Тот оказался невредим, хотя и порядком запачкан чужой кровью.
– Капитана убило! – закричал кто-то.
Вокруг лежали мертвые и раненые. Возле ворот не выжило ни одного солдата. Зато все Ходящие и Огоньки остались на ногах. Маги тут же с кем-то сцепились.
– К башне! Сейчас может начаться штурм! Мы должны быть на стене! – следопыт схватил товарища за плечо и рванул на себя, но стражник вырвался, подхватил с земли кистень и только после этого бросился следом.
– Давайте ребята! На стену! На стену! – кричал сотник, зажимая рукой окровавленную голову.
И в этот момент участок стены в двести с лишним ярдов… исчез.
Ворота скрылись из вида – их затянул густой дым. Из него начали появляться морты.
– К оружию! – заорал Лук. Из дыма, затягивающего двор, выскакивали все новые и новые тени. Схватки кипели на всем участке прорыва. За одной волной мортов следовала другая, за другой – третья. Они наседали все сильнее и сильнее. Вылетела цепная молния. Точно рассерженная сколопендра, она пролетела через ряды сражающихся, бездумно разя и тех, и других.
Потом молнии начали сыпаться без остановки, и имперцы не выдержали. Дрогнули. Начали отступать. Га-нор и Лук были среди тех, кто смог миновать бледный морок бывших укреплений и оказаться на пожарище Голубиного города. Они покинули Альсгару, сами того не желая…
Рован бросил в брешь отборные отряды мортов, а за ними – тяжелую панцирную пехоту и большую часть имевшихся в его распоряжении избранных. Те оттеснили защитников от ворот, остановили контратаку, добили уцелевших имперских магов и продержались до того, как в город ворвалась конница.
Когда действие плетения Тиф подошло к концу, в Альсгару успело проникнуть больше четырех сотен воинов. Этого количества вполне хватило, чтобы удержать позиции и распахнуть ворота для тех, кто ждал с внешней стороны. Спустя двадцать минок после начала штурма небольшой участок Альсгары, расположенный между двумя стенами, оказался в руках набаторцев.
Чахотка на вороном жеребце с видом победителя въехал в Салатные ворота. За ним следовали набаторские военачальники. Рован с интересом осмотрел поле боя. Хорошая битва. Кровавая. И жестокая. Именно такими и должны быть сражения. Не глядя ни на кого, негромко спросил:
– Штурм следующей стены готовится?
– Да, господин. Желаете взглянуть на тех, кто сопротивлялся?
– Пожалуй.
Подвели пленных. Во всем гарнизоне удалось взять живыми лишь чуть больше двадцати человек. Усталых, окровавленных, хмурых. Лишь один из них смог выдержать взгляд Проклятого.
– Этого. Отпустить на все четыре стороны. За смелость.
– А остальных, господин? – спросил лейтенант охраны.
Рован задумался. Вариантов у него имелось превеликое множество. Затравить боевыми леопардами, кинуть в яму с голодными куксами, украсить головами копья вокруг шатра, живьем усадить на катапульты и отправить в Высокий город. Много чего можно придумать. Но в честь сегодняшней победы Чахотка решил сделать исключение и проявить толику редкого для него милосердия:
– Повесить, – он увидел Тиф и тут же потерял интерес к приговоренным. – Великолепно придумала. «Тропа Бездны» – изящное решение.
– Рада, что ты оценил. Меня терзает любопытство. Откуда ты раздобыл шой-хашей?
– Мой маленький секрет, – он подмигнул и спрыгнул на землю, позволяя слугам забрать жеребца. – Гораздо сложнее было забросить их в город, но, как видишь, я справился. За мной должок.
– За ворота?
– Да. Что ты хочешь?
– Лошадь. Хорошую. Как можно быстрее.
– Лошадь? И только? Дешево же ты ценишь свои услуги!
– Такая уж я есть.
– Хорошо. Ты ее получишь. – Он обернулся. – Эй! Привести коня! Куда решила отправиться?
– На север.
– А бумаги Скульптора?
– Ждут тебя в Альсгаре.
– Ну да. Ну да, – он все еще не верил. – Я огорчусь, если их не найду, а они появятся, скажем… у нашей дорогой Тальки.
– Оставь намеки, Рован. Я ничего не отыскала, и ты это прекрасно знаешь.
– Быть может, желаешь поужинать перед дорогой? Я собираюсь закатить пир.
– Спасибо, но Альсгара мне порядком надоела. Это болото испортило мой аппетит, – Тиф уже сидела в седле.
– Ты всегда была привередой, сестрица, – понимающе усмехнулся Проклятый. Он знал, почему она не осталась. На таких пирах обычно убивали людей, а Тиф терпеть не могла крови за едой.
– Ты как всегда прав, братец. Как всегда прав. До встречи!
Тиа вздохнула с облегчением, лишь выбравшись на северный тракт. Во время беседы Рован даже не подумал проверить ее Дар.
Когда тьма упала на Альсгару, солдаты, которым удалось вырваться с поля боя – грязные, голодные и уставшие – добрались до правого, болотистого берега Орсы. Лук и Га-нор решили идти не на юг, а на восток. Им потребовалась большая половина ночи, чтобы отойти от города на неполную лигу. Проведя все светлое время суток в прибрежных камышах, лишь к середине следующей ночи друзья сумели добраться до пустого северо-восточного тракта и, прижимаясь к кромке леса, отправились в путь.
Глава 15
Был ранний вечер. Волнение на море усилилось в несколько раз. Шлюпка опасно раскачивалась, ветер плевался в лицо холодными морскими брызгами, а горло жгло от растворенной в воздухе соли. Матросы мерно взмахивали веслами, и лодка с каждой уной все ближе подходила к скалистому обрывистому берегу. Возле него обезумевшая стихия ревела яростно и непокорно. Гремела, грохотала, стонала… Мы танцевали по хребтам волн, то и дело срываясь вниз. В пропасть.
Если бы не парусиновые плащи – быть бы нам насквозь мокрыми. Позеленевший Шен судорожно вцепился в борт и, закрыв глаза, молился. Я его прекрасно понимал. Поездочка, мягко говоря, вышла рискованной.
Нашу скорлупку кидало из стороны в сторону и в опасной близости от выступающих из кипящей воды каменных зубьев едва не закрутило. Люди Дажа управлялись с веслами ловко, умело, и возмущенное море, в конце концов, махнуло на нас рукой. Лишь напоследок, словно пригрозив, подтолкнуло в корму. Шлюпка, точно выпущенная из бутылки игристого синского вина пробка, рванула вперед, проскочила через стену пены и рев прибоя в небольшую, скрытую от глаз тихую бухточку.
Точно лебедь, величаво, грациозно, она заскользила по спокойной воде. Я оглянулся и увидел позади лишь брызги да бурлящее море. Даже не хочу думать, как Даж с командой будет возвращаться обратно. Какой Бездны он решил высадить нас здесь? Лучше, что ли, не мог найти места?
Капитан поймал мой взгляд и довольно осклабился:
– Надежный уголок. Я иногда использую его… для стоянок.
Ясное дело, отличное логово для тех, кто зарабатывает на жизнь контрабандой. Обнаружить проход в скалах можно только случайно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
