28 мая министр иностранных дел Игорь Иванов и Виктор Черномырдин провели в пресс-центре МИД РФ совместную пресс-конференцию, хотя редко когда посол удостаивался такого представления. Господин Иванов заявил, что Россия заинтересована в преодолении кризисной ситуации в республике (на Украине больше месяца не могли утвердить кандидатуру премьера и, соответственно, сформировать правительство). «Чем быстрее Украина сможет преодолеть этот кризис, тем быстрее мы сможем совместно решать те важнейшие задачи, которые отвечают интересам наших двух народов, двух государств», — сказал глава МИДа. Назвав Виктора Черномырдина «больше чем дипломатом», министр заявил, что его «опыт и профессионализм помогут закрепить позитивные тенденции» в российско-украинских отношениях.
Сам господин Черномырдин, взяв слово, по-своему повторил основные тезисы выступления своего начальника. Двусторонние отношения, по его словам, «будут развиваться на равных», несмотря на происки врагов, «которых мы знаем в лицо, правда, там не назовешь это лицом». Говоря о кризисной ситуации в республике, Виктор Черномырдин отметил, что «ни нам, ни Украине это не добавляет, а наоборот», и рекомендовал Верховной раде «сегодня же» утвердить кандидатуру нового премьера Анатолия Кинаха.
Перед отъездом в Киев Виктор Черномырдин получил аудиенцию у патриарха Алексия II, который благословил его на служение делу укрепления многовековой дружбы двух славянских единоверных народов, и сделал несколько программных заявлений.
В частности, он сказал: «Российско-украинские торгово-экономические связи — это улица не с односторонним, а с двусторонним движением. Надо открывать двери не только перед российским бизнесом на Украине, а и в России — перед украинским. Надо только ускорить и упрочить этот процесс. Взаимовыгодный, между прочим». Пообещал избегать в отношениях с независимым государством «ненужных обострений», сделать «все что можно и даже больше» для улучшения двусторонних торгово-экономических связей.
На довольно едкое замечание Daily Telegraph, назвавшей его вице-королем Украины, ЧВС отреагировал подчеркнуто спокойно: «Я уже столько разных высоких постов прошел, что пускай другие попробуют. Назначение послом и специальным представителем президента я воспринимаю как величайшую ответственность и доверие. Буду делать свою работу как никогда. А разговоры о Черномырдине — король он там или какой-то вице — напрасный труд. Меня трудно вышибить из седла».
Оба этих действия с точки зрения «обычной» дипломатии были ошибочными. Посол, дающий рекомендации парламенту независимой страны, рискует сразу получить обвинение во вмешательстве во внутренние дела. А то, что патриарх в беседе с Виктором Черномырдиным назвал Киевский патриархат и Автокефальную церковь «раскольническими организациями», подчеркнув, что «паства, верная Московскому патриархату, — самая многочисленная на Украине», многие напрямую расценили как вызов украинской независимости. Однако вполне возможно, что от Черномырдина и в Москве, и в Киеве ожидали именно такого образа действий.
Во всяком случае, верительные грамоты президенту Украины Виктор Черномырдин 30 мая 2001 года вручил без каких-то проблем. И погрузился в рутинную посольскую работу.
Он обсуждал экономические проблемы (в основном касающиеся энергетики, а точнее — отбора российского газа украинской стороной и участия российских компаний в украинском бизнесе) с украинским премьером. Ему приходилось заниматься и более деликатными вопросами — курировать переговоры о сумме украинских компенсаций родственникам погибших в сбитом украинскими ПВО «Ту-154» над Черным морем. Но это был, пожалуй, единственный мрачный эпизод первого года работы Черномырдина-посла. В остальном все шло очень неплохо. В марте 2002 года в Киеве Виктору Черномырдину даже была вручена международная премия украинской общенациональной программы «Человек года—2001».
Премию вручал вице-премьер Украины, председатель высшего академического совета общенациональной программы «Человек года» Владимир Семиноженко. Отметив, что стать чрезвычайным и полномочным послом России на Украине можно, лишь имея опыт российского премьер-министра, он сказал, что после господина Черномырдина Украина ждет в качестве нового российского посла «человека минимум с президентской стажировкой».
Черномырдин ответил в своем стиле, переведя разговор на государственные аспекты российско-украинской дружбы: «В нашем правительстве — Матвиенко, Христенко, Швыдкой и так далее. А русские есть? В правительстве, — спросил он у притихшего зала. А затем, выдержав паузу, успокоил присутствующих: — Есть! И очень хорошо, когда такой командой мы слаженно работаем и делаем свое дело».
Возможно, работа послом на Украине, помимо всего прочего, приходилась Виктору Черномырдину просто очень по душе. Его ораторский талант на посту посла расцвел новыми красками. Так, отвечая в марте 2002 года на резолюции конгресса США о том, что дальнейшая американская помощь Украине будет зависеть от чистоты украинских выборов, он ехидно заметил, намекая на неоднозначный исход выборов в Соединенных Штатах в 2000 году: «А почему бы Украине не сделать сейчас заявление, что в США выбрали одного президента, а правит другой?»
Сами выборы в Верховную раду 31 марта 2002 года прошли достаточно спокойно, причем впервые на них практически не разыгрывалась «русская карта» — после отставки правительства Ющенко в апреле 2001 года процесс украинизации общества замедлился, а значит, спало напряжение в русскоязычной среде, уровень жизни в крупных городах несколько повысился, и несколько упала популярность откровенно пророссийских партий.
К осени 2002 года украинская оппозиция всерьез проверила российского посла на прочность. Надо сказать, что его далеко не дипломатические высказывания всегда вызывали бурную реакцию местных политиков. И на этот раз на него ополчились все: от правых националистов до ультракоммунистов. Виктор Степанович в своей непосредственной манере комментировал языковую «проблему» и итоги парламентских выборов. Хвалил украинскую водку с перцем и ругал Вашингтон. Рассказывал украинскому МИДу, как себя нужно вести на внешней арене, и учил жизни лидера оппозиционной «Батькивщины» Юлию Тимошенко. А на выставке, посвященной украинским гетманам, говорил, что из всех экспонатов ему больше всего понравилась нагайка, которую и сейчас можно использовать по прямому назначению.
Наконец, российский дипломат в интервью агентству РБК высказался по поводу выступлений украинской оппозиции: «Я удивлен такой сдержанной реакцией правительства Украины на лозунги оппозиции, призывающие к государственному перевороту». Учитывая, что киевские власти силой ликвидировали палаточный лагерь возле президентской администрации, задержав около ста участников акции «Повстань, Украино!», можно было не сомневаться, что оценка дипломатом происходящего в стране найдет немедленный отклик. Как и весной, первыми возмутились крымчане — 16 общественных деятелей, представляющих Украинскую народную партию, «Собор», «Солидарность», Конгресс украинских националистов, общество «Просвита» и Симферопольский союз офицеров, направили открытое письмо Леониду Кучме, Верховной раде и правительству. В своем заявлении они снова потребовали не только «принять меры по недопущению вмешательства чрезвычайного и полномочного посла Российской Федерации в Украине Виктора Черномырдина во внутренние дела Украины», но и объявить его персоной нон грата.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
