стал, а большего мне и не нужно было.
Вот это, кстати, и есть мой дом. Не родительская квартира, не чья-нибудь еще, а именно эта комната в общежитии. Я к ней успела привыкнуть, в бытовом плане я очень неприхотлива, так что никаких неудобств не испытывала. А самое главное, я тут сама себе хозяйка, и не надо никому "соответствовать"…
Нет, я не буду врать, что мне легко далось это решение, скорее, наоборот. Но я прекрасно понимала, что это единственный выход из сложившейся ситуации, остаться с Давлетьяровым и при этом заявить ему, что работать по его указке я больше не буду, я бы не смогла, не до такой степени я еще избавилась от его влияния. И оно еще долго будет на мне сказываться, в этом я была уверена на все сто процентов. "Но, — тут я усмехнулась, — и не с таким справлялись, верно, Чернова? Ну и тут все образуется…"
Что до так называемого «личного»… Наверно, будь я по-настоящему влюблена в Игоря, мне пришлось бы тяжелее, и намного. Но я уже говорила, с любовью у меня большие проблемы, а влюбиться без памяти я и вовсе неспособна. Да, мы несколько месяцев прожили вместе, и мне даже порой казалось, что я чувствую к нему нечто большее, чем обычную привязанность, но и только.
"Если бы твои родители услышали, как ты разглагольствуешь, Чернова, — сказала я себе, — они пришли бы в ужас от глубины твоего падения. Жить с мужчиной, к которому ты просто «привязана», какой кошмар!! Причем не отрицай, тебе это нравилось!"
Да, что было, то было… Когда Игорь находился в нормальном расположении духа, а это случалось, не буду врать, не так уж редко, с ним было действительно хорошо. О таких минутах я и впрямь буду жалеть…
"А что жалеть, Чернова? — спросила я себя. — Ты лучше будь благодарна судьбе за то, что у тебя был такой мужчина! Мухи отдельно, котлеты отдельно, не забывай."
Отличный жизненный принцип, мне его проповедовали сестрички-француженки. Ты разошлась с кем-то, ну что ж теперь, ненавидеть его до конца жизни, что ли? Тем более, настолько уж негативных эмоций по отношению к Давлетьярову я не испытывала, а кроме всего прочего, была очень и очень многим ему обязана и за многое благодарна. Хотя он еще может заставить меня изменить отношение к себе, это у него быстро получается…
Ну и что выходит? А выходит, судя по тому, с каким облегчением я приняла решение расстаться с Давлетьяровым не только в научном плане, но и в личном, что никаких особенно трепетных чувств я к нему не испытываю и никогда не испытывала. Хотелось бы мне знать, что он сам думает по этому поводу, не спросишь же, а он сам никогда не говорил. Да… если посмотреть со стороны, очень странную парочку мы собой представляли! Оно и к лучшему, что никто так ничего и не узнал…
Что меня больше всего беспокоило, так это неизбежное выяснение отношений с глазу на глаз. Я, собственно, потому и забрала малодушно все свои вещи из квартиры Игоря, что не хотела устраивать разборку на его территории, это был заведомо проигрышный вариант.
"Ого, Чернова, — ехидно сказала я себе, — ты еще умудряешься думать о том, как бы выпутаться из этой ситуации с наименьшими для себя потерями? Значит, ты еще не окончательно пропащий член общества!"
В университете же Давлетьяров точно не станет устраивать шумного скандала, потому что не захочет посвящать окружающих в подробности наших с ним отношений. И это мне на руку…
Глава 4
На следующий день я, как ни в чем не бывало, заявилась на кафедру, получила свою долю восторженных охов и ахов со стороны лаборанток, молчаливое одобрение присутствующих преподавателей мужского пола, и убедилась, что поступила правильно, нацепив парижские обновки.
Произведенный эффект мне понравился. Гораздо меньше мне понравились завистливые взгляды кое-кого из девчонок, но с этим я разберусь позже. Правда, и затягивать
