Читаем без скачивания КСАПА ХУЛИГАНКА - Павел Шумил

- Естественным путем они двадцать тысяч лет доходить будут. Ускорить надо.

- А я что - против? Но повторяю еще раз: На все меня не хватит. Мои люди как звери работают. А ты еще подставы строишь. Где я наших баб на ночь размещу?

- В первом доме. Ночью вы же не будете батареи вешать. А раскладушки я захватил.

- Гад ты, Михаил Николаич, хоть и начальник, - как-то обиженно заявил Платон. - Теперь вот что учти: Ни у Заречных, ни у Чубаров, ни у Степняков животноводством заниматься нельзя.

- А поподробнее?

- Жертвы будут. Они же все охотники. И очень любят на чужой земле дичь бить, пока никто не видит. Будут друг у друга скот воровать. А что у нас на Земле со скотокрадами делали?

Михаил выругался незнакомыми словами и надолго замолчал.

- Так что ты рекомендуешь? - спросил он наконец.

- Тут два варианта: Или искать изоляты вроде нашего, или объединить племена.

- Легко сказать - объединить... Ну объединим мы Заречных, Чубаров и Степняков. Так Айгуры скот воровать будут!

- Ты идею просил, я тебе дал. Дальше сам думай!

- Объединить... Есть в этой идее еще один нюанс... - задумался Михаил. - Считай, премию ты заработал!

Дальше разговор идет неинтересный. О бочках, о цементе, о лопатах и рукавицах.

- Давай еще раз прослушаем, - предлагает Ксапа, хватает мобилку и давит на кнопочки. Когда снова звучит речь, я виду не подаю, но поражен до глубины души. Мобильник повторяет беседу слово в слово. И с теми же интонациями! Даже щебет птиц запомнил и повторил. Нет, Ксапа не раз говорила, что он целый день разговоров запомнить может. Но чтоб так точно... Честно скажу, не ожидал!

- Что такое нюанс? - спрашивает Жамах, когда Ксапа гасит мобилку.

- Тонкое место, хитрость незаметная. Хотела бы я понять, что он задумал?

- А что тут понимать? - удивляется Жамах. - Если всех в одно общество собрать, чужаков не будет. Все пришлые вновь своими станут. Михаил сможет много охотников привести.

- Жамах, ты гений!!! - расцветает Ксапа.

- Гений - это как?

- Очень-очень-очень умная!

- Скажешь тоже, - смущается Жамах.

- Точно, умная! - подтверждаю я. - И охотница знатная.

Баб надо хвалить при каждом удобном случае. Им это нравится, а мне не трудно.

Вечером, когда мы, сидя в ваме Мудра, обсуждаем то, что услышали из мобилки Евражки, снаружи доносится:

- Тук-тук, есть кто дома? Блин, хоть бы рельсу повесили.

- Ната, ты что ли? - откликается Ксапа. - Заходи. Будь как дома, но не забывай, что в гостях.

Входит решительно настроенная Натка, а за ней - робкая Бэмби. Мудра, а особенно Старую Бэмби побаивается.

Ксапа усаживает гостей и представляет друг другу. Натка садится раскорякой, выпрямив спину и смешно растопырив коленки. У чудиков это называется "по турецки".

- Говори, женщина, мы тебя слушаем, - подбадриваю я Натку, так как мы с ней уже беседовали днем. Она бросает на меня быстрый взгляд, и я понимаю, что Натка боится.

- Вождь, моя говорить будет. Моя будет жить здесь! - выпаливает она и замолкает. Ксапа хихикает, сгибается и прячет лицо в коленях. Мудр удивленно смотрит на нее, на Натку, на меня.

- Женщина, что ударила мужчину, плохо говорит по-русски? - спрашивает почему-то меня.

- Днем хорошо говорила. Может, Сергей ее по голове стукнул, она слова забыла? - предполагаю я тоже на языке чудиков.

- Ната, моя твою ноу андестенд! Пущай твоя по-русски балакает, - выдает тарабарщину Ксапа.

- Да что вы издеваетесь? Никуда я отсюда не уеду, ясно? - зазвеневшим от обиды голосом почти выкрикивает Ната. - Что хотите со мной делайте, не уеду, и все!

- Мудр, не прогоняй, пожалуйста, Нату. Ей мужчина нужен. Серь'ожа сильный мужчина, он прокормит двух жен, - заступается за Натку Бэмби. От волнения она говорит это на языке степняков. Ровным голосом, сохраняя каменное выражение лица, чтоб не смеяться, я перевожу на русский. А про себя отмечаю, что девки Сергея уже поладили.

Ксапа больше не смеется, а повизгивает. Мудр из последних сил старается удержать серьезность на лице и смотрит куда-то поверх голов, в дымовое отверстие. Старая сердито качает головой и прикрывает лицо заячьей шкуркой, словно чихнуть хочет. Но по глазам видно, что улыбается. Жамах сверкает глазами и зажимает рот обеими ладошками.

- Вам смешно, да? Дурочку нашли? Вот хоть убейте, никуда не уеду! - возмущается Натка. Как говорит Ксапа, на грани истерики.

- Женщина Сергея говорит, что она глупая и хочет, чтоб мы ее убили, - перевожу я с русского на русский все с тем же каменным выражением лица.

- И съели! - выдавливает через смех Ксапа.

- Ну хватит, а? Что, клоуна давно не видели? Хотите, чтоб я перед вами на задних лапках бегала? Я буду бегать. И служить буду, и палку приносить. Что с меня еще требуется?

- Мудр, девка серьезно настроена, - говорит Ксапа на нашем языке. - Может, возьмем с испытательным сроком?

- Заносчивая больно, - с сомнением качает головой Мудр.

- Не приживется, домой отправим. Главное, на Медведева она шпионить не будет.

- Тебя не поймешь, женщина. То нельзя чужаков принимать, то сама за них просишь, - делает вид, что сомневается, Мудр.

Они еще долго спорят, потому как нельзя важные решения второпях принимать, но тут в вам Сергей врывается. Встревоженный, по лицу видно.

- Здравствуйте всем! Вождь, разговор есть.

- Присаживайся, говори, здесь все свои, - отвечает Мудр.

Не хочется Сергею при всех говорить, но делать нечего. Садится на свободное место, обнимает рукой за талию Бэмби. Натка сразу с другого бока к нему подсесть хочет, просит Ксапу подвинуться. Сергей и ее за талию обнимает.

- Вождь, мне нужно местное гражданство. Срочно. Иначе Медведев меня на Землю отзовет.

- Что тебе нужно? - удивляется Мудр.

- Чтоб мы его в общество приняли. Вроде этого, - Ксапа проводит пальцем по полоскам на щеках. - Тогда Медведев ему больше не сможет приказывать. Зато ты сможешь.

- Но мы не делаем полосок охотникам, - задумывается Мудр.

- Блин! И перепись еще не провели, - огорчается Ксапа. - Можно было бы задним числом в книги вписать... Кстати, Серый, чем ты так Медведева достал? Это из-за Наты?

- По совокупности. Нарушение предполетного графика отдыха, управление машиной лицами, не имеющими допуска к полетам, нарушение правил безопасности полетов. Полеты с перегрузом, полеты в темное время суток. В общем, все, что черные ящики накопили. Я же не знал, что они всю инфу после полета на нашу соту сбрасывают. Формально - не придраться. А по-существу, за аморалку.

- Ну ты и влип! Мудр, спасать нужно парня. Обряд какой придумать, что ли.

- Головача позвать надо, - решает Мудр. И посылает Евражку за Головачом.

Головач приходит сердитый. От женщины оторвали.

- Чего тут думать? - говорит. - Как мы девок в общество принимаем? Приводит парень девку, в эти, как их там? В жены берет. Так и здесь поступим. Дадим Сергею нашу девку, он сразу нашим станет. Я ему копье сделаю.

- Правильно! - радуется Ксапа. - В связи с изменившимся семейным положением... Подожди, у него три жены будет?

И опять хихикает, уткнувшись лицом в колени.

- Зачем мне три жены, - опешил Сергей. - А Бэмби недостаточно?

- Бэмби не наша. Ты же запретил полоски на щеках делать. Буратино, ты сам себе враг! - объясняет Ксапа.

- А сейчас можно? Я согласная, - восклицает Бэмби.

- План такой. Принимаем Бэмби в общество, женим молодых и принимаем в общество жениха по семейным обстоятельствам. Все согласны? - спрашивает Ксапа.

Обсуждаем, что значит "по семейным обстоятельствам". А так - почему бы не согласиться? Молодые давно среди нас живут. Ксапа посылает Евражку к Свете за шариковой авторучкой. Говорит, что татушку долго делать, сегодня полоски нарисуем, а завтра уже настоящие наколем. Медведев все равно местных обычаев не знает, для него и так сойдет.

Шариковая авторучка приходит вместе со Светой. А за Светой хвостом - несколько девок. Их, конечно, в вам не пускаем. И так столько народа, что сесть некуда.

Ксапа кладет Бэмби головой себе на колени, рядом Евражку "для образца" сажает. Чирикает авторучкой себе по ладошке и аккуратно рисует на щеках Бэмби по две полоски.

- Все правильно? - спрашивает у Старой. - Может, где подправить нужно?

- И так сгодится. Все равно не настоящие, - Старая даже в очаг сплевывает.

- Йес! - восклицает Бэмби и даже делает какое-то движение, будто кого-то локтем сверху стукнуть хочет. И выскакивает к подругам-степнячкам похвастаться.

- Теперь мне, - равнодушно так говорит Натка. И сама головой Ксапе на колени укладывается. Ксапу опять на "хи-хи" пробивает. Даже Старая на нее ворчит.

- Дура ты, Натка. Назад дороги не будет, - говорит, отсмеявшись, Ксапа.

- Сама знаю, что дура. Ну ты прикинь, зря я, что ли, двадцать прививок в задницу терпела, у Медведева в кабинете истерики закатывала? Второй раз он меня сюда точно не пустит. Куда мне отступать?