— Сделаем, босс, — кивнул Дэви. — Ты идешь с нами?
— Попозже, — ответил Малыш и сосредоточил свое внимание на улыбающейся пухлой женщине, цеплявшейся за рукав его рубашки. Ей он сказал: — Ну как, милая? Думаю, ты поможешь мне хорошо провести время, а?
Широкозадая блондинка хихикнула и повела его вверх по лестнице, бросая победоносные взгляды на шестерых женщин, ожидавших клиентов в салуне «Глори-Хоул». Наверху блондинка стремительно вывернулась из своего кричащего красного платья из дешевого атласа; Малыш Чероки неторопливо разделся и забрался в кровать.
Не веря собственной удаче, блондинка радостно хихикала; садясь на край постели, она пообещала:
— Красавчик, я постараюсь сделать тебя счастливым человеком!
— Да уж, лучше тебе постараться как следует, блондиночка, — ответил Малыш Чероки. — Я становлюсь ужасно гадким, если женщина мне не нравится.
И блондинка ему не понравилась.
Она изо всех сил старалась доставить ему удовольствие. Она прилагала все свое умение, чтобы сделать счастливым этого большого, красивого незнакомца. Но чем больше она старалась, тем сильнее портилось настроение у Малыша.
— В чем дело? Что-то не так, ковбой? — спросила она, растянувшись рядом с ним и запуская короткие пухлые пальцы в густую поросль волос на его груди.
— Все не так, — огрызнулся Малыш. — В тебе дело. — Он оттолкнул ее и сел.
— Нет, погоди! — Она встала на колени и обняла его за шею. — Дай мне попробовать еще раз! — И она попыталась поцеловать его в губы.
Малыш резко отвернулся. Схватив руки женщины, он завернул их ей за спину, захватив одной ладонью оба запястья.
— Оденься и убирайся отсюда, сейчас же! — приказал он, холодно глядя на нее. — Я хочу ту стройненькую, черноволосую, что сидит внизу. Как ее зовут?
— Нет! Нет, ты не можешь ее хотеть! Я покажу тебе такое, что Лонни и не снилось! Погоди, большой мальчик, позволь мне остаться!
— Ты уйдешь, — сказал он и сбросил ее с кровати.
— О-ох… — простонала она, ударившись об пол. Ошеломленно потирая ребра, она какое-то время лежала, не в силах подняться.
Малыш Чероки встал с кровати и навис над женщиной.
— А ну поднимайся и пошла вон! — рявкнул он.
Ушибленная и разгневанная, блондинка с трудом выпрямилась и собралась было вцепиться в физиономию Малыша, но он с силой ударил ее по лицу и толкнул в спину. Голая блондинка бросилась бежать. Но Малыш поймал ее и всем своим немалым весом прижал к двери. Он держал ее в этом положении несколько секунд, ритмично тыча женщину носом в дерево и наслаждаясь ее стонами и проклятиями.
— Я хочу ту симпатичную брюнетку. Мне надоело твое хихиканье. Мне надоела ты сама. Если не хочешь, чтобы я сделал тебе по-настоящему больно, поскорее одевайся и уходи. И пришли ко мне Лонни. Я хочу Лонни, а не тебя.
И он наконец отпустил проститутку.
Шмыгая носом и бросая на Малыша опасливые взгляды, она торопливо подобрала сброшенное на пол платье и побежала вниз по лестнице. Помада на ее губах размазалась, нос покраснел, светлые волосы сбились набок… Она прошла мимо смеющихся женщин к брюнетке, сидевшей на коленях у одного из играющих в покер мужчин.
— Лонни, этот парень наверху хочет, чтобы ты поднялась к нему, — сказала обиженная и разозленная блондинка.
— Ну я так и знала, что ты ему не подойдешь, — насмешливо заявила Лонни, в одно мгновение соскальзывая с колен игрока.
Расправив зеленую атласную юбку, она поспешила вверх по лестнице к большому бородатому чужаку.
Лонни Малышу понравилась. Она была гибкой, светлокожей и сообразительной, и у нее были длинные темные волосы, падавшие на лицо Малышу и приятно щекотавшие его. Она не стала тратить времени и объяснять, что сумеет любить его лучше изгнанной блондинки.
Полночь застала Малыша все в той же постели вместе с Лонни. Обнаженный, он полусидел, опираясь спиной на гору розовых подушек, наваленных у изголовья кровати. И лениво вертел в пальцах маленький квадратик красной кожи, расшитой бусами, точно такой же, как три других, которые он уже нашел по пути.
Его зеленые глаза не отрывались от красных бусин, пока он рассказывал растянувшейся рядом с ним голой Лонни то, что скрывал от людей, знавших его — или думавших, что знают его.
— Я даже был как-то раз мужем. Но я бросил эту особу, когда ее отец умер, не оставив ей ни гроша. — Он продолжал внимательно всматриваться в затейливый узор из красных бусин, нашитых на красную кожу. — Черт побери, старый ублюдок должен был бы радоваться, что вообще кто-то захотел жениться на его неприглядной доченьке, а он…
Малыш рассказал, как он познакомился со своей будущей женой. Он тогда нанялся возчиком к ее папаше, имевшему полмиллиона акров земли в западном Техасе. Он терпеливо ухаживал за тощей, болезненной девушкой, несмотря на протесты отца. И ему не стоило большого труда убедить Бетти Лу сбежать с ним. А после венчания он вернулся с молодой женой на ранчо ее отца и там прожил еще два долгих, тоскливых года! Он трудился как вол, как последний батрак и каждую ночь занимался любовью с костлявой, плаксивой Бетти, стараясь сделать ей наследничка, потому что этого хотел ее хворый отец. Покачав головой, Малыш Чероки сказал:
— Она так ни разу и не забеременела, но ее папаша наконец умер. Беда в том, что этот мстительный старый ублюдок лишил дочку наследства в ту самую минуту, как узнал, что мы поженились.
И Малыш горько рассмеялся.
Он сразу же отправился в Нью-Мексико, там с двумя неуклюжими мексиканцами вломился в чужую квартиру. Те два дурака попались, а он сбежал с деньгами, но полиция гонялась за ним еще год. Так что пришлось постоянно переезжать, нигде не задерживаясь. Жил у самых разных женщин, несколько раз устраивался на работу, но быстро терял ее. Не везло до тех пор, пока не увидел как-то «Шоу „Дикий Запад“ полковника Бака Бакхэннана».
— Я сразу понял, что это мой шанс, с первой минуты! — сказал Малыш, потирая мозолистым пальцем блестящие красные бусинки. — Полковнику я приглянулся и уж выдумал себе такое прошлое, какое ему понравилось, — я, дескать, последний отпрыск уважаемой, старой виргинской семьи, человек образованный, умный, надежный, честный, вообще полностью заслуживаю доверия.
— Но ведь это все неправда? — поинтересовалась Лонни. Малыш откинул голову и расхохотался.
— Прелесть моя, да я вообще никогда не бывал в Виргинии. И мою семью никак не назовешь уважаемой. Мой папашка был… — Он помолчал. — Ну, это не важно. Я умен и хорош собой. — Он сверкнул улыбкой. — Внучке полковника не устоять передо мной. Когда я ее отыщу, она упадет в мои объятия.
Лонни хихикнула и хлопнула в ладоши.
