посадить лояльного мне короля? Вроде тебя?
Живан рассмеялся. В голос заржал. Через пару минут, утерев слёзы, ответил:
— Нет, забудь. Тебе придётся перебить всех и заставить их подчиняться своей марионетке, а это равносильно полному захвату, на что у тебя нет сил.
Ладно, я понял, сидим в обороне и думаем хитрые планы и неожиданные решения. Затягивание войны меня не устраивало, а ведь надо и Хаарту подсобить, не передавая ему самое передовое своё оружие.
Глава 36
Долго сидеть и ждать не пришлось. Армии противника появились на границах герцогства всего через четыре недели. По местным меркам — очень быстро. По оценкам Мариуса получалось, что Йозеф начал собирать новую армию едва ли не сразу, как узнал о поражении, причём собирал сразу где-то не очень далеко от границ и, собрав, отдал приказ о выдвижении.
Войска короля шли медленно и осторожно, конные разъезды курсировали, вели разведку, и, заметив моих солдат, даже просто живых всадников, что осуществляли встречную разведку и патрулирование, сразу удирали. Потом возвращались большим составом, в бой не вступали, только наблюдали. Вампир предположил, что армия готова в любой момент вступить в бой. Для текущих правил войны мой подход нечто сродни блицкригу, однако на такие вызовы надо как-то отвечать, и раз они сюда пришли — ответ есть.
Конные разъезды не давали оценить точного количества войск противника. Я оставлял скелетов наблюдателей. Противник оказался битый, маги находили и уничтожали скелетов, не давая собрать информацию. И это подогревало интерес! Наконец-то достойный противник! Меня не просто воспринимают всерьёз, меня явно побаиваются, а потому действуют предельно осторожно.
Не буду разочаровывать! Надо оправдывать возложенные на тебя ожидания!
Выбрал самое подходящее, на мой взгляд, место, чтобы встретить противника в полевом сражении. Если в той части герцогства, что была ближе к моим землям, преобладали леса, то в этой части раскинулись поля, участки леса встречались нечасто. Вставать так, чтобы противник (а у них точно будет численное преимущество) мог навязать тебе встречный бой, а затем крупным отрядом обойти с фланга, я не хотел. Поэтому выбрал две реки с переправами. Я занимал позиции у одной, прижимаясь спиной к берегу. При этом на другом берегу стояла одна из двух позиций артиллерии. Вторая позиция, на другом фланге, стояла на искусственной возвышенности. Сами позиции своего войска тоже оборудовал. Впереди стояли латники, но не просто так. Загодя вырыл неглубокую траншею, образовав бруствер. Латники сидели в яме, скрытые от противника, и держали наготове копья, экспроприированные у герцога. При этом мушкетёры при стрельбе стоя возвышались над бруствером, он им не мешало. Траншея была узкой, латники набились в неё плотно. В этот раз будет не карусель, а передача мушкетов. Первая линия стреляет, передавая разряженное оружие назад, получая заряженное и снова стреляет.
Сам я остался на другой стороне реки, на некотором расстоянии и в окружении как рыцарей смерти, так и живых всадников. Раз король послал армию, значит, имеет основания верить в победу. В то, что они просто идиоты и идут на смерть, верится с трудом. Какая-то стратегия у них есть, а значит, и мне следует проявлять известную осторожность.
Ожидая противника, я прикидывал, какие вообще есть варианты. Какой-то хитрый манёвр? Ну, пусть попробуют, но разведкой я озаботился. Не надо объяснять человека двадцать первого века объяснять, почему разведка важна, и как важно получить максимально возможное количество информации о действиях противника. То есть на любое неожиданное действие у меня есть шанс успеть среагировать. Нет, надо думать, что они могут показать именно в бою.
Кавалерия? Тяжёлая, латная? Ей неоткуда взяться. Невозможно взять и достать из воздуха несколько тысяч тяжёлых латных всадников. Даже у меня уйдёт определённое время для создания такой кавалерии. Да и никакие латы пули всё равно не удержать, а тяжёлые кирасы пока никто не делает. Много лёгкой стрелковой кавалерии? С арбалетами и луками? Ну… удачи. Дальность мушкетов выше, про пушки промолчим. Эффективность мушкетов достаточна, эффективность стрел против скелетов сомнительна. Магия? Неизвестный фактор. Пока, как бы удивительно это ни звучало, я не встречал серьёзной магической поддержки в бою. Всё, что показывали местные маги, были эпизодическим вмешательством. Никакой организации, единой системы. Маги не были действующими боевыми единицами, специально тренированными, чтобы действовать вместе с армией. Поэтому оценивать возможную эффективность магов мне просто не из чего. Мало вводных данных.
— Мариус, маги вообще часто в войнах участвуют?
— Бывает иногда. Стену крепости обрушить, переправу поставить на реке. Именно в бою… — вампир задумался. — Редко.
— Почему?
— А как им управлять? — задал встречный вопрос Мариус. — Он там один, где-то среди солдат. Как ему приказать, кого бить заклинаниями, кого не бить? А если атака, как ему объяснить, когда надо вместе с другими отрядами идти вперёд, а когда на месте оставаться, потому что там впереди рубка будет? Нет, слишком сложно, слишком много проблем.
Хм… А ведь это всё объясняет. Для формирования целого подразделения магов, во-первых, маловато, во-вторых, они сразу становятся большой мишенью. И по этой мишени обязательно будут бить. А поодиночке маги неуправляемы. Обезьяна с гранатой. С точки зрения любого нормального командира мощное, опасное и сильное оружие, которые ты совершенно не можешь контролировать, на поле боя излишне.
— Когда я своих магов послал в бой, надеялся, что они какую-нибудь защиту придумают. Не слишком надеялся, если откровенно. Обычно вмешательство магов — это много шума и мало пользы. Так и в этот раз. Очень редки случаи, когда маг не только своим колдовством занимается, а ещё и военное дело постигает, чтобы на поле боя не стоять с широко раскрытыми глазами и полными штанами страха. Магов мало, Арантир. Боевых магов — исчезающе мало.
Ларчик просто открывался.
— Каковы шансы, что они привели магов? И что заставят магов воевать?
Вампир почесал подбородок.
— Не знаю. Такое возможно. Йозеф, он может иногда взять и заставить всех вокруг шевелиться. Заставить выполнять его приказы. Делает он это не часто, обычно в критические моменты, когда всё висит на волоске. И потому такие вещи терпят, ведь такие его действия спасают ситуацию.
— Как
