— Именно это он сейчас и делает, — вскричал Тарберт. — Смотрите!
В ста метрах от них возникло мощное двуногое существо, напоминающее безголовую гориллу двух с половиной метров. Ее огромные передние лапы заканчивались клешнями, пальцы ног — острыми когтями. Огромными прыжками чудовище двинулось вперед. Ксексиане, прицелившись из своего оружия, открыли огонь. Багровая вспышка озарила созданное ггером чудище, но оно не только не пострадало, но, совершив очередной огромный прыжок, обрушилось на стоявшего впереди ксексианина. То ли в приступе ярости, то ли в силу безрассудной смелости, ксексианин храбро встретил атаку чудовища, схватившись с ним в рукопашном бою. Результат был ужасным: чудовище разорвало ксексианина на куски, разбросав внутренности по черной болотной грязи. Тарберт подхватил валявшееся оружие ксексианина и, прокричав прямо в уху Беку: «Ггер!!!», — побежал, спотыкаясь, к воде.
Чудовище стояло, раскачиваясь на черных ногах, его торс ярко пылал, поливаемый пламенем излучателей ксексиан. Затем оно развернулось и бросилось за Тарбертом и Беком, которые скользя по липкой грязи, бежали к воде.
Окутанное клубами дыма, продырявленное, как решето, чудовище догнало Бека и обрушило на него удар такой силы, что он кувырком отлетел в сторону, а затем пустилось в погоню за Тарбертом, с огромным трудом преодолевающим цепкую трясину. Чудовище, хотя тяжелое и неповоротливое, барахтаясь в болотной жиже, все-таки продолжало сокращать расстояние, отделявшее его от Тарберта. Оправившись после удара, Бек приподнялся и, как безумный, обшаривал взглядом почву вокруг себя.
Тем временем Тарберт, теперь уже находящийся достаточно близко от настоящего ггера, целился в него из непривычного оружия, а черная горилла, приближалась к человеку сзади. Тарберт, продолжающий возиться с оружием, сделал попытку увернуться, но его ноги разъехались в скользкой грязи, и он упал. Горилла, прыгнув, подмяла под себя Тарберта, а затем потянулась к нему клешнями. Бек, успевший подбежать к месту схватки, вцепился в чудовище сзади, изо всех сил толкнул твердое и тяжелое, как камень тело, и, потеряв равновесие, горилла тоже повалилась в болотную грязь. Подняв оружие, Бек судорожно стал искать спусковой механизм, а чудовище, тем временем снова вставшее на ноги, уже тянуло к Беку свои отвратительные клешни. Прямо над ухом Бека с оглушительным треском вырвался сноп ярко-красного пламени, и реальный ггер, торчащий из лужи посреди болота, перестал существовать. В тот же миг безголовое черное чудовище, казалось, стало ноздреватым, затем расползлось, как туча, на рваные клочья. Паракосмос беззвучно взорвался, выбросив мощные потоки энергии. Когда Беку удалось восстановить свое экстрасенсорное видение, ггер бесследно исчез.
Подойдя к Тарберту, Бек помог ему подняться на ноги, и они заковыляли по направлению к более твердой почве.
— Крайне своеобразное существо, — тяжело дыша, сказал Тарберт, — и далеко не из приятных.
Они обернулись, чтобы посмотреть на озерцо, которое без ггера потеряло всю свою значительность, стало пустым и ненужным.
— Похоже, он был очень старым. Прожил, наверное, добрый миллион лет, — заметил Бек.
— Миллион? Гораздо больше.
— Мне кажется, в далеком прошлом наступил такой период, когда это существо больше не могло поддерживать свою жизнедеятельность, и оно создало паракосмос, став там паразитом.
— Весьма странный тип эволюции, — заметил Тарберт. — Развитие нопалов, возможно, происходит подобным же образом.
— Нопалы… На первый взгляд такие ничтожные создания… — Пока Бек рассматривал нопалов, пытаясь разгадать их структуру и происхождение, он вдруг услышал голос Тарберта.
— У вас не сложилось впечатление, что где-то здесь есть пещера?
Бек вгляделся в паракосмос.
— Вижу отвесные скалы… нагромождение камней… Расщелина? Та самая, на которую мы обратили внимание при посадке?
Тут их окликнул Эпиптикс:
— Пошли. Мы возвращаемся на корабль. — Настроение у него было самое мрачное. — Ггер уничтожен. Таупту больше нет. Одни читуми. Они победили, но мы изменим это.
Бек повернулся к Тарберту.
— Сейчас или никогда. Они готовы взяться за уничтожение нопалов, и мы их должны удержать.
Тарберт задумался в нерешительности.
— Мы можем предложить что-нибудь другое?
— Несомненно. Без нас ксексиане не отыскали бы ггера, не найдут и нопалов. Вот нам и карты в руки. Если не удастся убедить их с помощью логики, придется прибегнуть кое к чему другому.
— К чему именно?
— Пока еще не знаю.
Они последовали за ксексианами к шлюпке.
— Есть идея. — Бек, наклонясь к Тарберту, что-то сказал ему.
— А что, если сценические эффекты не произведут впечатления? — возразил Тарберт.
— Должны оказать, а аргументацию я беру на себя.
Тарберт мрачно усмехнулся.
— Я постараюсь придать ей максимальную убедительность.
Птиду Эпиптикс взмахнул рукой в их сторону.
— Пошли. Нас ждет главная задача — уничтожение нопалов.
— Ее не так-то просто осуществить, — уклончиво сказал Бек.
Ксексианин, сжав кулаки, поднял руки до уровня плеч — это был, как уже знали земляне, ликующий жест, жест триумфа, однако голос, прозвучавший из пульта, был ровным и спокойным.
— Как и у ггера, у нопалов должен быть материальный носитель в базовой Вселенной. Ггера вы отыскали без труда, теперь то же самое сделаете в отношении нопалов.
Бек покачал головой.
— Ничего не выйдет. Придется придумать что-нибудь другое.
Эпиптикс уронил кулаки, и его незрячие глаза вперились в Бека.
— Я вас не понимаю. Мы должны победить в этой войне.
— Здесь замешаны интересы двух планет, и ни одна не может быть ущемлена. Для Земли внезапное уничтожение нопалов обернется бедствием. Наше общество построено на уважении к личности, на тайне мыслей и намерений. Если каждый обнаружит у себя псионические способности, наша цивилизация погибнет, а у нас нет ни малейшего желания навлечь беду на родную планету.
— Нас не интересуют ваши желания! Не вы, а мы терпели страдания, и вы должны следовать нашим наставлениям.
— Но не тогда, когда они нелогичны и безответственны.
— Вы ведете себя дерзко, хотя должны понимать, что я могу вас заставить подчиниться своей воле.
Бек пожал плечами.
— Возможно.
— И вы согласны терпеть этих паразитов?
— Какое-то время. Через несколько лет мы уничтожим их или научимся извлекать пользу для себя из сосуществования с ними. Но прежде чем это произойдет, у нас будет время, чтобы приспособиться к псионическим различиям.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
