Каро хотела спросить, есть ли необходимость в присутствии маркиза. Сама она предпочитала не попадаться на глаза лорду Ротгару, но необходимость, конечно, была.
Она переключила мысли на единственное, чем способна управлять.
– Я смогу сохранить мои деньги?
– По крайней мере часть. Подождите Ротгара. Думаете, Грандистон знает о вашем богатстве?
– Он знает о «Фроггат и Скеллоу», но вряд ли ему известны размеры доходов.
– Хорошо. Тогда мы будем добиваться установленной суммы.
– Я должна буду ему что-то отдать?
– Вы женаты. И однажды он сослужил вам хорошую службу.
Вошедший маркиз пожелал Каро доброго утра. Каро сразу перешла к сути:
– Как вы думаете, чего захочет герцог, милорд?
– Лучшего для Грандистона. Вопрос в том, чего хотите вы?
Вновь обрести свободу выбора. Но Каро решила не раздражать маркиза.
– Я хочу свободы от контроля мужа надо мной и над деньгами. Та женщина сказала, что его семья нуждается. Это правда?
Ротгар улыбнулся:
– Рад, что, несмотря на ситуацию, ваш ум работал. Да. Леди Джессинем унаследовала хорошее состояние от покойного мужа. Она решила использовать это, чтобы купить Грандистона. Леди думала, что это будет легко, учитывая потребности его семьи.
– Купить… – повторила Каро, но замаскировала свое негодование. Проклятая вдова здесь ни при чем. – Он планировал жениться на деньгах, – как можно спокойнее сказала она. – Это значит, что теперь он захочет добраться до моих денег.
– Можно и так сказать, – ответил маркиз.
– Вчера вечером он проявил о вас истинную заботу, – вставила Диана. – Пытался спрятать вас от любопытных глаз.
Каро опустила глаза и впервые заметила отсутствие обручального кольца. Куда оно подевалось? Не важно. Она больше никогда его не наденет.
– Он действительно имеет склонность защищать, – признала она, – и, вероятно, защитит любого. За мой счет.
– Тут возникает другой вопрос, – сказал маркиз, и его тон заставил Каро поднять глаза. – Мне все время ваше отношение к Грандистону казалось странным, вы ведь встречались только раз в вашем доме в Шеффилде. Когда именно он продемонстрировал вам эту чрезвычайную склонность защитить?
Вопрос застал Каро врасплох.
– Он… он десять лет назад бросился спасать незнакомку.
Лорд Ротгар поднял брови.
Надежды нет. Каро рассказала свою историю. По крайней мере большую часть. Две страстных встречи она опустила, но, кажется, слушатели обо всем догадались.
– Вас собирались арестовать? – спросила Диана. – Да Грандистон просто герой.
– Это было внушительное зрелище, – признала Каро. – Думаю, он превосходный солдат.
– Меня интересуют Силкоки, – сказал маркиз. – В Конногвардейском полку лейтенантом Хиллом интересовалась пара средних лет, хорошо одетая, у дамы, возможно, слабое здоровье.
– Похоже, они, – согласилась Каро. – Узнавали о Хилле? Но они не могли знать, что в Донкастере меня спас Грандистон.
– Как Грандистон узнал вас вчера вечером? – спросил маркиз. – По голосу?
Каро закрыла глаза на смену темы.
– Нет. Голос я изменила. По шраму. – Она коснулась шрама.
Маркиз подошел посмотреть:
– Ах да. Издали нелегко заметить, но это особая примета. Скорее всего миссис Силкок – ваша школьная учительница, сестра Мура, и она тоже заметила ваш шрам в Донкастере.
– Мисс Мур? – задохнулась Каро. – Это просто фантастика.
– Почему? Что-то без видимого повода вдруг крайне разгневало эту женщину. Причиной мог быть человек, связанный со смертью ее брата.
– Но я не повинна в его смерти.
– Разве? Люди склонны толковать факты в свою пользу. Вы, несомненно, были юной сиреной, увлекшей его к гибели. Не забудьте: кто-то сжег дотла ваш дом в Шеффилде. Это говорит о сильных эмоциях. Теперь Силкоки в Лондоне, ищут Хилла, человека, который нанес фатальный удар.
– Кристиан! – Имя сорвалось с языка, прежде чем Каро успела справиться с собой.
Диана и маркиз промолчали, но весьма красноречиво.
– Я не желаю ему смерти, – вызывающе сказала Каро. – Просто я не хочу оказаться у него в рабстве. И если миссис Силкок – сестра Мура, почему она появилась сейчас, спустя десять лет?
– Возможно, десятая годовщина растравила старые раны.
Каро думала об этом.
– Силкоки куда-то уезжали. Возможно, в Недер-Гризли. Но та свадьба была зимой. А сейчас сентябрь.
– Атлантику трудно пересекать зимой, могли быть и другие причины задержки. – Лорд Ротгар рассматривал противоположную стену. – Может быть, она намеревалась посетить могилу, но потом ее горе превратилось в ярость. Люди удивительно легко поворачивают прошлые события в свою пользу. Сейчас брат ей кажется несчастной жертвой хладнокровного убийства. А когда старая рана растравлена, миссис Силкок случайно замечает ваш шрам и понимает: вот причина гибели ее брата.
– Нет!
– Помните, так думает она. Вы ее враг, и она хватается за возможность заставить вас страдать.
– Я знала, что она безумна.
– Есть сходство? – спросила Диана.
– С мисс Мур? – Каро вспоминала детали. – Думаю, да, учитывая прошедшие десять лет и плохое здоровье. В этой истории потерпевшая сторона – я.
– Как сказал Ротгар, сердце не руководствуется логикой, – напомнила Диана. – Грандистон теперь будет главной мишенью ее ненависти. Или, скорее, Хилл. Насколько легко ей будет обнаружить, кто он теперь? – спросила она у мужа.
– Она уже знает. Ведь она знала название полка и другие подробности, так что Силкоки получили полную информацию раньше нас. Я отправил людей на их поиски, но пока безрезультатно.
– Его нужно предупредить. – Каро знала, что ее неправильно поймут, но все равно сказала это. – Мое беспокойство не имеет никакого отношения к браку.
– Милорд, миледи, приехал герцог Иторн, – объявил появившийся лакей.
– Проводите его сюда, – приказал лорд Ротгар. Как только слуга вышел, он оглядел комнату с китайскими обоями и мебелью, обитой парчой в цветочек. – Будем надеяться, что оборочки и цветочки немного охладят юношеский пыл.
Когда герцог вошел, от него веяло грозным холодом. Темные волосы напудрены. Или это пудреный парик? Если парик, то он так изумительно сделан, что Каро не могла отличить его от натуральных волос.
До мозга костей аристократ, Иторн поклонился, создавая дистанцию.
– Я прибыл от имени лорда Грандистона, чтобы выработать соглашение, которое вызовет как можно меньше разговоров в обществе и которое устроит леди Грандистон, – сухо сказал он, усаживаясь.
Каро не привыкла к этому имени. Она будет обязана носить его всю жизнь?
– Разговоры неизбежны, – столь же официальным тоном ответил Ротгар.
