– Поскольку я не хотела быть супругой незнакомца, – возразила Каро, шагнув вперед. – И я снова осталась без выбора. – Она повернулась к Кристиану, ее глаза вспыхнули от гнева. – Это все из-за вас. Вы затащили меня сюда из-за смехотворного подозрения. Вы… вы…
– Что я? – потребовал он ответа, умышленно добавив: – Изнасиловал вас?
Она побледнела, но гнев еще кипел.
– Разве вы не понимаете, что наделали?! Если у меня и была возможность положить конец нашему браку, этот инцидент отнял ее. Если мы не имели возможности осуществить брачные отношения десять лет назад, то явно имели ее теперь!
Кристиан смотрел на нее, удивленный и возбужденный ее великолепной яростью.
– Таков был ваш план? – не унималась она. – Вы знали, кто я, и решили привязать меня?
– С какой стати…
Но Каро уже повернулась к Ротгару, могущественному Ротгару:
– Вы были заодно с ним?
– Нет, – ответил Ротгар.
– Но вы такой всесильный! Всезнающий, всемогущий. – Она даже насмешливо улыбнулась при этих словах. – Вы должны были знать, что он появится здесь, но не предупредили меня. Даже попытки не сделали.
Кристиан не раздумывая шагнул к ней:
– Кэт…
Повернувшись, она оттолкнула его:
– Оставьте меня в покое!
Ротгар поднял руку:
– Мир. Примите мои извинения, леди Грандистон, я искренне прошу у вас прощения. Я не знал, что Грандистон будет здесь, но должен был догадаться, учитывая их дружбу с Иторном. Я привез вас сюда, чтобы в неофициальной обстановке представить королю.
– Зачем? – спросила она.
– К сожалению, нет никакой возможности аннулировать ваш брак, поэтому я надеялся найти подход к его величеству, чтобы он сделал специальное распоряжение. Он верный и преданный муж, но не устоит перед попавшей в беду хорошенькой женщиной, особенно добродетельной.
Каро закрыла лицо рукой. И казалось, впервые заметила обручальное кольцо. Сорвав кольцо, она швырнула его в лицо Кристиану. Он поднял руку как щит, и кольцо, отскочив, звякнуло о рассыпанные по полу шарики.
– Что это? – спросил Торн.
– Взрывчатка, – прошипела она. – Разве вы не боитесь? Будь у меня огонь, я могла бы убить всех!
– Думаю, шарики стеклянные. Их используют при выпечке корзиночек, чтобы тесто не вздувалось, – спокойно заметила Диана. – Гранат принесли с кухни.
– Давайте вернемся к главному, – холодно сказал Ротгар. – Как я уже говорил, я планировал вас представить, но его величество подозвал меня по другому вопросу, Вы исчезли, а когда мы разыскали вас, было слишком поздно. И таким образом, ваши надежды разбиты, и я могу только просить у вас прощения.
Каро застыла, ее гнев угас, она была опустошена.
– Я ведь еще могу получить отлучение от ложа и стола?
Ротгар внимательно посмотрел на нее:
– Если докажете, что этот инцидент произошел с применением силы.
– Сила была. – Каро показала запястье. – У меня синяки остались. Прошу всех быть свидетелями.
Провались все к дьяволу, это правда!
Кристиан сидел в гостиной Торна, накинув плащ. Он снял доспехи и остался в тунике. Он пил.
– Какая мы мрачная пара. – Кристиан указал на свободную черную рубашку Торна с серебряными застежками.
– Есть по чему надеть траур. По твоей репутации, например. Если твоя жена потребует раздельного проживания, ссылаясь на насилие, тебе это так просто с рук не сойдет.
– Муж не может изнасиловать свою жену.
– Никто не станет утверждать, что это преступление, но тебе, вероятно, придется уйти из гвардии и, возможно, вообще из армии.
Кристиан, запрокинув голову, разглядывал потолок.
– Я не стану принуждать ее к совместной жизни. – Внутри, однако, бушевали противоречия.
– Я предлагаю вам прийти к мирному соглашению.
Кристиан выпрямился и попытался сосредоточиться.
– Что?
– Убеди ее не обращаться в суд. Я могу составить документы, которые разъединят вас столь же эффективно, как судебное решение. Она вернется домой, а ты сможешь продолжить военную карьеру.
– Да, но она хочет выйти замуж. А я, очевидно, должен жениться на деньгах леди Джессинем. Почему отец не сказал, что они нуждаются в деньгах? И что, черт возьми, натворил Том?
– Понятия не имею. Что касается твоего отца, – Торн пожал плечами, – как только ты признался, что женат, какой ему смысл говорить о своих проблемах? Он не из тех, кто стал бы обрушивать громы и молнии на твою повинную голову. Но несомненно, молился, чтобы твоя жена действительно оказалась мертвой.
– Думаю, скоро мне придется сообщить ему плохие новости. – Кристиан протянул пустой стакан. Торн наполнил его. – Кажется, я понимаю. В прошлом, с ограниченным доходом от Рейзби-Мэнора, мои родители не ждали для детей особенного будущего. Но графский титл и доход от Ройл-Чарт изменил их представления. Значительное приданое для девочек, гвардия для меня…
Он выпил.
– Я уверен, что они намеревались жить по средствам, но, возможно, не учли расходы на содержание владений, поездки в Лондон ко двору, в парламент и тому подобное. Если Том наделал долгов, они их выплатят. С деньгами будет туго, а еще нужно обеспечить младших. У них должны быть те же привилегии, что и у старших. Так что когда леди Джессинем обратила на меня внимание, это казалось даром небес. Теперь…
– Ты можешь нарушить майорат.
– Придется это сделать, чтобы можно было продать некоторую собственность, но этого недостаточно. – Кристиан поморщился. – Я вынужден буду заняться управлением владениями.
– Оставить армию?
Кристиан пожал плечами:
– Я быстро получу четыре тысячи за свою должность.
– Ты ничего не знаешь об управлении поместьем.
– Ты меня научишь.
– Со всей строгостью, кнутом и без пряника. Но ты сможешь отказать младшим в привилегиях, которые имели старшие?
– Будучи десять лет солдатом, научишься делать, что должно. У девочек будет приданое, но скромное. Если мальчики захотят стать военными, то пойдут во флот, а не в армию. Или в инженерные войска. Там не нужно покупать патент. Если кто-то из них захочет стать священником, что маловероятно, нужно будет изыскать средства на обучение.
– Я могу жениться на одной из твоих сестер, – сказал Торн. – Кто из них подходящего возраста?
– Нет, черт побери! – выпрямился Кристиан.
Торн посмотрел на него.
– Ничего против тебя не имею, но ни одна из них тебе не подходит.
– Рад, что ты обо мне так заботишься.
– Не задирай меня сейчас, черт возьми. Не желаю, чтобы ты жертвовал собой ради Хиллов.
– Это мое дело.
– Торн, хватит об этом.
– Кристиан, почему ты хочешь пожертвовать собой ради Хиллов?
– Потому что это моя семья.
– Тебе не приходило в голову, что я могу испытывать те же чувства?
