Складка между бровями учёного разгладилась, и он сдержанно кивнул, позволив себе слегка улыбнуться.
— К тебе, Дэл, у меня аналогичное предложение, — Мастер Шакс повернулся к киборгу. — Конечно, у нас были разногласия, но на меня ещё не работали ликвидаторы лучше тебя.
— Я всегда был верен вам, господин Шакс, несмотря ни на что. И буду верен, — Дэл склонил голову, принимая предложение.
Эр, всё это время стоявший в сторонке, незаметно вышел из гостиной.
Теперь их пути с Дэлом должны разойтись навсегда. Дэл снова будет ликвидатором на службе Мастера Шакса, и в его жизни не будет места для бывшего Топливозависимого наркомана. Кроме того, в сердце Дэла, как выяснилось, нет никого кроме Виктора Шталя. Что ж, это по-своему справедливо и логично — оставьте мёртвых мёртвым.
Эру было всё равно, куда идти. Можно вернуться на повстанческую базу. Наверняка нового лидера выберут очень скоро. И продолжится противостояние системе. Ведь несмотря на то, что власть в Империи переменилась, Республикой она страну не сделала. А этой кучке бандитов только дай повод повоевать. Можно прибиться к какому-нибудь племени байкеров, из тех, которые хоть немного терпят чужаков, и исколесить с ними всё Междугородье. Можно пойти бойцом на любую Арену. Можно вернуться домой в Келаму и открыть оружейную или любую другую лавку. Впереди тысячи дорог. И ни одна из них не пересекается с дорогой Делейта Лебэна.
— А, вот ты где! — окрик настиг Эра уже на парковке для флайеров.
Дэл стремительно приблизился и заговорил деловым тоном:
— Я побеседовал с Мастером Шаксом. Он согласен принять тебя на работу ликвидатором.
— Стоп-стоп-стоп! — ошарашенный Эр приподнял ладони. — А меня ты спросил, хочу ли я снова связываться с ремеслом ликвидатора?
— Разве я тебя раньше когда-нибудь о чём-то спрашивал? — Дэл слегка вздёрнул подбородок. Но потом прыснул со смеху и развёл руки в стороны.
— Чёрт побери, да обними же меня!
Эр помедлил, теряясь в сомнениях, но потом бросился вперёд и стиснул холодное тело в объятиях. Он ещё не знал, как же они будут жить дальше, что их ждёт, и кем они станут друг для друга, но всё же он был уверен, что теперь для них обоих начинается совершенно новая жизнь.
Над парковочной площадкой разгорался розовый зимний рассвет первого дня нового года.
* * *
Как только контроль над Сетью вернулся к Императору Велиару, все «игрушки» Кукольника разом замерли на месте и отключились. Император посчитал это верным признаком гибели Кукольника. Единственное исключение составили полицаи, которые отчасти контролировались Сетью, и потому не превратились в груду бесполезного хлама, а продолжали функционировать, хоть и несколько хаотично. Постепенно координаторы столицы нашли способ повышения процента контроля над ними. Остальные чудеса роботостроения по приказу Императора Велиара пришлось демонтировать, хотя многие учёные настаивали на тщательном изучении и последующем копировании «игрушек».
Бункер Кукольника, выгоревший практически полностью, залили бетоном и запечатали.
Велиар не желал терпеть в своём государстве ничего, что хоть как-то напоминало о главном роботронике.
И порой даже на отражение собственного лица смотрел с омерзением и страхом.
* * *
В тот миг, когда Кукольник утратил контроль над Сетью, он принял решение, которое держал в голове среди прочих вариантов, но всеми силами стремился избежать.
Он нажал несколько кнопок на подлокотниках своего кресла, увитого проводами и кабелями. Крошечная келья завибрировала, а через минуту, словно пушечное ядро, взмыла вверх по глухой шахте и вылетела из люка в крыше одной из башен Дома Совета. На приемлемой высоте из боков капсулы выдвинулись крылья, активировался двигатель, и автопилот унёс андроида туда, где на вершинах чёрных башен мерцали циановые огоньки Крио.
В ту ночь многие влюблённые загадывали желание на необычную звезду, летящую к северу.
Октябрь 2008 — март 2011
Санкт-Петербург
