В 2006 году Россия вернулась к старой тактике в газовых взаимоотношениях с Украиной. Для начала 1 января 2006 года, как и обещал в декабре 2005 года Алексей Миллер, газ Украине был перекрыт. Скандал разразился неимоверный. Три дня Киев отбирал из трубы газ, предназначенный для Европы. Три дня противники метали друг в друга громы и молнии, обвинения лились таким потоком горячей смолы, что было уже невозможно разобраться, кто прав и кто виноват. На четвертый день Ющенко отдал приказ договариваться на любых условиях.
На Украине тем временем обострялись противоречия между президентом Ющенко и премьером Януковичем. Их противостояние самым прямым образом влияло на российско-украинские отношения. В итоге визит Виктора Ющенко в Москву в марте 2007 года сорвался из-за подозрений в том, что приезд в Россию господину Ющенко нужен не столько для укрепления двусторонних отношений, сколько для усиления собственных позиций в обострившемся противоборстве с премьером.
Более того, Виктор Ющенко настаивал, чтобы его пребывание в российской столице было максимально насыщено встречами на самом высоком уровне. Помимо переговоров с Владимиром Путиным, президент Украины выразил пожелание встретиться еще и с премьером Михаилом Фрадковым, а также со спикерами верхней и нижней палат российского парламента Сергеем Мироновым и Борисом Грызловым. Кроме того, украинская сторона настаивала, чтобы Виктор Ющенко пообщался с главными редакторами ведущих российских СМИ, выступил в МГУ и даже посетил Соловецкий монастырь. В состав украинской делегации был включен не утвержденный Радой и. о. министра иностранных дел Украины Владимир Огрызко.
Получалось, что Москва должна была косвенно выступить в поддержку протеже Виктора Ющенко. Это само по себе не входило ни в чьи планы. Более того, Владимир Огрызко считался в целом таким же антироссийски настроенным политиком, как его бывший шеф, экс-глава украинского МИДа Борис Тарасюк. «В ходе одной из рабочих консультаций господин Огрызко демонстративно требовал предоставить ему переводчика с русского на украинский, хотя русским владеет в совершенстве», — припоминали в Москве.
Это обстоятельство, а также то, что Виктор Ющенко добивался именно полномасштабного визита в Россию при отсутствии его реального наполнения, породило в Кремле подозрения, что приезд в Москву президенту Украины нужен в первую очередь для того, чтобы набрать важные очки в борьбе с премьером.
Подыгрывать Виктору Ющенко в противостоянии с более близким Москве Виктором Януковичем Кремлю явно не хотелось. И потому было принято решение существенно сократить список пожеланий украинского президента, придав его визиту исключительно рабочий характер.
Это предложение стало для Киева не просто неожиданным, оно вызвало шок. Тем более что передовая украинская группа уже находилась в Москве и утрясала последние детали визита. В администрацию президента Украины срочно вызвали Виктора Черномырдина. Разговор президента Украины с послом РФ состоялся уже после девяти вечера (до того времени господин Ющенко был занят). Общались Виктор Андреевич и Виктор Степанович за плотно закрытыми дверями. Известно только, что едва ли не единственная договоренность, достигнутая на встрече, состояла в том, чтобы отложить решение о сроках визита президента Украины в Москву до его телефонного разговора с Владимиром Путиным на следующий день.
Но уже к полудню 20 марта стало точно известно: намеченный на 21–22 марта визит Виктора Ющенко в Москву не состоится. Поздно вечером телефонный разговор Виктора Ющенко и Владимира Путина все же произошел. И сразу после него пресс-служба главы Украины сообщила, что президент внесет в Раду новую кандидатуру на пост главы МИДа — первого заместителя главы своего секретариата Арсения Яценюка. То есть Виктор Ющенко все же «сдал» раздражавшего Москву Владимира Огрызко.
В декабре 2007 года Верховная рада освободила Виктора Януковича от обязанностей премьер-министра, назначив на этот пост Юлию Тимошенко. Политические баталии вокруг российско-украинских отношений разгорелись с новой силой. Ключевым стал вопрос о вступлении Украины в НАТО.
15 января 2008 года Виктор Ющенко, Юлия Тимошенко и спикер верховной рады Арсений Яценюк направили генсеку НАТО Яапу де Хоопу Схефферу обращение о желании Киева присоединиться к Плану действий по членству в НАТО (ПДЧ) уже на апрельском саммите альянса. Это вызвало жесткую критику со стороны оппозиции.
«Подписание президентом, премьер-министром и главой Верховной рады заявления относительно возможности присоединения Украины к Плану действий по получению членства в НАТО является свидетельством того, что нынешняя власть не соблюдает положения конституции Украины. Для нее мнение украинского народа в принятии судьбоносных решений не является определяющим фактором», — говорилось в опубликованном на следующий день заявлении Партии регионов.
Еще более жесткую реакцию это послание вызвало в России. На обращение к Яапу де Хоопу Схефферу на сайте Виктора Ющенко посольство РФ ответило, поместив на своем сайте выдержки из интервью Виктора Черномырдина журналу «Украина». «У нас слишком тесные связи, в частности и в “чувствительных” технологиях, политических делах, чтобы так просто отнестись к тому, что Украина станет членом НАТО, — заявил российский посол. — Куда Украина хочет вступить, с кем она хочет дружить, кого она хочет любить — это ее внутреннее дело. Мы просто объясняем: вступаете в НАТО — мы будем вынуждены пересмотреть наши отношения».
Замглавы департамента информации и печати МИДа Андрей Кривцов подтвердил, что предупреждение Виктора Черномырдина является выражением официальной позиции Москвы. «Вступать в альянс или не вступать — это их дело. Но если Украина действительно вступит в НАТО, нам предстоит пересмотреть свою внешнюю политику с учетом этого факта», — заявил дипломат.
К политическому давлению Россия добавила газовое — припомнив Украине ее газовый долг и пригрозив ограничить поставки газа на Украину. 12 февраля Владимир Путин и Виктор Ющенко заявили в Москве, что проблема газового долга Украины перед Россией полностью урегулирована. В переговорах участвовал и Виктор Черномырдин, который был — что для него абсолютно нехарактерно — взбудоражен.
«А? Как с газом? — переспрашивал он члена украинской делегации Владимира Литвина. — С газом хорошо! Без газа плохо!.. Как решили? Ну как… А вот сейчас и узнаете! Они уже идут!»
Ему было чем заняться и помимо газа. Демонстративные политические акции на Украине явно антироссийского характера — открытие памятника жертвам голодомора или идея установки в Полтавской области памятников королю Карлу XII и гетману Мазепе явно раздражали его и провоцировали на новые резкие высказывания: «Ну представьте, что сейчас мы Гитлеру поставим памятник в Сталинграде. Как это будет выглядеть?» — вопрошал посол.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
