Лилия передала Кириллу листок бумаги с написанным от руки текстом. Он понял, что и это ему предстоит прочитать.
Это он и сделал. Тихо, но внятно произнёс вслух слова на арамейском. И снова его тело окутало спокойствием, а душа погрузилась в умиротворение. Даже захотелось петь. Страх отступил, а пятки почувствовали тепло прикосновения невидимых рук.
Кирилл уже не боялся поднять голову, не боялся подпрыгнуть на месте, и даже плюнуть в сторону дома бабы Лады.
Лилия наблюдала за всем одухотворённо. На её глазах проступили слёзы — камень, на котором она сидела, оказался острым. Но слезать с него девушка не хотела.
Плясали вокруг начёрчённой пентаграммы в виде круга вызванные духи, впитывая в себя дым от гаснущего костра, обретая временные тела. Не зная, откуда, зазвучала добрая музыка, объединяющая бьющиеся сердца живых людей воедино.
Три призрака — Пров, Прокл и Прокофий — наблюдали за всем молча, попивая компот, который они успели «одолжить» из холодильника соседской старушки Лады.
Завороженная сидела и ничего «не видящая» бабушка. Она прокралась в будку, где раньше жила собака Динка.
Удивительная картина произошла далее: Кирилл прочитал очередной текст, после чего в воздух взмыли вороны и баба Лада. Они вихрем закружились, танцуя в такт с вызванными духами, после чего неожиданно замерли. С бабы Лады тапки послетали.
Духи окончательно обрели свой временный слегка прозрачный вид. Это были дети, которых парень видел на дне озера. На них не были видны следы насилия. Обычные подростки-сорванцы, которых попросили задержаться после занятий. Они зависали в воздухе, еле касаясь земли носками обуви. Заговорил мальчишка:
— Вы вызвали нас, мы знаем ответ, —Последний магический «да» или «нет».
Кирилл глянул на Лилию, доедающую плюшку. Девушка рукой показала, чтобы он не отвлекался. И парень ответил, медленно подбирая слова:
— Вы знаете то, чего мне не сказали?Что же это? Гурия сандалия?
У него всегда было плохо с воображением и подбором нужных рифм. Выждав несколько секунд, мальчишка ответил:
— Со мною общались Вы через доску,Нагоняющую страх и немного тоску.Моё имя Филипп.Оно вам о чём-то говорит?Кирилл понял, что не только у одного него проблемы со стихосочинением:— Слышал раз. Или два. Или три.Когда был в детском доме. Внутри.Духи выругались, после чего мальчишка ответил:— Эта женщина. Колдунья. Она меня убила.За то, что стал свидетелем, в речке утопила.Это было озеро конечно, но с рифмой тяжело, —Теперь она страдает. Ведь это же грешно!Решила Леокадия ведьмою стать иНа местных деревенщин страх нагонять.Но не только это произошло в те самые день и час,За это поплатился. Глупый лоботряс.
Заслушанный, Кирилл стоял, разинув рот. Он пришёл в себя, только когда Лилия бросила в его сторону пирожок:
— Получается, вас не Гурий убил?Не он в этом озере вас утопил?В разговор вступила юная девица:— Убил он нас. Мы жертвы жестокого обмана,Что точится с начала всего Вашего романа.Филипп фигурой главной был! Ошибкой оказался.За то, что свидетелем навечно остался.Баба Лада парила над землёй. Кирилл произнёс:— Свидетелем? Чего? Чего теперь таить?Извольте всё на полках аккуратно разложить.Даже духи удивились:— Не понимал, о чём я, речь. Не знал, о ком идёт беседа.Они говорили. Леокадия и Гурий. Сказали: «КоролеваПереворот готовит. Что не отдаст свой трон.И что новый Король в дом принесёт урон».Гурий предложил Леокадии ведьмою стать,Чтобы честь и корону Королевы защищать.Сказали, что нет приемника на свете —Уедут в мир иной все на её карете.Кирилл оторопел совсем:— Продолжайте, духи, вы! За что же вас убили?За что вас всех в речке утопили?Филипп молчал. Заговорил былой проказник Петька:— Она знала, что Филя не забудет. Была идеей омрачена.А с жизней мы расстались, чтобы Королева правила вечно.Рифма глупа. Но другой не подобрать.Вы должны до конца всю правду узнать.Нас убили всех сразу не ради Доброслава.Там заговор! Там ложь! Там больше нету права!И последнее, что Вам, наконец, нужно знать!Королева! Она… она Ваша мать!
У Кирилла округлились глаза. Он услышал звон в ушах. В глазах всё начало темнеть и медленно расплываться. Он ещё видел, как медленно к Лилии сзади подбирается человек без лица, но уже сделать ничего не мог. Его сознание уносилось, раскачиваясь в бешеном ритме. Последним, что он увидел, было падение ворон и шмяканье бабы Лады на землю.
Глава двадцать первая
Ветки перемен
Мгновение…
«Много вопросов»..
Парень чувствовал, будто куда-то летит. Не понимал, падает ли. Чувствовал, как о его лицо бьются ветки деревьев. В ушах громко играла музыка, ударяя по барабанным перепонкам. Кирилл окончательно запутался. Пытался кричать, но звуки не вылетали, проглатываясь. И тогда он попытался ухватиться за те самые странные отростки деревьев. Они больно выскальзывали, образовывая кровавые раны. Сколько бы листьев он не срывал, ни один из них не мог удержать в ладони. Перевернулся через себя, ударившись обо что-то ногой, и снова повторил попытку удержаться. Из последних сил он схватил ветку и… вырвался из тёмного вихря, попав в комнату, где на постелях сидели подростки, вызывая матюкливого гномика.
Кирилл не сразу понял, что находится в летнем лагере, где четыре года назад отдыхал с другом Мишкой.
Он увидел, как на постели появился гном с крыльями, как у шершня. Он грубо выражался и не скупился на гадкие слова.
И только гном Диги-диги-дон произнёс непечатное слово, в комнату ворвался человек без лица. Дети закричали, а Кирилла, который так и не собрался с мыслями, вытянуло в чёрный вихрь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
