Среди американских дизайнеров есть люди с различной степенью таланта и креативности. Полин Трижер, француженка по происхождению, относится к числу ведущих дизайнеров и обладает собственным отличительным стилем, который слегка меняет от сезона к сезону. Билл Бласс из Индианы кажется мне опытным интерпретатором повседневного американского облика, и его одежда успешно продается очень состоятельным клиентам. Джеффри Бин, скромный уроженец Луизианы, сосредоточил свои усилия и внимание на одежде в ностальгическом стиле, предназначенной для очень маленьких, стройных и молодых женщин. В другой категории – Адель Симпсон, изумительный и щедрый человек. Она не пытается вносить массу инноваций в свои коллекции, а концентрирует усилия на создании одежды, которую женщины с доходами выше среднего и не совсем идеальными фигурами могут носить с комфортом и удовольствием. Молли Парнис, старожил модного бизнеса, руководит несколькими дизайнерами и создает одежду для особо торжественных случаев в жизни ее состоятельных покупателей. Что интересно, и Симпсон, и Парнис когда-то выполняли заказы двух первых леди Белого дома – миссис Джонсон и миссис Никсон. Одаренным дизайнером, склонным к перфекционизму, была и Энн Клайн. Она сделала в дизайне две карьеры: дизайнера подростковой одежды и дизайнера шикарной повседневной одежды. Она понимала требования крупного бизнеса и организовала дизайнерскую студию, откровенно заметив, что для достижения ее целей под ее руководством будут работать многие талантливые люди. Поэтому сложно понять, где заканчивается редактирование ею творчества своих подчиненных и начинается собственно ее дизайн. Но я преклоняюсь перед ее талантами творца и руководителя. Она всегда делала гармоничную повседневную одежду, демонстрируя тем самым понимание современной американской жизни. Она была истинным профи.
Бонни Кашин внесла существенный вклад в американский дизайн, создав интересные коллекции из твида, кожи и их сочетаний. Вместе с тем она возглавляла крестовый поход во имя функциональности одежды и делала авторитарные, никем не поддерживаемые заявления на эту тему. Однако ее «слоеный облик» все же оказал ощутимое влияние на дизайнеров Парижа. А вот весьма креативный Дональд Брукс поражал преимущественно сердца клиентов из «клубного общества», для которых и создавал свои коллекции.
Еще десять лет назад казалось маловероятным, что великий дизайнер западной одежды может быть родом из Японии. Но я знаю такого мастера. Однажды нас в качестве личного одолжения попросили взглянуть на коллекцию, которую привезла в Нью-Йорк Ханае Мори. Мы отнеслись к предложению скептически, но были совершенно очарованы ею, восхищены красотой ее принтов и мастерством пошива. Мадам Мори начинала как художник-акварелист и, став дизайнером, использовала свои прекрасные рисунки для шифона и крепа, из которых создавала свою одежду. В тот период, когда казалось, что большинство дизайнеров в Соединенных Штатах и Франции потеряли понимание вектора развития, Ханае настаивала на создании модных платьев, которые должны делать женщину просто более привлекательной. Она изумительный человек, великий дизайнер и компетентный прозорливый бизнесмен.
Поскольку мы давно не ходим босиком, в области создания обуви я бы выделил два имени: Эвинс и Левин. Дэвид Эвинс, крупнейший производитель высококачественной обуви в Соединенных Штатах, сосредоточил свои усилия на точности и совершенстве посадки обуви. Бет Левин, чей муж Герберт Левин занимается производственной стороной их бизнеса, продолжает радовать своим инновационным и креативным творчеством. Она – один из немногих дизайнеров моды, кто умеет работать с оригинальным исходным материалом напрямую и продуктивно.
Революция, произошедшая несколько лет назад в мужской моде, вызвала к жизни новое явление: одеждой для мужчин вплотную занялись дизайнеры женской одежды. Причины были разными, имена – достойными. Билл Бласс, которому препятствовала посредственность производства, так никогда и не получил того признания, которого заслуживал. Пьер Карден, который пытался заниматься всем, имел такие же трудности с реализацией качественного воплощения своих идей. Ральф Лорен, бывший производитель галстуков, переключился на проектирование рубашек, одежды и галстуков под торговой маркой Polo и имел огромный успех во всем. Однако, как и многие дизайнеры, он хотел развиваться сразу во всех направлениях и попытался вторгнуться в сферу женской спортивной одежды. Опыт оказался неудачным. Это желание распыления хорошо известно и дизайнерам, и розничным продавцам. Некоторые достигают в этом определенного успеха; но большинство проваливается по целому ряду причин, среди которых нехватка времени, недостаток средств и преувеличение дизайнером своих возможностей в разработке новых направлений. Я никогда не встречал дизайнера, который мог бы с одинаковым мастерством создавать дизайн платья, сумки или обуви. Нет ни одного дизайнера одежды, чьи туфли были бы так же хороши, как его платья, и наоборот. Такой подход может сработать в маленькой стране, такой, к примеру, как Финляндия, но в огромных Соединенных Штатах с нашими проблемами в области производства и дистрибуции он не может быть успешным.
Само упоминание Финляндии в связи с модой вызывает в памяти имя выдающегося дизайнера Арми Ратиа. Это одна из самых экстраординарных женщин, встречавшихся мне. Она была душевно щедрым человеком и удивительно творческой личностью. Арми, как и многие ее соотечественники, считала себя вполне компетентной и квалифицированной, чтобы заниматься дизайном во всех направлениях – от модной одежды до домов из готовых блоков, хотя большее признание она получила все же в области одежды. Ее фантастические принты в шестидесятые годы служили и украшением для студенток Рэдклиффа,{53} и темой для обивки диванов в фешенебельных домах Пало-Альто.{54} Когда одна из наших закупщиц встретилась с ней в Финляндии, чтобы приобрести ее коллекцию под названием Marimekko, миссис Ратиа, которая не была уверена, хочет ли она работать с еще одним американским заказчиком, задала ей массу вопросов: «Что такое Neiman-Marcus? Кто управляет им? Что это за человек?» Когда она получила ответы, она спросила: «Есть ли у мистера Маркуса кресло имса?{55}» Закупщица ответила: «Да, есть. Я видела такое кресло в его доме». – «В таком случае, – сказала миссис Ратиа, – я буду работать с Neiman-Marcus». Никогда раньше мы не сталкивались с проблемой, которая так легко решалась обладанием предметом мебели.
Все дизайнеры, как и актеры, жаждут известности. Они угождают модным редакторам журналов Vogue и Harper's Bazaar в надежде на публикацию фотографий своих моделей на страницах этих диктаторов моды. Они кормят обедами и одевают многих представителей журналов, чтобы быть благоприятно представленными в этих изданиях. Некоторые нанимают специалистов по связям с общественностью, чья работа состоит в том, чтобы обеспечивать максимальное представление коллекций и имени дизайнера в журналах и разделах светской хроники. Многих достигших славы часто портит успех. Они начинают верить в собственную непогрешимость и вечную популярность. Они перестают замечать ошибки в производстве или дизайне и отказываются принимать конструктивные замечания от квалифицированных продавцов, которые из первых рук знают о проблемах, связанных с продажами их одежды. Самомнение – качество, жертвами которого пали очень многие американские дизайнеры. Продавцы, кстати, меньше подвержены этой болезни, так как ежедневное общение с огромным числом покупателей постоянно возвращает их на грешную землю.
