Перепрыгнув через поваленное дерево, я чуть не ослеп от яркой вспышки, сверкнуло, будто от сварки в полной темноте. Потерявшись, я присел, стараясь проморгаться, но куда там. Пред глазами лишь тёмные круги. Что это было? Если результат удара по моей несчастной голове, то почему нет боли? Да и вероятный противник никак себя не проявляет. Бросив тереть глаза, я расслабился.
Был один случай в детстве, от жуткого дефицита компьютеров, телефонов и прочей развлекательной техники приходилось придумывать себе занятие, обычно это было какое-то рукоделие, часто бесполезное, а порой и опасное, в общем, творчество, которое не всегда нравилось взрослым. В моём случае, это спичечная сера, марганцовка и магний в виде порошка. Если первые два компонента продавались в магазине и аптеке, то с третьим приходилось повозиться. Сначала надо найти корпус от бинокля, затем сточить его мелким напильником, на последнее уходило несколько часов, но что делать – детство было тяжёлым. И вот, у тебя есть кучка магниевого порошка, добавляем первые два компонента, тщательно перемешиваем и начинка готова. Не помню, что в тот день было у меня в голове, может, как обычно, проснулась жилка химик-исследователя или просто ветер гулял, но последнее, что я сделал – это поднёс зажжённую спичку к мини вулкану. БУММ! Марганцовка отвечает за озвучку, намного эффектнее получается, когда эта смесь в чём-то зажата, допустим в пулемётной гильзе, но это не мой случай. Магний же даёт свет, очень яркий свет. Несмотря на то, что бахнуло знатно, мне повезло – ничего не опалило.
Но вот глаза! Я запомнил это надолго. Чёрные круги по центру и какая-то муть по периферии. В тот момент я решил, что ослеп, и не придумал ничего лучше, чем лечь на кровать, закрыться с головой одеялом и уснуть. Проснулся через пару часов, не сразу вспомнив предшествующие события, а как вспомнил, так и расплакался, много ли надо десятилетнему пацану. Я всё прекрасно видел, мир был полон красок. Но глаза болели, будто в каждый насыпали по кучке песка, а потом растёрли.
Я сидел с закрытыми глазами уже несколько минут, вспоминая случай из детства, затем прикрывшись ладонью, открыл их. Как тут же выяснилось, предостережения были не лишними, вспыхнуло опять.
– Да кто же тут балуется, м…ь? – пробурчал я под нос.
Зрение восстановилось, вспышка это подтвердила. «Ну, если молчат, значит говорить не могут, или не хотят.» Мысленно рассудил я и двинулся в сторону вероятного шутника. Угрозы не ощущалось, а вот на земле, в паре метров от меня, что-то тускло светилось. Фонарь? Оказалось нет, шарик, размером с карамельку. Я накрыл его ладонью, за долю секунды до вспышки.
Что за чудо? Покрутив тёплый, тускло светящийся предмет в руке, я вдруг испытал непреодолимое желание проглотить его и не стал сопротивляться.
– Кто там крадется? – раздался из-за кустов басовитый голос, заставив меня вздрогнуть.
Я не понял, куда делась "конфетка", попав в рот она пропала, ни вкуса, ни каких-либо ощущений, просто исчезла, обдав на прощанье теплом.
– Оглох что ли? Я знаю, что ты там.
– Я Артур, местный, не стреляй, иду, – немного запинаясь, сказал я и пошёл навстречу незнакомцу.
– Ха-ха-ха, ну ты приколист, – смех был какой-то влажный что ли, будто человек страдал от острой формы бронхита. – Не стреляй, ха-ха-ха, – передразнил голос и зашёлся в приступе жесточайшего кашля.
Преодолев последнее препятствие в виде куста чилиги, я увидел остатки человеческого тела, должно быть тот самый пулемётчик, равнодушно скользнув по останкам взглядом, стал высматривать весёлого болтуна.
– Да тут я, куда ты смотришь? – я аж подпрыгнул от неожиданности. – Видел бы ты свою рожу, гы-гы-гы, – огрызок тела, голова в шлеме, грудь в остатках броника, ниже пупка ничего не было, лишь обрывки кишок поблёскивали в лунном свете, левая рука отсутствовала вместе с плечом, а правая по предплечье.
"Говорящий труп, м…ь".
Такого я точно не ожидал. Что-то ускользало, какое-то несоответствие, а главное:
"Почему он ещё жив?"
– Артур? Значит новичок! – последнее огрызок, скорее утвердил, чем спросил.
– Смотря в чём, – парировал я, находясь в полной прострации. – Не обижайся, парень, но я видел много покойников и все они выглядели намного лучше тебя. Почему ты ещё жив?
Огрызок начал ржать, не знаю от шока ли, от нервов, или он оптимист по жизни, скорее последнее. Мимические морщинки у рта выдавали в нём любителя пошутить и посмеяться. Короче, Оптимист с заглавной буквы.
– Не удивляйся, Артур, здесь и не такое увидишь, – сказал он, отсмеявшись. – Это мой дар. Дар Улья. Я могу рассказать тебе много чего интересного, но, как видишь, времени на это маловато…
Немного помолчав, он продолжил:
– У меня есть просьба к тебе, поможешь? – в ответ я, не раздумывая, кивнул, уже предполагая, что он попросит. Но огрызок сумел меня удивить.
Глава 3
– Меня зовут Хром, в таком состоянии я проживу ещё максимум два часа.
Тут я понял в чём несоответствие, не было видно крови, будто её и нет вовсе.
– А если вколешь мне спека и дашь живчика, – продолжил Хром. – Это даст еще час, ну, может полтора, вполне хватит времени, чтоб добраться до стаба.
Хром сказал много непонятных слов, но суть я уловил, умирать он не собирался. Должно быть эта непростая мысль напечаталась у меня на лице, потому что Хром опять заржал:
–…Гы-гы-гы… Вот умора… жаль, гы-гы…времени мало и заснять тебя не могу, – проговорил он, успокаиваясь. – В нагрудном кармане шприц, вколи его в любую часть тела, пока я от смеха не умер.
Склонившись к телу, я ощутил запах мяса и давно переваренной пищи, шприц и в правду был, как ни странно, целый. После укола в шею, Хром слегка поплыл. Затем я дал ему выпить какой-то дурно пухнущей бурды из пластиковой бутылки, которую он назвал живчиком. Тут же предложил её мне, на что я благоразумно отказался.
– Значит ещё не время, – подытожил Хром, блаженно прикрывая глаза. – Запомни одно парень – нет водоёма способного утолить эту жажду. Очень скоро настанет момент, когда тебе понадобится живчик.
Горящий за деревьями БТР разошёлся не на шутку, уже начали постреливать мелкие боеприпасы. Заслышав шум, Хром тут же встрепенулся.
***
– Видишь большой рюкзак, высыпай всё барахло из него прямо на землю…ага. Во, целлофановый пакет… теперь меня в него засунь и в рюкзак… гы-гы. Давай быстрее, я почти ничего не чувствую, – подгонял он меня. – Да выброси ты эту биту дурацкую, вон мачете возьми, на пояс его… во, – спорить я не стал. – Идти нужно на север, километрах в трёх отсюда я машину бросил. Эх, добро бы собрать, да нести некому. Жалко, – сварливо посетовал Хром.
– Ну всё, брат, побежали, я теперь лёгкий, килограмм тридцать не больше, – хохотнул он. – Метров на триста вокруг нет никого, кроме ёжиков и сусликов, но это ненадолго. Пошумели мы славно. Да и броня щас разгорится, до снарядов дело дойдёт. Ох и набегут, чую… Так что ходу, брат, ходу! Ты новичок, я пол человека, не отобьёмся, – заключил Хром, пока я закидывал его на плечи.
"О чём говорит? Кто набежит? Разве таких тварей может быть много? Скорее он просто бредит! Но ведь я видел бой, это точно не бред."
Невольно прибавляя шаг, я спросил:
– Кто это был, Хром? Инопланетная тварь?
– Суперэлитник. Такой же инопланетянин, как и мы с тобой, – ответил тот после небольшой паузы.
– В каком это смысле? И что за суперэлитник, они что, на Земле водятся?
– Ты в Улье, парень – это такой чудной мир. Забудь про дом, про Землю…и береги дыхание, – проворчал Хром.
За спиной грохнул взрыв, спустя секунду ещё один, я инстинктивно втянул голову и, крепче ухватившись за лямки рюкзака, прибавил ходу.
«Огонь добрался до снарядов, кто-то ведь должен заметить: полиция, военные…Тьфу ты, а сам то хорош, ведь на дворе двадцать первый век, у каждого, даже у такого балбеса, как я, есть сотовый телефон, который лежал в кармане брюк. Забытый со всей этой свистопляской»,
