— Меня не покидает беспокойство, Брэдан, — призналась Фиона. — Слишком уж легко мне удалось получить эти сведения от трактирщицы. Она с готовностью отвечала на мои вопросы, хотя очень нервничала. — Фиона, нахмурившись, покачала головой. — А когда я хотела заплатить ей за услугу, она наотрез отказалась взять у меня деньги. Все это кажется мне очень странным.
— А может, она хотела совершить добрый бескорыстный поступок?
— Нет, я ее хорошо знаю. Она не из тех людей, которые способны на бескорыстие. Эту женщину зовут Марджери Кемпе, она своего не упустит, поверь мне. Эта трактирщица отличается алчностью и никогда не отказалась бы от денег по доброй воле. — Фиона тяжело вздохнула. — Все это очень странно, Брэдан. У меня было такое чувство, что она заранее знала, о чем именно я спрошу ее.
— Ты полагаешь, что это западня?
— Не знаю. Она направила нас в Коккес-лейн. Это место находится в другом районе, и там мало соблюдают установленные законы. Возможно, сведения Марджери и верны, но за всем этим стоит другой человек, опасный и жестокий.
— Дрейвен… — мрачно сказал Брэдан.
— Конечно, вряд ли он знает, что мы здесь, и все же… — Фиона осеклась и невольно боязливо огляделась по сторонам.
Брэдан заметил, что все последние дни Фиона была чем-то встревожена, и это беспокоило его. Пребывание в Саутуорке будило в ее памяти мучительные воспоминания и бередило незажившие душевные раны. Наблюдая за ней, Брэдан думал о том, что Саутуорк для нее был примерно тем же, чем для него самого являлся Сен-Жан-д'Арк. Если бы Брэдан сейчас оказался в этом проклятом месте, то, наверное, тоже мучился бы и страдал, вспоминая погибших товарищей и жуткие картины кровопролитных боев. Поэтому он понимал, что происходит с Фионой, и сочувствовал ей.
Фионе был необходим отдых, который позволил бы ей снять напряжение. Брэдан вполне мог самостоятельно отправиться на поиски Элизабет в бордель, который назвала трактирщица. И если подозрения Фионы были справедливы, то его долг состоял в том, чтобы избавить ее от опасности. Брэдан не мог допустить, чтобы Фиона снова оказалась в руках Дрейвена.
— Я предлагаю вернуться в «Плащ рыцаря», — сказал он, нежно обняв Фиону за талию, — и поужинать. Как ты на это смотришь? Уже довольно поздно, ты устала и пора отдохнуть.
— А как же Коккес-лейн?
— Коккес-лейн подождет. Я думаю, нам не стоит идти туда прямо сейчас. Не исключено, что это действительно ловушка Дрейвена. Если так, то этот ублюдок уже предупрежден Марджери и теперь ждет, что мы немедленно отправимся по указанному адресу. Если же мы зря подозреваем трактирщицу в коварстве, то несколько часов большой роли не сыграют.
— Несколько часов? — переспросила Фиона и, резко остановившись, повернулась к нему. — Так, значит, ты хочешь, чтобы мы отправились на поиски Элизабет поздно вечером? Но это же безумие, Брэдан! Хотя на мне и вдовий наряд, но если я в темноте появляюсь на улицах, меня примут за шлюху, которую можно купить на ночь!
— Ты никуда не пойдешь, Фиона, я отправлюсь на Коккес-лейн один.
Фиона хмыкнула.
— Но для тебя это не менее опасно, чем для меня. Ты же знаешь, что появляться ночью на улицах запрещено законом. Тебе придется заночевать в борделе, иначе тебя арестуют.
— Я умею незаметно передвигаться по улицам ночью, держась в тени, — заверил ее Брэдан. — Мне приходилось жить в чужих странах с совсем другими обычаями и суровыми законами, поэтому я привык к осторожности и всегда действую осмотрительно. — Улыбнувшись, Брэдан погладил Фиону по щеке. — Мне приятно, что ты беспокоишься обо мне, Фиона, но, честное слово, со мной ничего не случится. Будет лучше, если сегодня вечером я отправлюсь на поиски Элизабет один. Если это западня, одному мне будет легче унести ноги. Твое присутствие только свяжет меня.
Однако Фиону все еще одолевали сомнения. Она не хотела отпускать Брэдана одного.
— Ты должна признать, что у меня больше шансов отыскать Элизабет именно поздно вечером, — продолжал Брэдан убеждать ее, придумав новый аргумент. — Ведь закон запрещает женщинам из борделей, жить в комнатах, где они принимают клиентов. Если трактирщица тебя не обманула и Элизабет действительно как-то связана с борделем на Коккес-лейн, то я смогу найти там ее или кого-то, кто ее знает, только после наступления темноты. Фиона помолчала, а потом со вздохом кивнула, нехотя соглашаясь с доводами Брэдана.
— Да, ты прав.
— В таком случае договорились! — радостно воскликнул Брэдан. — Сейчас мы возвращаемся в «Плащ рыцаря», чтобы поесть и передохнуть.
Брэдан снова обнял Фиону за талию, и они зашагали по направлению к трактиру, где сняли комнату.
Когда они вышли на многолюдную улицу, Брэдан убрал руку с талии Фионы и отступил от нее на почтительное расстояние. На людях они должны были изображать богатую вдову и ее слугу.
Вскоре они подошли к «Плащу рыцаря». Прежде чем войти в трактир, Брэдан снял шляпу и, достав из небольшой сумки короткий плащ, набросил его на плечи. В трактире, где они остановились, Брэдан представился мужем Фионы, поэтому должен был выглядеть соответствующим образом.
Подойдя к стойке, Брэдан бросил хозяйке заведения несколько монет и распорядился, чтобы им приготовили горячую ванну и подали ужин наверх. Комната, которую они снимали, была маленькой и скромно обставленной, но чистой. И сюда не доносился шум уличной суеты.
— Давай я помогу тебе снять этот нелепый наряд, — предложил Брэдан, как только за ними закрылась дверь.
И быстрыми ловкими движениями Брэдан стал расстегивать крючки и развязывать тесемки на платье Фионы, под которым она носила ватные накладки, чтобы казаться более тучной и солидной. Фиона тем временем сняла с головы черную кружевную накидку, скрывавшую ее роскошные волосы.
Через несколько минут, оставшись в одной тонкой сорочке, Фиона с облегчением вздохнула и потянулась.
— Как хорошо, что я наконец-то избавилась от этой тяжелой одежды! — воскликнула она, расплетая толстую косу. Ее тело было влажным от пота, но, несмотря на это, от нее, как всегда, исходил приятный тонкий аромат ванили. — Ты как будто насквозь видишь меня, Брэдан, и знаешь обо всех моих помыслах и желаниях. — Ее голос слегка дрожал. Сейчас Фиона казалась особенно ранимой и беззащитной. — Как ты догадался, что мне хочется пoбыстрее скинуть с себя эти ватные накладки, в которых я просто задыхаюсь?
Брэдан не сразу ответил. Он вдруг почувствовал такую нежность к этой женщине, что у него перехватило горло. Брэдан сжал ее в своих объятиях. Фиона положила голову ему на плечо, и Брэдан погладил ее по волосам, шепча ласковые слова. На его глазах выступили слезы. Он вдруг отчетливо осознал, как трудно Фионе находиться здесь, ходить по борделям и трактирам и вспоминать свое позорное прошлое. И тем не менее она вела себя мужественно и стойко, стараясь помочь ему в поисках сестры. Брэдан не слышал от нее ни слова жалобы или упрека за то, что он втянул ее в это опасное дело. Брэдан решил, что должен как можно скорее закончить свои поиски. Он надеялся, что найдет сегодня Элизабет и сможет навсегда увезти отсюда ее и Фиону.
