Когда они нашли ландо, Росс протянул Дженкинсу список мест, которые надлежало посетить. Он не собирался знакомиться с ними пешком, так что обоим придется разыгрывать перед лакеем формальные отношения. «Так надежнее», — твердила себе Мег. Вдруг их руки встретились на кожаной обивке. Росс чуть подвинулся так, что край его пальто их прикрыл. Мег не отняла своих рук. Оба вели вежливый степенный разговор о достопримечательностях, которые встречались по обе стороны.
Они проехали мимо Банка Англии и ратуши, встретили на своем пути стада скота, его гнали по многолюдным улицам к рынку в Смитфилде. Они выбрали путь мимо собора Святого Павла, судебных иннов[15]. Позднее они смогут рассказать Уильяму, что видели будущее место его учебы. А еще Мег полагала, что на Британский музей следует хотя бы взглянуть.
Затем они пересекли парк Святого Джеймса, посмотрели Дом королевы и озеро, побывали в Зеленом парке, там паслись стада коров, доярки продавали свежее молоко в стаканах. После этого они выехали на площадь Пикадилли. Мег поняла, что городской особняк уже близко.
Ладонь Росса оказалась под ее рукой, их пальцы сплелись. Мег пожала его руку, большой палец Росса нащупал обнаженное место под пуговицей ее перчатки и стал поглаживать его.
— Милорд, я приняла решение. Относительно вопроса, который мы обсуждали в Корнуолле.
Росс молчал как человек, с отчаянным терпением ждущий ответа от женщины, которую любит. Но он не любил ее, а лишь желал и, видно, наслаждался ее обществом. Неужели этого достаточно, чтобы не дать угаснуть ее любви и желанию быть любимой? Возможно, достаточно, чтобы преодолеть отвращение, которое он обязательно почувствует, когда Мег ему все расскажет. А она твердо решила сделать это, пока у нее оставалась хоть капля смелости.
До самой Кларджис-стрит оба продолжали ни к чему не обязывающий разговор. Вошли в дом через парадную дверь, Росс передал шляпу, перчатки и трость дворецкому. Мег развязала ленты шляпки.
— Миссис Халгейт, вы не могли бы зайти в мой кабинет?
— Хорошо, милорд. — Мег последовала за ним. У нее громко стучало сердце. Она снова и снова твердила себе, что поступает правильно и первым делом освободит Росса от предложения. Поняв, кто она такая, он сможет принять решение.
— Извините, ваша светлость. — Вудворд откашлялся. — Леди и джентльмен дожидаются вашего возвращения. Я объяснил им, что вас нет дома, однако они дали понять, что пришли по делу, не терпящему отлагательств.
— Я зайду к вам позднее. Хорошо, милорд?
Мег уже подошла к лестнице, она едва держалась на ногах и почувствовала облегчение оттого, что роковой разговор откладывается. Ей не следует пока начинать разговор. Она возьмет себя в руки, спокойно обдумает то, что хочет сказать.
— Спасибо, миссис Халгейт.
Росс нахмурился и взял визитную карточку с подноса, который ему протянул Вудворд. Мег уже поднялась по лестнице и исчезла.
Росс улыбнулся, вспомнив о своем разочаровании. «Я веду себя как ребенок, у которого отняли леденец». Он знал, что Мег хотела ответить ему согласием. Ее рукопожатие, пока они ехали, покрасневшие щеки, торопливость, с какой она взбежала по лестнице. «Она скажет «да», — твердил он себе. Она согласна.
Тут он взглянул на прямоугольную визитную карточку в своей руке. «Мистер Джеймс Уолтен Халгейт, Роща, Мартинсден Парва».
— Халгейт? — спросил он.
— Да, милорд. Поскольку они не спрашивали о нашей миссис Халгейт, я подумал, что это совпадение. — Дворецкий выглядел немного озадаченным. — Я принес им прохладительные напитки.
— Очень хорошо. — Росса охватила тревога. Чувствуя неладное, он открыл дверь гостиной и вошел.
Высокий мужчина встал. В его когда-то светлых волосах появилась проседь. Чуть выцветшие голубые глаза уставились на Росса. Женщина, сидевшая рядом с ним, тоже поднялась. «Приятная супружеская пара», — подумал Росс. У него возникло ощущение, будто время замедлило ход, так обычно случалось перед столкновением с неприятелем.
— Лорд Брендон?
— Я Брендон. Мистер и миссис Халгейт, присаживайтесь, пожалуйста. Чем могу быть полезным?
Росс невольно почувствовал, что старается говорить спокойно, хотя и не особенно сердечно.
— Мы оба считаем своим долгом посвятить вас в довольно щекотливые обстоятельства, — заговорила миссис Халгейт и поджала губы, после чего на ее лице появилось выражение праведного гнева. — Мы узнали от сэра Эдмунда Кея, старого друга нашей семьи, недавно переехавшего в Фалмут, что вы взяли на работу новую экономку.
— Сэр Эдмунд, с которым я не имею чести быть знакомым, прав. Однако извините, я не совсем понимаю, какое он имеет отношение к этому. — Значит, речь шла о Мег, и эти имена не просто совпадение.
Миссис Халгейт покраснела от ледяного тона Росса.
— Он посчитал своим долгом сообщить нам, что Маргарет Шелли обманным путем продолжает называть себя миссис Халгейт и выдает себя за вдову нашего покойного сына.
— Обманным путем? — Росс почувствовал, что тупо уставился в одну точку. Он ожидал, опасался, что ему скажут, будто Джеймс Халгейт не погиб, а просто исчез, а теперь вернулся. Росс опасался, что Мег все еще замужем, хотя и ненавидел себя за то, что желает своему собрату офицеру смерти. — Обманным путем? — повторил он.
— Она подбила бедного Джеймса бежать вместе с ней! — воскликнула миссис Халгейт. — Но тот уже был женат. Глупый мальчишка. Боюсь, он сделал неудачный выбор. Но затем эта маленькая шлюха…
— Мадам, — перебил ее Росс, — понимаю, вы в расстроенных чувствах, однако миссис Мег работает у меня, и я не потерплю, чтобы ее так называли в моем доме.
— Она всегда вела разгульный образ жизни, — продолжила миссис Халгейт. — Она безнравственна и неуправляема. Она соблазнила бедного Джеймса вступить в двоеженство, а сейчас имеет наглость носить его имя. Его имя. — Миссис Халгейт поднесла к лицу носовой платок и дала волю чувствам.
— А где же настоящая вдова вашего сына? — Росс чувствовал себя точно так, как после первого ранения. Ему стало трудно дышать, он оцепенел, хотя знал, что должен испытывать невыносимую боль. Боль началась позже. Тогда ему хотелось кричать во все горло, но он сдержался.
— Она умерла, — угрюмо ответил мистер Халгейт. — И ребенок тоже. Боюсь, это был неразумный брак. Мы выбрали бы для него совсем другую жену. А он предпочел дочь владельца таверны. Они стали любовниками, он женился на ней, когда стало ясно, что будет ребенок. Но затем Джеймса призвали в армию. Он уехал, сообщив ей, что отправляется помириться с нами. Конечно, мы сделали бы все возможное, чтобы откупиться от этого несчастного существа, забрали бы ребенка и сами воспитали бы его должным образом. Но мы не знали, что произошло.
