К 1898 г. в России действовало девять зубоврачебных школ. К 1916 г. их было – 24. Тем не менее, несмотря на расширение подготовки зубоврачебных кадров, обеспеченность населения страны зубоврачебной помощью оставалась низкой. Так, в 1902 г. при общей численности населения России 140 млн человек, в стране был 221 специалист по зубоврачеванию, т. е. один врач приходился на 60 тыс. чел.[222]
Сохранение практики подготовки дантистов в частных зубоврачебных кабинетах периодически приводило к громким скандалам. Так, в начале 1902 г. МВД издало циркуляр «О контроле над обучением лиц, ищущих звания дантиста», в котором говорилось: «Дантисты и врачи, занимающиеся обучением, принимают к себе учеников в таком количестве, которое совершенно несоразмерно с какой бы то ни было возможностью фактического занятия обучением»[223].
На Втором одонтологическом съезде его участники обсудили вопрос о сворачивании практики подготовки дантистов. В результате участники съезда, не дожидаясь официального решения властей, единогласно высказались за прекращение подобной практики. Председатель съезда А.К. Лимберг заметил по этому поводу: «Вотум о прекращении приписки учеников к кабинетам будет занесен на страницы истории русского зубоврачебного дела как пример, когда целая корпорация во имя пользы науки и общественного блага сочла своим долгом единодушно поступиться дарованными ей законом правами!»[224].В результате принятого решения подготовка дантистов в частных кабинетах начинает постепенно сворачиваться.
В 1909–1910 гг. число зубных врачей превысило численность дантистов. Значительную роль в этом процессе сыграл закон «О предоставлении некоторым дантистам, независимо от их образовательного ценза, права получить звание зубного врача, по надлежащим испытаниям», принятый в мае 1903 г.[225] По этому закону всем дантистам предоставлялось право в трехлетний срок получить звание зубного врача, «хотя бы сии лица, по образованию своему, не удовлетворяли установленным для сего в законе требованиям». Для получения звания зубного врача от дантистов требовалось сдать экзамены при одной из зубоврачебных школ по всем предметам, входящим в состав учебного курса этих школ. Затем необходимо было пройти «проверочные испытания» при одном из университетов или Военно-медицинской академии.
Во Врачебном уставе (ст. 607) 1905 г. звание дантиста уже не упоминалось, но в практической деятельности оно сохранялось. По действующим тогда законоположениям дантисты не имели права прописывать лекарства.
По мере развития одонтологии расширяется круг школ, готовящих зубных врачей. Все эти школы были частными, как правило, «для лиц обоего пола», и обучение в них было дорогостоящим. Например, стоимость одного семестра в зубоврачебной школе Е.С. Вонгл-Свидерской составляла в 1900 г. 120 руб. Для сравнения, стоимость одного семестра в Санкт-Петербургском Женском медицинском институте в том же году, составляла 50 руб.
В этой ситуации число зубоврачебных школ продолжало увеличиваться. Согласно законодательным нормам, эти школы могли открываться только в университетских городах, но впоследствии их разрешили открыть в Екатеринославле, Риге, Лодзи, Вильне и Минске.
Медицинская общественность также оказывала влияние на развитие законодательной базы, связанной с зубоврачебной деятельностью. Так, в 1911 г. на XI Пироговском съезде врачей вопросы, связанные с подготовкой зубных врачей, рассматривались специально. Констатировалось, что зубоврачебное образование на медицинских факультетах университетов «идеал… отдаленного будущего», что врачебная одонтология преподается только в Военно-медицинской академии и Санкт-Петербургском Женском медицинском институте, а при других медицинских факультетах «отсутствует совершенно». Поэтому предлагалось либо ускорить создание кафедр одонтологии при медицинских факультетах университетов, либо создавать зубоврачебные институты на правах высших учебных заведений[226].
Действительно, по инициативе Н.В. Склифосовского в 1891 г. при кафедре госпитальной хирургии медицинского факультета Московского университета создается первая приват-доцентура по одонтологии.
В Петербурге первую доцентуру по одонтологии открыли в 1892 г. в Военно-медицинской академии. Военное министерство было крайне заинтересовано в развитии этой дисциплины. Связано это было с особенностями национальной политики в Российской империи, поскольку значительная часть дантистов были иудеями и на государственную службу не привлекались. В результате Главное военно-санитарное управление (ГВСУ) было крайне заинтересовано в том, чтобы лекари, оканчивающие Императорскую Военно-медицинскую академию (ИВМА), имели зубоврачебную подготовку. Поэтому Конференцией ИВМА 28 сентября 1892 г. учреждается доцентура по зубным болезням. Это была первая попытка организовать преподавание зубных болезней военным врачам и тем самым ликвидировать огромную потребность армии и флота в зубоврачебной помощи.
Первым в должности приват-доцента по зубным болезням 12 ноября 1892 г. утвержден занимавшийся частной практикой морской врач, доктор медицины П.Ф. Федоров. Он же принимал проходившие в стенах ИВМА экзамены на звание дантиста или зубного врача.
Петербургские дантисты и зубные врачи откликнулись на новации Военного министерства. Тогда же в 1892 г. П.Ф. Федоров докладывал начальнику Академии, что дантист С.Ф. Лимбек передал ему 400 руб. для приобретения необходимых предметов для зубоврачебного кабинета академии. Дантист И.И. Хрущев также просил принять в дар академии металлическое зубоврачебное кресло «с педалью», зубоврачебное кресло «с зубчатыми колесами», деревянное механическое кресло, рефлектор с лампой и бормашину системы «Parson», всего на сумму 715 руб.[227] В 1914 г. в связи с началом Первой мировой войны П.Ф. Федорова призвали на флот, и преподавание зубных болезней в стенах ИВМА прекратилось[228].
В 1892 г. в Санкт-Петербурге организовал кафедру одонтологии на Высших женских курсах А.К. Лимберг (1856–1906 гг.). Он также одновременно читал самостоятельный курс лекций по одонтологии в Клиническом институте усовершенствования врачей[229]. Это было время становления, поэтому материальная база формирующихся одонтологических кафедр была более чем скромной. Жена А.К. Лимберга оценивала потенциал одонтологической кафедры при Клиническом институте вел. кн. Елены Павловны следующим образом: «Что могла сделать почетная кафедра без штатов, без средств, без инвентаря, почти без помещения? На нее поступили кое-какие пожертвования, и она держалась главным образом самопожертвованием самого профессора (и работал даром, и инструменты нес свои, и т. д.) и готовностью зубных врачей прийти ему на помощь только для того, чтобы работать под его руководством»[230].
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
