Селяне, люди проворные и к коровам привычные, бросились врассыпную, спасаясь от разъяренного животного, в какой-то миг забывшего о том, что оно спокойное и травоядное. А вот рыцарь сориентировался невовремя. Зазвенели латы, раздался крик, описал полукруг, приземлившись у меня под ногами, его боевой меч.
Рыцарь оказался на корове. Перевалившись через неё, он пытался сползти то в одну сторону, то в другую, но тщетно. Набирая скорость, животное умчалось в лес, оставив деревенских без предводителя, а меня - с мечом.
Желания сразить чудовище как-то моментально поубавилось. Кто-то, махнув рукой на поле боя, спешил удалиться следом за рыцарем и коровой. Кто-то же, придерживающийся мнения, что сгорел сарай - пусть горит и хата, надвигался на меня. Снаряды на яблоне закончились, а неожиданно высокая трава, спутывавшая ноги, хоть тормозила народ, но недостаточно, чтобы остановить их.
Я вышел из-под яблони, расширяя пространство для маневра, и провернул в руке уцелевшее древко от граблей. Магия кипела, желая выплеснуться на людей прямо сейчас, но я изо всех сил сдерживал себя, чтобы не стать причиной массового побоища.
Главное не смотреть никому в глаза. Тогда всё закончится очень, очень плохо.
...Паренек, совсем ещё молодой, не старше двадцати, выскочил из ниоткуда. Я едва успел парировать его атаку, а потом - совершенно не понимая, что применяю магию, пусть интуитивно, но всё же, выдохнул:
- Стоять.
Мальчишка пошатнулся, цепенея. Магия волной поднялась по его телу и заставила застать, даже не моргая. Тонкая нить, соединявшая мой резерв и его эмоции, становилась с каждой секундой всё прочнее и прочнее. Я чувствовал, как уверенной волной поднимается магия, способная поглотить человеческое сознание, и с трудом вынудил себя отвернуться. Соблазн, как всегда, был слишком велик, и нельзя позволить себе ему поддаваться.
Я попятился. Последнее, чего хотелось - стать причиной чьей-то гибели. Казалось, окончательное превращение в чудовище было уже совсем близко, и я почти ощущал, что скоро окажусь за гранью. Магия кипела в руках, отказываясь проявлять хоть какое-нибудь сострадание, и силовые потоки, лившиеся на свободу, могли бы поглотить кого угодно. Несчастных деревенских, крутившихся рядом - и подавно!
Странно, но в чувство меня привел воинственный клич. Некто с вилами, очевидно, набравшись смелости, ринулся в атаку с неожиданной, как для деревенского, прытью. Я в последнее мгновение увернулся от прямого удара, не позволяя прошить себя насквозь, и вскинул руку, расплавляя железо.
- Колдун! - раздался громкий вопль - можно подумать, до этого было непонято, что я обладаю магией! - Колдун!
Мужик не отступал. Как единственный смельчак, он, вооруженный теперь уже только древком от вил, попытался сделать вывод. Второй раздраженный взмах рукой, и древко в его руках превратилось в пепел, развеявшийся практически моментально по ветру.
Следующая атака была уже за мной.
- Ы-ы-ы, - взвыл мужичок, падая от первого же тычка простой палкой. - Уби-и-и-или! Ай, нелюди, звери, супостаты, уби-и-и-или...
- Молчать! - рявкнул я, теряя остатки терпения. - И всем остановиться!
Деревенские не послушались. Наступая молчаливым, разъяренным фронтом, они крепко держали свое оружие в руках. Я понимал - отбить атаку не составит ни малейшего труда, но как это сделать так, чтобы ещё и никто не пострадал? Это ведь просто люди.
Да, глупые. Возможно, очень глупые, потому что кто, обладающий хоть толикой разума, пойдет боем на мага? Но ведь это не значит, что я собирался отнимать у них жизнь! Напротив! Мне вопреки всему очень хотелось прогнать их отсюда целыми и невредимыми.
- Я так понимаю, - раздалось раздраженное сзади, - в церковь вы не сходили. Образу бога вашего не помолились. Дарнаэл Первый нонче укоряюще на вас с тучи своей смотрит. Давеча совет держали, как замок атаковать, то громами сыпал, а теперь, может, и чудище с небес пошлет, - язвительный мужской голос, звучавший подозрительно знакомо, и меня заставил обернуться.
Наставник Элоизы, слишком материальный, как для призрака, стоял под яблоней, подпирая толстый ствол спиной, жонглировал паданцами, посыпавшимися ему на голову во время лютой схватки - или простой разминки, смотря с чьей стороны, селян или моей, смотреть.
- Не посмотрели, - пародируя деревенский акцент, продолжил Акрен. - А надоть!
На него уставились, как на полоумного.
- Иначе, - в голосе вдруг появились стальные нотки, исчез и акцент. Граф Шантьи, уж триста с лишним лет как покойный, смотрел на меня со спокойной печальной улыбкой на губах, - не нападали бы на наследного принца собственного королевства. Но у вас ещё есть шанс свериться с портретом прародителя династии и попросить у Его Высочества прощения. Ровно минута и сорок три секунды
- А чевой тогда случится? - задался вопросом один из деревенских, привычно опасливо косясь на меня.
Вилы в его руках пугливо подрагивали.
- Да как же? Аномалия крепнет, - протянул Акрен, как ни в чем ни бывало, - раз уж даже я из замка выхожу. Ну, и через это время оно подлетит как раз на расстояние, с которого можно плеваться магией.
И мужчина указал яблочком на небеса, где стремительно из черной точки в жирную кляксу превращался окруженный потоками магии монстр, каким-то чудесным образом за прошедшие пару дней умудрившийся отрастить немаленькие крылья.
