Читаем без скачивания Краткий курс... - ВП СССР

Если говорить об особой роли общеподразумеваемой «социаль­ной элиты», опираясь на факты реальной исто­рии, то получается картина, весьма непохожая на господ­ствующие в толпо-“элитар­ном” обществе представления об “элите”. В силу общественного объединения личного труда в технологическом разделении производства относительно малочисленная доля населения стоит вне профессиональной деятельности в сфере непосредствен­но материального производства. Они заняты управлением и иного рода обработкой информации в науке, искус­ствах, медицине, образовании, следственно-репрессивных органах и т.п. Это получило название «умственного труда», хотя обработка информации может в них вестись в попугайски-магнитофонном режиме на основе храни­мых памятью знаний и навыков и ретрансляции поступа­ющей информации практически при полном неучастии интел­лекта в такого рода деятельности.

Жизнь всех людей в обществе зависит от качества управления делами общественного в целом уровня значимости. Управление требует знаний и навыков. При ограниченно­сти числа носителей такого рода управленчески необхо­димых знаний и навыков и невосполнимости их, в случае утраты их носителей, возникает возможность предъявлять обществу монополь­но высокую цену за управление его делами. Клановое во­спроизводство профессионализма порождает ограничен­ность числа носителей знаний и навыков и невозмож­ность быстрой замены выбывших, а их злонравие обра­щает возможность ко взиманию монопольно высокой платы за свой труд в реальность.

Кроме того, в обществе существуют разного рода яв­но паразитические группы населения, которые хотят пот­реблять продукцию, но не хотят участвовать в её созида­нии и охране созидания никоим образом. Они вступают на путь грабежа и вымогательства насилием либо обма­ном; или паразитируют на пороках общества явно (игорный, нарко- и порно-бизнес) либо “ведут борьбу” с пороками, “балагуря” на темы о них, и кормятся тем, что вызывают эмоциональную разрядку недовольных, но не устраняя кормящий их порок как таковой. Последнее есть разру­шение единства эмоционального и смыслового строя культуры, и душ людей и таким разрушением занимаются большин­ство юмористов и сатириков. Это более соци­ально опасно, чем сами пороки общества, поскольку носители пороков обладают меньшим долголетием, чем воспроиз­водящая пороки в последующих поколениях культура. Балагуры дополняют в обществе дело платных откровен­ных льсте­цов, убаюкивающих совесть номи­нальных властите­лей. Хозяева же номинальных — преи­сполнены чувством собственной значимости в обществе и в успокоении совести не нуждаются за отсутствием таковой.

Монопольно высокая цена на продукт управленчес­ко­го труда реально избыточна, часто многократно избы­точна, по отношению к прейскурантной стоимости де­мографически обусловленного спектра потребностей семьи управленца. Это создает возможность для членов его семьи также стать вне участия в труде общества. В силу этого обстоятельства кланы, обслуживающие сферу управления,в условиях монопольно высокой цены на продукт управленческого труда по способу получения ими средств существования и нравственности, во многом неотличимы от откровенно паразитических групп насе­ления.

Но те же группы населения с монопольно высокими доходами имеют и свободное время, которое они могут посвятить интеллектуальной деятельности, самообразова­нию и прочему, что носит название «духовность». Безза­ботный полет фантазии рождает изощренные произведе­ния наукообразия и искусства, практически не нужные никому, кроме их создателей, и служащие “нивой”, с которой кормятся оплачиваемые ими же ослы-“цени­те­ли” и “учителя”, коих по-русски звали просто нахлебни­ками, прихлебателями, приживалками. Отор­ванность изощрен­ных умствований людей, беззаботно стоящих вне реше­ния практических проблем жизни общества, ведёт к накопле­нию такого рода культурой предумыш­ленно ложных и ошибочных воззрений. Ложь и ошибки суще­ствуют в ней веками, пока не разсыпа­ются в пух и прах при первом же соприкосновении с реальными причинно-следст­вен­ны­ми обусловленностями жизни Объективной реальности.

В парах понятий «Оторванность от жизненных проблем» и глобально значимые проблемы, «практичность» иудовлетворение текущих мелких потребностей стоят вовсе не синонимы с близким смыслом, хотя в пред­ставлении многих глобально значимые проблемы реша­ются сами собой без человечес­кого участия, и те, кто ими занима­ет­ся, просто оторвались от жизни, от задач практики и «витают в облаках» вместо того, чтобы зани­маться делом и жить, как живут «все люди». О том, кто и как создал глобальные проблемы, носители такого рода мнений не задумываются.

Вследствие беззаботного взросления и жизни на всём готовом представители социальной “элиты” в своём большинстве, когда выпадают из удобной накатанной жизненной колеи, оказываются обыкновенными толпа­рями, также неспособными к плодотворной ответствен­ности за последствия интеллектуальной деятельно­сти, как и все прочие толпари вне “элитарных” групп населе­ния.

Так, в прошлом толпари, возомнившие себя “элитой”, смели царизм и были раздавлены в гражданской войне. Толпари, возомнившие себя партийной “элитой”, были растерты в лагерную пыль. А следующее их поколение сдали власть толпарям, возомнившим себя демократами. “Демократизаторы” очень быстро явили обществу несо­стоятельность своих социологических теорий и неспособ­ность своим умом решить выявившиеся пробле­мы, в том числе и проблемы глобальной значимости, и не смогли создать новые теории, свободные от несуразностей прошлых.

И в каждом из этих случаев спецслужбы, масонство, тайные ордена и “братства”, защищавшие потребитель­скую власть прежних “элит”, считавшие себя “сверх­элитой”, явили свою полную недееспособность в предот­вращении и своевременной разрядке сто­летиями и десяти­летиями вызревавшей катастрофы толпо-“эли­тар­ной” культуры.

То есть исторически реально социальные группы, возпринимаемые в толпо-“элитарном” обществе в качестве социальной, правящей, интеллектуальной “элиты”, явля­ютсяклановой наследственной потребительской элитой и не более того. Нравственно и мировоззренчес­ки они — часть толпы, только потребляющая в расчёте на душу населения в ней больше, чем в других социальных груп­пах. Кроме того, социальная “элита” окружена множе­ством прилипал-приживалок. Это и есть так называемый «сред­ний класс», чье потребительское благоденствие не поднима­ется до “элитарных” стандартов, но определяется не их професси­ональным уровнем и трудовой деятельностью, а потреби­тельским благоденствием “элиты”, кормящей прилипал «со своего стола» по остаточному принципу. Доступ прилипал-приживалок к столу “элиты” определя­ется их угодностью “элите” и возможностями общественного производства ублажить всю эту посредственность. Вследствие этого правящая “элита” воспроизводит в обществе осознанный и безсоз­нательный холуизм как норму поведения.

Если же говорить об управленческой деятельности социальной “элиты”, то в своём и общественном потреб­лении “элита” не разделяет демографически обусловлен­ные потребности и биосферно недопус­ти­мые деградаци­онно-паразитические потребности, вследствие чего её правление — развратно-пьяное, весьма далекое от понима­ния людьми святости. Оно во многих отношениях хуже ханжески фарисейского правления, когда определённые целесообразные нормы соблюдаются не из чув­ства собственного человеческого достоинства и не из любви к людям, а из чувства личностного превосходства над их несоблюдающими. Ханжески лицемерное правле­ние, как и холуизм, так же может быть осознанным и безсозна­тельным, но в любом случае оно также разно­видность “элитарного” правления.

В целом же толпо-“элитарное” общество — толпа не­вольников своих ущербности и пороков, которыми манипулируют по своему нрав­ственно обусловленному произволу те, кто обрёл способ­ность к концептуальному властвованию. Концептуальная власть воздействует на предание, традиции и создает ав­то­ритеты, за которыми слепо и бездумно следуют, руко­вод­ствуясь принципом «я — как все», толпари во всех со­ци­альных группах, различимых по роду профессионализ­ма и потребительским стандартам.

В сознании толпы господствует представление о том, что общество — множество иерархически неравнозначных личностей. Хозяева же толпы навязывают ей и соответ­ствующее понимание духовности: «духовность ... указы­вает количественную меру иерархической значимости». Это — цитата из книги мемуаров Б.М.Моносова “Бешеная скачка на бледном коне. Или по эту сторону магии” (СПб, «ИКАМ», 1992, стр. 61), по его словам, бывшего в прошлом верховным магом Атлан­тиды.