А. Лопухин. С. 51.
Со времени Ездры каждое селение имело свою синагогу, нередко состоявшую из отдельной комнаты без всяких украшений, без архитектурных затей, обращенной на восток к святому Салиму. В шкафу, закрытом от яркого цвета завесой, напоминавшей завесу храма, находится Книга Закона — Тора. Перед пергаментным свертком, на котором она написана, всегда теплится лампада, подобная лампадам наших церквей. Посреди комнаты стоит кафедра, с высоты которой семь чтецов три раза в неделю — в шабаш, понедельник и четверг — читают избранные места из Закона и Пророков, причем чтец переводит на арамейский язык прочитанные стихи, а предстоятель или другое лицо по его назначению благословляет народ, на что последний, обратившись лицом к храму, громко отвечает: «Аминь». На скамейках, покрытых циновками или подушками, вдоль стен или вокруг кафедры, присутствующие, в повязках на голове, украшенных кисточками на четырех углах, тихо молятся, мерно покачивая корпус и голову.
Женщины, отделенные от мужчин, часто стоят за дверью, держа на руках детей, и молча следят за общей молитвой.
А. Дидон. С. 127.
Судя по величине города, надо думать, что в Назарете была всего только одна синагога, вероятно, похожая во всех отношениях, — исключая того, что попроще с виду и поплоше строительными материалами — на синагоги, развалины которых видим в Телльгуме или Ирбиде. Синагоги вообще состояли из простой четырехугольной залы, с портиком из колонн греческой архитектуры. Самая отдаленная сторона (где помещалось святилище) обращена была, со времен Соломона, постоянно к Иерусалиму, который и назывался киблег, то есть «священное направление». В более богатых местностях синагоги строились из белого мрамора и украшались грубыми рельефами, изображающими виноградную лозу и гроздья, или распустившиеся ветви, или сосуды с манной. У входа, с одной стороны стояли сиденья для мужчин, на другой стороне за решеткой садились обыкновенно женщины, завернутые в свои широкие покрывала. На одном конце находился теббаг, или ковчег, из раскрашенного дерева, заключавший в себе Священное Писание, а в стороне устраивалась бима, или возвышенное сидение, для чтеца или проповедника. Клира (в строгом смысле этого слова) не было, но на некотором возвышении сидело человек около десяти и более батланимов, чтецов или старцев-руководителей, а выше всех их стояло сидение начальника синагоги — рош-гак-кенезеф...
Ф. Фаррар 2 . С. 96–97.
Внутри были скамьи, кафедра для публичного чтения и шкаф для хранения священных свитков.
Э. Ренан. С. 134–135.
Согласно сообщению евангелиста Марка, сиденья эти устанавливались под ковчегом, следовательно, лицом к собранию. Младшие по чину назывались хаццанами (хазанами), на их обязанности лежало хранение священных книг, шелиахами, вроде прислужников, и парназимами, или пастырями, нечто вроде дьяконов. Самая синагога в древности называлась Беф Тефиллаг, дом молитвы, а во времена Спасителя носила название Беф Кенезеф, дом собрания. Часы этих собраний были: 3-й (шакарив), 6-й (минха) и 9-й (ирабиф).
Ф. Фаррар 2 . С. 97.
Главным же украшением комнаты служила серебряная лампада, которая должна была гореть постоянно, подсвечник с 8 ветвями, кафедра и пюпитр. Пол был, в большинстве случаев, грубый, немощеный, а возвышенная скамья посредине, с которой старейшины совершали богослужение, обыкновенно, расписывалась изображениями озер, лодок, садов и самых ярких цветов.
Путь Христов. С. 146.
Хотя, в общем, форма синагоги была всегда одна и та же, подробности украшения и даже самой постройки разнообразились по местам. В Галилее в них всегда были колонны, составлявшие собой боковые отделения, по крайней мере две, а чаще всего четыре. Колонны были невысокие и находились близко одни к другим; капители их обыкновенно были коринфские или ионические; они, вероятно, поддерживали собой те балки и доски, на которых держалась плоская кровля, сделанная из земли и глины. Все здание освещалось посредством окон, расположенных на фасаде и, быть может, также по боковым стенам. Внутренние стены, по-видимому, были оштукатурены, но неизвестно, были ли они покрыты изображениями или надписями. С внешней стороны, несомненно, были различные украшения: пилястры, резьба, цветы, гирлянды, свешивавшиеся фестонами, листья виноградной лозы и виноградные гроздья, изображения семисвечного светильника — все это встречается среди развалин. В Иудейском отделе Лувра находится одно скульптурное изображение семисвечного светильника, которое, как полагают, украшало синагогу в Гадаре. На входных дверях обыкновенно писался текст Священного Писания; несколько обломков с этими текстами найдены были также среди развалин.
А. Лопухин. С. 869–870.
Так несложна была обстановка, да и весь порядок этих собраний. Но каждый благочестивый еврей присутствие на них почитал для себя священной обязанностью. Только особые причины могли заставить его уклониться от исполнения этого долга... Отсюда понятно, почему Иисус Христос, придя в свой родной город Назарет, прежде всего направляется в синагогу, что Он обыкновенно делал и в других местах. Молодой Пророк или Учитель, за кого многие Его здесь принимали, стоял теперь в том доме, куда Он ходил еще ребенком, держась за руку Богоматери...
Путь Христов. С. 146–147.
В день субботний Он явился в синагоге...
А. Дидон. С. 364.
Так как иудейство, вне Иерусалима, не имело, в сущности, духовенства, то первый пришедший вставал, читал полагающееся на тот день чтение («parasha» и «haphtara») и прибавлял к этому «midrashh» или личное толкование прочитанного, проводя свои собственные мысли. Это было начало «поучений», законченный образец которых мы находим в маленьких трактатах Филона. Каждый имел право делать возражения и предлагать вопросы чтецу; таким образом, собрание людей вскоре превращалось в род свободной сходки. Она имела председателя, «старейшин», гассана, присяжного чтеца или заведующего, «вестников» или секретарей, которые поддерживали сношения одной
синагоги с другой, и шамаша или ризничного. Таким образом, синагоги были настоящими маленькими независимыми республиками; у них был обширный круг полномочий; они гарантировали отпущение на волю и покровительствовали вольноотпущенникам. Как все муниципальные корпорации до поздней эпохи римского владычества, они могли издавать почетные постановления, принимали решения, имеющие силу закона для общины, и налагали телесные наказания, исполнителем которых был обыкновенно гассан...
Э. Реннан. С. 135.
Читать и толковать закон и пророков мог всякий, признающий себя способным на то. Читающий обыкновенно стоял во время чтения, а когда начинал объяснять прочитанное, садился.
Архиеп. Аверкий. С. 101.
Свидетельства Евангелий не определяют с точностью городов, местечек и сел Галилеи, где благовествовал Иисус о Царстве Божием. Евангелист Лука, однако, подробно рассказывает о путешествии Иисуса в Назарет около этого времени. Этот живой рассказ в ярких чертах изображает пред нами случившееся в иудейской синагоге и дает первое толкование Иисуса о свойстве Его Царства.
А. Дидон.С. 279.
И как могла забыть земля о том незабвенном утре две тысячи лет тому назад, когда, вошел Отрок в Назаретскую синагогу? «Ему подали книгу пророка Исайи; и Он, раскрыв ее, нашел место, где было написано: “Дух Господень на Мне,ибо Он помазал Меня благовествовать нищим и послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедывать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу”…»
