живых расхаживает, а вот пять сотен тысяч с такой скудной охраной почти нигде и не встретишь. А ну-ка! Ты что трусишь, что ли? Хочешь сказать, что партия зря оплатила тебе столько зелий и ритуалов для развития?! — слышно было, что мужчина сам себя распаляет, настраиваясь на уже решенное им дело, и явно не готов был услышать от своего визави отказ в участии.
— Да что ты заладил! «Партия вложилась», «струсил»! Я и против потому, что ты все труды товарищей по нашему усилению в трубу слить хочешь на свои авантюры! Без плана в такое вляпаться — форменный идиотизм! — повысил голос второй.
— Вот ты и придумывай план, раз такой умный! — фыркнул первый. — У нас ещё пять часов до того, как деньги в вагоне окажутся, а ещё часов семь на то, чтобы их экспроприировать! — в туалете вдруг зажурчала вода. — Короче! Ты тут думай — решай! А я, как время придет — обязательно на этот Экс отправлюсь! С тобой или без тебя!
И коренастый мужчина с усами щёточкой, мешками под глазами и в слегка потертом дорожном костюме рывком распахнув дверь и, оглядевшись, двинулся на своё место.
Ивана к этому времени уже в коридоре не было. Пришлось справляться с позывами организма с помощью магии и спешно возвращаться в свое купе, чтоб обдумать сложившуюся ситуацию. Вот только прежде чем уйти подальше от этой подозрительной парочки, от его тела отделился один маленький летучий зверек, который обошелся Ивану в сто тысяч маны. Жалко, конечно, но тут он решил не жадничать — в перспективе ведь можно получить гораздо больше. А если всё же не выгорит, то энергию можно будет и назад слить, вернув тем самым половину минимум…
Прошло ещё немного времени и в коридор из известного места вышел второй — предположительно «Лев». С тросточкой, тоненькими усиками и хитрыми глазками, которые постоянно бегали из стороны в сторону. За ним-то двойник и отправился, ожидая, что тот приведет его к первому. Но нет. Ехали они, видимо, раздельно. Но ничего страшного — Иван ранее уже успел убедиться, что в слежке самое главное — терпение. Ну и ещё возможность размеров малых и незаметность сильно играют на руку…
Вот только не подумайте, что наш герой сразу же помчался эксами заниматься, отнимая капиталы у работников кистеня и адской машинки. Не побежал он и в полицию, хотя при каждом поезде в первом вагоне путешествовал вполне себе облеченный властью человек из упомянутого ведомства. Нет, в то время, когда Дубль следил за «планировщиком» и высматривал «решительного», граф Лудильщиков обдумывал, что же ему во всей это ситуацией делать, а параллельно вполне спокойно в разговор его попутчиков влился. Как раз к слову пришлась его учеба в столичном университете по Юридической специальности, о которой он в подробностях и рассказал. Он своим попутчиком еще в самом начале путешествия представился студентом, временно вызванным волей старших в родные пенаты. Он, кстати, не скрывал ни от кого, что объявление о том, что с ними титулованная особа едет — про него и есть, но рассудив, что титулование в таком дорожном общении вызовет у прочих пассажиров определенные неудобства, предложил обращаться к нему запросто — по имени отчеству.
А террористы? — А за террористами его Двойник присматривал, да ещё и в дополнение Малых Дозорных разок отправил, чтоб первого всё же обнаружить. Он, кстати, как оказалось, на три купе дальше от своего подельника ехал.
Тот, что с тросточкой и с усиками, в Казани вышел воздухом подышать, да в вокзальном ресторане потрапезничал — окна как раз на состав выходили и так удачно, что можно было всю погрузку в почтовый вагон наблюдать. Вот и пересчитывал осторожный революционер количество охранников и сопровождающих. А в это же время и Ванин дубль разбирался да прикидывал, что же это за деньги, чьи они и будет ли Оригиналу совестно, если они данному лихому налету не воспрепятствуют?…
Оказалось — не будет. Вот ни капельки. Деньги отправлялись каким-то сильно потеющим, расфуфыренным и обрюзгшим типом, который явно старался «тайно» погрузить в вагон ценный груз. Но при этом так громко и нервно инструктировал охрану, чтоб они глаз с здоровенного саквояжа не спускали! «Ведь не зря он договорился, что им выделят место рядом с охраной почтового вагона!»
А вот и сюрпризы начались! Если на вокзале оказался кто-нибудь из знакомых нам американских гангстеров, то он замиранием сердца признал бы в выходящем из тумана на перроне утонченном господине причину, по которой многие из них не первый месяц в холодном поту вскакивают со своих постелей и пристально всматриваются в каждую тень по вечерам… Да, да! Навстречу новым приключением вышел Владислав Дракула! В настоящий момент сей достойный господин, задорно постукивая тростью, шествовал вдоль поезда, а за ним, словно привязанный, летел гроб, богато украшенный и с бархатной обивкой.
Направлялся наш знакомый прямиком к почтовому вагону, где «потный деятель» всё продолжал и продолжал инструктировать охрану о том, что нужно внимательно следить за посылкой «для очень важного человека» и (!) не привлекать к ней внимание…
— Разрешите! — «Владислав» подгадал момент, когда у заказчика закончился воздух в легких, и обратился к сотрудникам поезда — мне тут обновку для знакомого отправить надобно! Примите, пожалуйста.
Ответственный за погрузку скосил взгляд на висящий за спиной пришедшего гроб и на некоторое время выпал из реальности…
— Да, да, конечно! — встрепенувшись, работник поезда принял протянутые ему бумаги, — Тимофей, Силантий! Занесите груз господина в вагон!
К гробу с некоторой опаской подскочили два крупных мужика. Кокетливо клацнув обитой бархатом крышкой, домовина покладисто опустилась прямо на протянутые руки. Подхватив ношу, грузчики стрелой метнулись в вагон.
И не одни!
Под фразу «Нужно проверить безопасность внутри вагона!» в поезд юркнули и охранники (кроме одного, которому, похоже, по долгу службы нужно было оставаться на перроне).
Дубль ещё немного постоял, на мгновение поймав взгляд оставшегося стража правопорядка, сочувственно кивнул тому, скосив глаза на «уважаемого господина с его ценным грузом» и двинул дальше вдоль поезда.
Закутанного в черный плащ господина быстро поглотила вечерняя темень, и совсем уж некому было обратить внимание на крохотного летуна, прошмыгнувшего в форточку почтового вагона. Уютно устроившись на бархатной крышке, двойник не спускал глаз со стоящего рядом железного шкафа, в который ранее убрали «ценный» саквояж.
После отъезда от Казани продолжения истории ждать пришлось часа четыре… За окном мелькала
