Руби улыбнулась.
— Поначалу я собиралась приготовить изысканный обед, но это оказалось за пределами возможностей нашего семейного бюджета. Предлагаемое вам блюдо из брюссельской капусты выиграло приз на ежемесячном конкурсе среди блюд из остатков продуктов.
В тоне ее голоса не содержалось даже намека на извинение. Арлин Франкель одобрительно кивнула в ответ.
— Оказывается, этим занимаются даже сейчас. В свое время я также выиграла приз, придумав совершенно чудовищное блюдо из говяжьего вяленого мяса. Но это была лишь третья премия. Признаться, в те дни я не слишком преуспевала в кулинарии. А что выиграли вы, моя дорогая?
Вскоре Руби вернулась с маленькой сетчатой сумочкой.
Женщины весело рассмеялись, затем миссис Квиери сказала:
— Я давно хотела написать тебе, Руби. После тебя у адмирала сменилось шесть секретарш. Он едва дождался отставки и постоянно брюзжал, приходя домой. Ты в полном смысле этого слова испортила этого человека. Адмирал уже ни с кем не смог ужиться. Это он подал мне идею навестить тебя. Разумеется, я не возражала, — вскользь заметила Жанет, — но адмирал просто сгорал от нетерпения узнать, что у вас все хорошо и что корпус морских пехотинцев проявляет заботу о вас. Проявляет, не так ли, Арлин? — многозначительно спросила она.
У Руби перехватило дыхание. Интересно, что ответит жена генерала?
— Эдвард, корпус морских пехотинцев заботится о миссис Блу? — переадресовала мужу вопрос Арлин Франкель.
Жанет Квиери подмигнула Руби, которая сидела, вытаращив глаза.
— Черт их знает, я не в курсе, — пожал плечами генерал. — Молодой человек, корпус заботится о вашей семье?
— Да, сэр, — выпалил Андрей.
— Хорошо. Это именно то, что я хотел бы услышать.
— Когда должен появиться на свет ребенок? — как ни в чем не бывало спросила Арлин Франкель, словно продолжая прерванный разговор.
Руби даже растерялась от неожиданности.
— Месяцев через шесть.
— Это замечательно, — просияла Жанет Квиери.
— Я рассчитываю на сигару, лейтенант, — прогремел на другом конце комнаты генерал Франкель.
— Есть, сэр, — с готовностью вскочил Андрей.
— Ты сообщишь нам, Руби? — спросила Жанет.
— Сказать по правде, миссис Квиери, я собиралась просить вас и адмирала, если, конечно, вы не…
— С радостью и любовью, — рассмеялась Жанет. — Кларк еще никогда не был крестным отцом.
— Спасибо вам, сэр, — проговорил Андрей внезапно охрипшим голосом.
— С удовольствием, молодой человек.
Потом все уселись за стол, нахваливая брюссельскую капусту. Неожиданно за стеной раздался неистовый грохот, сопровождаемый пронзительным криком.
Руби вздрогнула и, до боли закусив губу, пристально смотрела на мужа. Андрей поспешил сообщить гостям, что их соседи по квартире очень любят слушать по радио громкую музыку. По глазам адмирала Квиери Руби догадалась, что он не поверил этому объяснению.
— Великолепный обед, — тем не менее улыбнулся Кларк, меняя тему разговора. — А что на десерт?
— Кларк! — пожурила его жена.
Руби выдавила улыбку, прислушиваясь к доносившимся за стеной звуками.
— Я приготовила шоколадный торт с кремом, зефиром и орехами. Его нужно заморозить, а потом порезать ломтиками, как длинный пирог. Еще у нас есть консервированные фрукты.
Заметив тревогу в глазах Руби, Жанет Квиери напрямик спросила:
— Кто живет в соседней квартире?
— С какой стороны? — попыталась тянуть время Руби, стараясь собраться с мыслями.
Жанет молча указала на стену кухни. Руби почувствовала себя рыбой, выброшенной на берег из воды. Она с силой захлопнула дверцу холодильника, так что зазвенели бутылки и банки.
— Хьюго Синклайер и его жена Дикси, — спас положение Андрей. — Так ведь, Руби?
— Да, Дикси. Она тоже беременна.
Руби резко повернулась, чтобы достать с полки над головой тарелки для торта.
— Прекрасные люди. Здесь все такие добрые и приветливые и делают все, чтобы мы чувствовали себя как дома. Руби и Дикси — подруги. Не так ли, Руби? — продолжал разглагольствовать Андрей.
— Да, да, настоящие подруги, — кивнула Руби, разрезая на порции торт. — Кофе будет готов через минуту.
— Я знаю Хьюго, — задумчиво проговорил Франкель. — Он представлен на повышение.
Адмирал нервно поерзал в своем кресле.
— Что-нибудь не так, Руби?
— О нет, я просто съела слишком много. Теперь я собираюсь налечь на торт. Сладкие блюда мне не противопоказаны. — Руби постаралась ответить как можно спокойнее, понимая, что дурачит своего босса. Однако это было самое лучшее, что она могла сейчас сделать. Возможно, потом, после отъезда гостей, Андрей что-нибудь придумает, чем-нибудь поможет Дикси.
— Я положила в кофе цикорий, адмирал. Думаю, вы это любите. — Руби предложила Кларку тарелку с тортом, затем дрожащей рукой налила ароматный кофе.
Адмирал Квиери и генерал Франкель переглянулись. Им без слов было ясно: что-то здесь явно не так.
— Это замечательно, Руби, — воскликнул Кларк. — Обязательно дай рецепт этого торта моей жене.
За столом снова завязался непринужденный разговор. И только Руби готова была кричать от отчаяния. Она изредка поглядывала на стену кухни, моля бога, чтобы с Дикси все обошлось. После кофе мужчины, извинившись, попросили разрешения покурить. Женщины вызвались помочь Руби убрать посуду, несмотря на протесты хозяйки.
— Если ты собираешься дымить этой вонючей сигарой, Кларк, отправляйся на свежий воздух, — распорядилась Жанет Квиери.
Таким тоном сам адмирал обычно разговаривал со своими подчиненными.
— Твоя трубка не выбита, Эд, — улыбнулась Арлин. — Дым может повредить Руби. Прогуляйтесь пока, а мы займемся женской работой.
— Лейтенант, ты тоже можешь присоединиться к нам, — заметил генерал Франкель. — Нам нужно немного размяться. Прогулка перенесет нас в мир приятных воспоминаний. Но если ты хочешь остаться со своей женой, в то время как наши жены будут выполнять роль горничных, мы это поймем.
Генерал сказал это таким тоном, что Андрей предпочел найти себе занятие дома.
Вдохнув февральского воздуха, Эд Френкель повернулся к своему старому другу.
— Что происходит, Кларк?
— Не знаю, судя по всему, что-то случилось в соседней квартире. Обстановка изменилась, когда началась эта суматоха за стеной. Я слышал пронзительный крик. Это вовсе не радио. Мне также показалось, будто кто-то стучал по стене. Похоже, Руби и ее мужу все известно, но они не хотят говорить об этом.
— Клянусь Иисусом, неужели ты предлагаешь шпионить за соседями семьи Блу?
