И. Бунин. С. 182.
Перед нами впечатляющая картина: приходит черед молодого идеалиста прочесть перед общиной Назарета отрывок из Писания, и он выбирает именно этот отрывок из Исайи...
В. Дюрант. С. 608–609.
… Встал (взошел на арону . — Е. Г.) читать. Подали же ему книгу (свиток . — Е. Г.) пророка Исайи; и, раскрыв книгу, нашел Он место, где было написано: «Дух Господень на Мне; ибо Он помазал Меня благовествовать нищим и послал меня исцелять сокрушенных сердцем, возвещать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу: проповедовать лето Господне, блаженное».
Лука. 4:16–19.
Можно представить себе трепет ожидания и возбуждения, который чувствовался в сердцах слушателей, когда в речи Христа Спасителя развивалась мысль, что Он и есть именно тот Мессия, о Котором 700 лет тому назад предсказал великий пророк Исайя.
Путь Христов. С. 147
И закрыв книгу и отдав служителю, сел; и глаза всех в синагоге были устремлены на Него. И Он начал говорить им: ныне исполнилось писание сие, слышанное вами…
Лука. 4. 20–21.
Вернув свиток служителю, Иисус сел. В наступившей тишине глаза всех были прикованы к Нему. Он знал, что собравшиеся полны сомнений, что даже Его братья, бывшие тут, не верят в Его посланничество. Тем не менее Иисус заговорил, объясняя прочитанные Им слова пророка: «Ныне исполнилось писание это, слышанное вами...»
Прот. А. Мень 1 . С. 151.
Враждебные чувства и дикая ненависть, казалось, улеглись. Многие, слушая слова Его, даже изумлялись и дивились; они уже не отрицали Его мудрости и чудес, но бедность Его происхождения оставалась камнем преткновения для их веры.
А. Дидон. С. 364.
По рядам односельчан пробежал ропот. Когда этот Человек, еще вчера выполнявший их заказы на плотничьи поделки, успел стать учителем, раввином? Многие презрительно пожимали плечами: «Не плотник ли Он, сын Марии, брат Иакова, Иосии, Иуды и Симона? Не здесь ли среди нас Его сестры?»
Прот. А. Мень 1 . С. 151.
В этом они находили основание для того, чтобы оспорить Его божественную миссию... Его порицали даже в среде Его собственного семейства. Некоторые из Его домашних хотели удалить Его из толпы и увести подальше от шума, посреди которого «Он потерял ум», как они говорили...
А. Дидон. С. 364.
«Истинно говорю вам, — отвечает Он назарянам, — никакой пророк не принимается в своем отечестве. Бог посылает их кому хочет». И припоминая исторические факты, прибавляет: «Много вдов было в Израиле в дни Илии, когда заключено было небо три года и шесть месяцев, так что сделался большой голод по всей земле; и ни к одной из них не был послан Илия, а только ко вдове в Сарепту Сидонскую; много также было прокаженных в Израиле при пророке Елисее, и ни один из них не очистился, кроме Неемана Сириянина...»
А. Дидон. С. 282.
Нашлись и такие, что, желая проверить слухи, дошедшие из Капернаума, предложили Ему совершить какое-нибудь чудо. Они даже привели больных. Но исцеления не произошло. Сила Иисусова натолкнулась на глухую стену неверия. Он Сам был поражен безнадежной черствостью этих людей.
Прот. А. Мень 1 . С. 152.
Он сказал им: конечно, вы скажете Мне присловие: Врач! исцели Самого Себя; сделай и здесь, в Твоем отечестве, то, что мы слышали, было в Капернауме. И сказал: истинно говорю вам: никакой пророк не принимается в своем отечестве.
Лука. 4;23, 24.
Этими словами, по изъяснению блаженного Феофилакта, Господь сказал как бы
так: «вы, соотечественники Мои, считаете Меня достойным не удивления, а презрения, потому и Я знамений не творю; жители же Капернаума считают Меня достойным удивления, и Я знамения творю и принят ими».
П. Лебединский. С. 279–280.
По реакции окружавших Христа евреев мы видим, что они поняли Его слова как притязание на абсолютную Божественность. Такое понимание заставило их, в исполнение Моисеева закона о наказании за богохульство, едва не побить Христа камнями...
Д. Мак-Дауэлл 1 . С. 81.
…И правители наложили руки свои на Него, чтобы схватить Его и выдать толпе.
Фрагмент неизвестного Евангелия ( Pap Egerton ).
До крайности раздраженные словами пророка, который объявил им, что они не достойны быть свидетелями Его знамений, и, оскорбившись речью Его о язычниках и народе Божием, назаряне возмутились. Вопреки своему закону, без предварительного суда и совещания, они изгнали Его из синагоги и повели далеко от города, как отлученного, в фанатическом раздражении задумав низвергнуть Его с горной вершины.. .
А. Дидон. С. 281–282.
Назарет гнездится на южной впадине горы; крутые утесы во множестве торчат на ее склонах, и две тысячи лет тому назад эти утесы вероятно были еще гораздо круче и обрывистее. На один из этих скалистых обрывов они и повлекли Иисуса, чтобы оттуда сбросить Его.
А. Лопухин. С. 162.
Разве плотник должен освободить народ и восстановить престол Давидов?..
А. Дидон. С. 364.
Следствием подобных-то клевет и наущений было то, что некоторые из простого народа, приверженного к фарисеям, в пылу фанатического раздражения, не раз покушались лишить Иисуса Христа жизни: то хотели свергнуть Его с горы, то брали камни, чтобы побить Его, как богохульника, то хотели захватить Его в свои руки, дабы предать врагам...
Архиеп. Иннокентий. С. 15.
...Но не могли схватить Его, ибо час выдачи Его еще не пришел. Но Он, Господь, уклонился от рук их и ушел от них.
Фрагмент неизвестного Евангелия ( Pap Egerton ).
Он оставил их навсегда; слово Его уже никогда не раздавалось в синагоге Назаретской, и Он окончательно переселился в соседний город Капернаум, где было больше возможности и простора для проповеднической и благотворной деятельности.
А. Лопухин. С. 162.
Иисус пошел по горе к озеру, пройдя чрез Кану и долину Эль-Батуф, и направился в Капернаум.
А. Дидон. С. 283.
Мы знаем одно, что с этих пор благородные сердцем рыбаки из Вифсаиды ожидали Его возращения из Назарета; что с этих пор дом Его, насколько Он мог иметь дом, был уже в маленьком городке Капернауме, на светлых водах Галилейского озера.
Ф. Фаррар 2 . С. 100.
Путь Иисуса от Арбеельских теснин шел через равнину Геннезара на прибрежное селение Магдалу, а оттуда — на Капернаум, по берегу озера, где горы подступают к нему, иногда почти отвесными кручами, так близко, что для дороги остается лишь узкое место; здесь должна она была проходить, во дни Господни, так же как в наши: люди могут доныне целовать на ней следы от ног Его, неизгладимые.
Был канун субботы, когда, по закону Моисееву, начинается покой субботний, тотчас по заходе солнца; час дня — предвечерний, судя по тому, что рыбаки на озере еще закидывали сети. Западный берег, где шел Иисус, был уже в тени, а противоположный, с рдеющей, как раскаленное железо, кручей Гадары — весь еще в солнце. К югу, за Магдалой, прямо из голубой воды встающие, как водяные цветы, розовели белые башни Тивериады, только что отстроенной столицы Ирода Антипы, и золотая кровля дворца его горела, как жар углей. А дальше к югу, вытекающие из озера, сквозь Тарихейское ущелье, воды Иордана осиянны были заходящим солнцем, как славой Господней.
